Прощай, прощай, черный дрозд! - Нора Робертс

При одном взгляде на нее Еву бросило в дрожь.

Но видеть три пары распухших глаз и слышать сдав ленные рыдания было еще тяжелее. В комнате было нечем дышать от разбушевавшихся эмоций.

— Это ужасно! Просто ужасно! — Беременная женщина с трудом выбралась из кресла. У нее были гладко зачесанные русые волосы в полоску и круглое лицо цвета молочного шоколада. — Наверное, будет удобнее поговорить у меня в кабинете. Меня зовут Сесили Ньюберри. Я здесь старшая.

Она провела Еву и Пибоди в крошечный смежный кабинет и закрыла дверь.

— Девочки не в себе. Да и я тоже. Скажу честно: когда утром Нара прибежала вся в слезах и пробормотала, что Андреа убили, я ей не поверила. А потом включила канал новостей и увидела сама… Прошу прощения. — Она схватилась за поясницу и опустилась в кресло. — Я должна сесть. Впечатление такое, будто на моем мочевом пузыре припарковался автобус.

— Когда вам рожать, миссис Ньюберри? — спросила Пибоди.

— Дней через десять. — Сесили похлопала себя по животу. — Это будет второй. Не знаю, о чем я думала. Пришлось таскать такую тяжесть все лето… С сегодняшнего дня я собиралась в отпуск, но пришлось выйти, потому что… ничего другого не оставалось. Андреа работала здесь практически с самого начала. Она должна была заменить меня на ближайшее время.

— Ее не было на работе несколько дней, — заметила Ева. — Неужели вас это не встревожило?

— Она взяла отпуск. Должна была вернуться сегодня и принять у меня дела. О боже! — Сесили закрыла лицо руками. — Обычно она пользовалась преимуществами нашей работы и куда-нибудь уезжала, но в этом году решила пожить у подруги. Собиралась сделать ремонт в квартире, походить по магазинам, салонам и выставкам. Вчера и позавчера я ждала от нее звонка, но она так и не позвонила. Честно говоря, я ничуть не встревожилась: у меня были другие заботы. Предстоящие роды, трехлетняя дочка, работа, а тут еще свекровь приехала…

— Когда вы говорили с Андреа в последний раз?

— Пару недель назад. Я… я очень любила Андреа. Она была прекрасным работником. Но стиль жизни у нас был абсолютно разный. Она одинокая, очень общительная. А я — замужняя женщина, которая воспитывает трехлетнего ребенка, ждет второго и руководит бюро путешествий. Поэтому вне работы мы почти не виделись и если разговаривали, то только о деле.

— У нее были свои постоянные клиенты?

— Да, конечно. Как и у всех моих девочек. Если кто-то обращался к нам вторично, он предпочитал работать с прежним агентом.

— В таком случае, у нее должен быть список.

— Вы абсолютно правы. Наверно, такие вещи следует оговаривать с адвокатом, но я не стану попусту тратить свое и ваше время. Я дам вам пароль ее компьютера. Можете скопировать все, что вам понадобится.

— Спасибо за помощь.

— Андреа была чудесная женщина. Любила пошутить и прекрасно работала. Никому не причиняла зла. Найдите того, кто убил ее. Ради этого я пойду на все.

Понимаете, она была одной из моих девочек. Частью меня самой…

На опрос других агентов, поиск и копирование фай лов ушло около часа. Каждая из коллег дружила с Андреа, ходила с ней в клубы, бары и на вечеринки. Слез было много, но толку мало. Ева не могла дождаться момента, когда можно будет покинуть эту юдоль скорби, пропахшую губной помадой.

— Начни стандартный поиск имен из списка клиентов, — сказала она Пибоди, когда они оказались в машине. — Потом я проверю его вместе с Самантой Гэннон. А пока скажу пару теплых слов патологоанатому.

— Морсу?

— Нет. Морс загорает где-то в тропиках. Нам досталась Дьюлак. Медлительная, как одноногая улитка. Ничего, я ее взгрею как следует. А если останется время, дам пинка Дикхеду[5], — добавила она, вспомнив про главного эксперта Дики Беренского.

— О господи, на это уйдет все утро. А потом мы устроим знатный ленч.

— Сначала еще заедем в контору по уборке. Ты позавтракала всего два часа назад.

— Да, но я говорю о ленче заранее, чтобы вы не уморили меня с голоду.

— Детективы едят реже, чем помощники.

— Впервые слышу. Вы нарочно меня пугаете!