Псевдоним Венеры - Антон Леонтьев

– Я даю тебе последнюю возможность сказать правду! Ты работаешь на Дзадоева?

– Нет! – крикнула Галя, понимая, что, в чем бы она ни призналась, что бы ни сказала, Гусаров все равно применит к ней пытки. Дело было не в ней, а в нем. Этот человек хотел причинять другим боль, и ничто не могло остановить его.

Он сорвал с нее блузку и поднес странный инструмент к ее груди. Девушка пронзительно вскрикнула, когда металлические клешни впились в ее плоть, и боль была такой невыносимой, что Галя потеряла сознание.

Ей снилось что-то ужасное и неприятное. Нечто неслось на нее, и она знала, что это нечто подомнет ее под себя, расплющит, уничтожит. Галя вскрикнула – и открыла глаза.

Она находилась не в комнате, обшитой металлическими пластинами, а в большой светлой спальне. Галя попыталась приподняться, но не смогла – тело не слушалось ее. Она чуть повернула голову и увидела миловидную женщину в белом халате, стоявшую около столика.

– Ах, вы пришли в себя! Как замечательно! – пропела она и нажала кнопку электрического звонка. Галя же дернулась – наверняка это была кошмарная тактика. Сначала ее пытали, потом перевели сюда, в некое подобие больницы, а теперь снова будут пытать. Она ощутила боль в области груди, попыталась стянуть с себя ночную рубашку, чтобы узнать, что же с ней сделал Гусаров, и в этот момент в комнату вошел Станислав Черных.

Галя отвела взгляд – ну конечно, теперь пожаловал и босс. Неужели он захочет ее пытать самолично?

Черных подошел к Гале и вдруг положил ладонь ей на лоб. Ладонь была большая, шершавая и теплая. А потом он ей улыбнулся. Она никогда еще не видела его улыбающимся! И улыбка, надо сказать, очень даже ему шла.

– Можете забыть все, что было, как страшный сон! – произнес он. – Это и был страшный сон… Потому что вы оказались правы: вся история с компроматом была подставой с начала до конца. Я не хотел верить вам и не слушал Веронику, которая, впрочем, ничего толком объяснить не могла.

Он убрал руку с ее лба, и Галя встрепенулась. Значит, все самое ужасное осталось позади? Но зачем он тогда пожаловал?

– Я вел себя как последний дурак! – заметил Черных. – Вернее, как обычный мужлан. Еще бы, ведь не слушаться же мне, в самом деле, женщину! Вы правильно сделали, что сорвали выход программы в эфир, потому что это предотвратило подлинную катастрофу. Я ведь проверял – Дзадоев был уже наизготове, собираясь начать наступление по всем фронтам и растерзать мою империю…

Галя не знала, что и сказать. Да и сам Черных, похоже, еще не мог подобрать правильных слов.

– И действовать он начал за границей, поэтому мне и пришлось срочно вылететь туда, чтобы не позволить его доверенным лицам завладеть тем, что принадлежит мне. А когда я вернулся, мне уже доложили, что к чему…

– И что же к чему? – спросила Галя, а Черных вздохнул:

– Конечно, Олег проявил самодеятельность, но вы должны его извинить: он был на сто процентов уверен, что вы – шпион Дзадоева. Он даже обрисовал мне схему: вы разоблачили шпионку и тем самым утвердились в моих глазах и заняли высокое место в иерархии моей телекомпании. А в действительности вы тоже работаете на Алишера. Я подумал, что это очень даже может соответствовать действительности…

Не стесняясь присутствия Черных, Галя стянула с правого плеча ночную рубашку и увидела, что ее правый бок обмотан пропитавшимися кровью бинтами.

– Ваш Олег – психопат и садист! – произнесла она ледяным тоном. – Его надо отправить в сумасшедший дом!

– Но он мне предан, как никто другой! – заявил Черных. – Хотя теперь я вижу, что и вы преданы мне и не побоялись идти против моего мнения, понимая, что можете навредить в первую очередь себе…

Он подошел к ней, а Галя запахнула рубашку и уселась на кровати.

– Где я нахожусь?

– Вас вертолетом перевезли в мое подмосковное поместье. Я думал, что…

– Вы похитили меня! – заявила Галя. – Ваши сатрапы меня пытали, а вы меня похитили. Браво, Станислав Эдуардович!

– Для вас я просто Стас! – ввернул он, а Галя фыркнула и ступила на теплый деревянный пол. Она прошла к двери, распахнула ее и увидела двух уже знакомых ей телохранителей.

– У них есть приказ не выпускать меня? Я что, пленница? – спросила Галя с вызовом, и Черных произнес:

– Конечно, нет, однако врачи сходятся во мнении, что вам нужно несколько недель полноценно отдохнуть. Да и раны должны зажить…

– Заживут. Только не здесь! Я вас покидаю!

Галя сделала шаг в коридор и вдруг почувствовала головокружение. Она бы упала, если бы Черных не подхватил ее. Он осторожно отнес ее в кровать и накрыл легким одеялом.

– Предлагаю компромисс: вы пробудете здесь неделю, и если вам надоест, то вас тотчас отвезут в Москву. Потом можете делать все, что угодно. Вы согласны?

Галя, чувствуя, что не способна перемещаться на своих двоих, ответила:

– Согласна!

Она была уверена, что покинет поместье через день. Или через два. Самое позднее – по истечении недели. Но не покидала его, потому что ее злоба на Черных улетучилась. Да и он вел себя с ней кротко и нежно, как, наверное, не поступал еще ни с кем.

Ее навещала Вероника, с которой у Гали после произошедшего быстро установились хорошие отношения. Она была крайне обеспокоена тем, что произошло с девушкой, и от нее Галя узнала, что именно Вероника вызвала из-за границы Черных, когда до нее дошла весть о том, что Галя находится в лапах Гусарова.

Видела она и самого Олега Гусарова, он по приказанию Черных навестил ее и, не смея смотреть ей в глаза, сквозь зубы, нехотя пробормотал извинения. Галя видела, что ему это далось очень нелегко и что никакого искреннего раскаяния он при этом не испытывал. Однако она сделала вид, что помирилась с ним, хотя, конечно, не могла простить того, что Гусаров чуть не запытал ее до смерти.

Она говорила об этом с Черных, у них появилась привычка гулять вечером, перед закатом солнца, в гигантском запущенном парке поместья. Как узнала от Вероники Галя, Черных мог бы запросто позволить себе нанять три десятка садовников, но у него был всего один-единственный, потому что его покойная жена Светлана любила именно такую, природную, красоту.

– Я знаю, что Олег часто перебарщивает. Он импульсивен и иногда слишком активен. Но он предан мне!

– Это единственный критерий, по которому ты отбираешь людей? – спросила Галя. К тому времени они уже перешли на «ты». Это получилось как-то само собой.

Черных долго смотрел на пламенеющий горизонт, который втягивал в себя дневное светило.

– С момента смерти Светы – да! – заявил он и как-то странно взглянул на Галю.

Вероника поведала ей, что Гусаров спас Станислава от двух покушений, во время одного из которых, закрыв его своим собственным телом, начальник службы охраны заработал пулю в живот и едва не умер. Только старания врачей спасли ему жизнь. Если Черных кому и доверял, так именно ему.