Возвращение Одиссея. Будни тайной войны - Александр Надеждин

– И... кто же он?

– Да... пока непонятно. Темная лошадка. Скорей всего, похоже... кто-то, как мы говорим, из блатных.

– Из блатных?

– Ну да. То есть тот, кто назначен по протекции.

– И откуда же он?

– Пришел из академии. С преподавательской должности.

– А до того?

– Сведения противоречивые. Сам пока молчит, не откровенничает.

– А у вас с ним как отношения?

– Да пока никак. Нейтральные.

– А впечатление какое производит?

– Непростой паренек. Въедливый, дотошный. Скрытный. Сам себе на уме. Глаза умные. С этим будет посложней, чем с Минаевым. Он, кстати, мне кажется, хочет меня отсюда потихоньку сплавить.

– Зачем?

– Вполне очевидно. Чтобы на мое место своего человека поставить. Между прочим, через год в Румынии у резидента срок заканчивается.

– И?..

– Так вот он мне, когда сюда летели, все уши прожужжал. Мол, если бы я захотел, то он бы смог посодействовать. Словечко замолвить.

– В Румынию, – протянул Джефф, и по тону его голоса можно было легко догадаться о том, как он относится к подобной перспективе роста для своего агента.

– Да. В отделе мне, кстати, тоже об этом так... слегка намекнули. Может быть, даже с его подачи.

– А... больше вам там ни на что не намекали? Насчет других каких-нибудь вариантов?

– На счет других? – усмехнулся Бутко. – Намекали. Правда... в другом месте.

– То есть?

– Ну, это уже не в моем отделе. И даже в другом управлении.

– А в каком?

– Да какая разница. Меня это в любом случае не устраивает.

– Почему?

– Ну... не устраивает, и все. По совокупности причин.

Джефф с задумчивым видом поболтал лед в своем стакане.

– А... что это за место?

– Да... пустое, Джефф. Не забивайте себе голову.

– Ну а все же?

– Ну, что за место? В управлении ИАР. Информационно-аналитическом.

– А чем занимается это управление?

– Анализирует информацию.

– Какую?

– Разведывательную.

– Я понимаю. А какую именно?

– Ну... всю информацию, которая поступает по линии Службы. От легальных резидентур. От нелегалов. Из открытых источников, прессы там и так далее. Отовсюду.

– А по каким направлениям?

– По всем. Политическая информация. Научно-техническая. Оперативная – контрразведывательная.

– И куда она дальше идет?

– Наверх. Как мы говорим, по инстанциям. Руководству Службы. В министерства соответствующие. Премьеру. Президенту.

– Вот как. И... какую же должность вам там предложили?

– Начальника отдела.

– По какой линии?

– По научно-технической.

– Хм, любопытно. А кто вам предложил? И вообще... как это все произошло. Можете рассказать?

– Могу. Если это вам так интересно.

– Интересно, Майкл. Конечно, интересно. Вы же знаете, нам не безразлично ваше будущее.

– Знаю, знаю.

– Нет, без всякой иронии, на самом деле. В самом хорошем смысле слова. Ну так и?..

– Короче говоря, вы знаете, я уже говорил, что с девяносто шестого по девяносто девятый работал в Марокко.

– Работали, и... что?

– И то, что у нас там был резидент такой... очень активный. Не в меру. Правда, в основном на словах, то есть на бумаге. Любил забрасывать Центр донесениями всякими... шифровками. По поводу и без повода. На вал работал.

– То есть?

– На объем. Ну... одним словом, считал, что самое главное в разведке – количество переданной информации.

– Ну... – задумчиво покачал головой Джефф, – в этом есть... какое-то зерно. – Правда, перехватив взгляд своего собеседника, он тут же откашлялся. – И... что?

– Ну и, короче говоря, заставлял всех подчиненных ежедневно писать ему служебные записки... меморандумы, и чтоб в каждой из них, минимум на полстраницы, была какая-нибудь представляющая оперативный интерес информация. Которую потом надо было обрабатывать, объединять в сводки по тематике и так далее... одним словом, придавать товарный вид. А я с документами всегда умел работать и любил. В общем, понравились резиденту мои аналитические способности, и он меня на эту работу практически полностью отрядил. Кончилось тем, что я практически все бумаги в Центр за него и за всю резидентуру писал. Донесения, справки. Так вот этого человека недавно назначили начальником Управления ИАР.

– Выходит, не зря забрасывал Центр бумагами.

– Выходит, не зря.

Джефф снова поболтал в руке свой бокал.

– Значит, вы говорите, он предложил вам место начальника отдела.

– Да.

– А вы?

– Что я?

– Отказались?

– Ну нет, конечно. Я же не совсем еще... больной. Вы же знаете, в нашей системе раз откажешься, потом уже вообще ничего никогда предлагать не будут. Сказал, что надо подумать.

– Будете думать?

– Зачем? Я же вам сказал, что меня этот вариант не устраивает.

– Почему?

– Потому. Потому что здесь у меня еще есть какой-то шанс уйти, когда меня начнут брать в оборот. А там, в самом логове...

– А почему вас должны брать в оборот?

– Что вы спрашиваете такие вещи, Джефф? Вы сами все прекрасно знаете. Потому что все агенты рано или поздно кончают одинаково. Если они дают не липу, а... действительно стоящую информацию.

– Ну... это вопрос, в общем-то, еще довольно спорный... – начал было хозяин дома, но, увидев перед собой ярко выраженную скептическую ухмылку, снова не стал развивать дальше свою мысль. – Скажите, Майкл, а когда вы должны дать ответ этому своему бывшему начальнику?

– Он попросил меня определиться до середины декабря.

– То есть осталось всего ничего... А как вы ему собирались об этом сообщить?

– О чем? О том, что отказываюсь от его предложения? Да никак. Дипломатично промолчу. Он все-таки хоть умом особо не блещет, но не до конца уж дурак. Понять должен.

– Н-да?

– Да... А... что вы на меня так смотрите, Джефф? Я вам говорю вполне открыто и серьезно. Работать на вас не здесь, а там у меня нет ни малейшего желания. И вообще, скажу честно... после этого моего последнего визита на любимую Родину возвращение на нее... пусть даже и не очень надолго, как-то, знаете ли... перестало входить в мои планы.