Рукопись Ченселора - Роберт Ладлэм

– Хорошо, мы будем сидеть в отеле и ждать.

– Кто-нибудь в Нью-Йорке или в Пенсильвании знает, где вы?

– Точно – нет. Известно только, что я в Вашингтоне.

– А ваши друзья знают, где вас можно найти?

– Да, они могут искать меня в этом отеле. Я частенько здесь останавливаюсь.

– В этом отеле вы уже не проживаете,-сообщил О'Брайен.– Выехали вчера вечером. Управляющий дал на этот счет регистратуре четкие указания. Новость ошеломила Ченселора. Сам факт, что это оказалось так легко устроить, и то, что по мнению агента, это было необходимо, вынудили Питера сделать непроизвольное глотательное движение. Но вдруг он вспомнил:

– Я же звонил в сервис. Называл свою фамилию и номер люкса. Кроме того, я подписывал счет.

– Черт побери! – взорвался агент.– Этого-то я не учел.

– Рад, что и вы ошибаетесь.

– Хотя надо бы ошибаться поменьше. Варак бы такой ошибки не совершил. Ну, ничего, мы исправимся. Нам нужно всего несколько часов. Просто вы хотите оставаться инкогнито.

– Как же меня зовут?

– Питерс. Чарльз Питерс. Неоригинально, но это не имеет значения. Звонить буду только я. А теперь как можно быстрее свяжитесь с Нью-Йорком, с кем-нибудь, кто знает, что вы в Вашингтоне. Скажите, что мисс Макэндрю и вы решили отдохнуть пару дней и собираетесь отправиться на машине по Виргинии, через Фредериксберг на Шенандоа. Поняли?

– Понял, но зачем все это, зачем?

– Отелей и мотелей, в которых вы могли бы остановиться, немного. Я хочу посмотреть, кто там объявится. Ченселор почувствовал, как у него засосало под ложечкой. На какой-то миг он даже лишился дара речи, а затем прошептал:

– Что вы говорите? Неужели вы считаете, что Тони Морган или Джош Харрис участвуют в этом? Если так, то вы просто спятили.

– Я уже рассказывал вам,-ответил О'Брайен,– что ночью все время размышлял. Все, что случилось с вами, случилось из-за книги, которую вы пишете. О большинстве мест, где вы были, не о всех, а о большинстве, этим людям стало известно из вашей рукописи.

– Я и слушать вас не хочу. Они мои друзья.

– У них могло не оказаться выбора,-сказал агент.-Я знаю методы вербовки лучше вас. И потом, я вовсе не утверждаю, что они в этом участвуют, а лишь предполагаю, что их могли принудить. Видимо, проще сказать: не верьте никому. По крайней мере, пока мы не узнаем больше.– О'Брайен понизил тон: – Не верьте даже мне. Я готов к испытаниям, как мне кажется, но меня ведь еще никто не испытывал. Могу только дать слово, что буду держаться до последнего. В общем, не будем терять связь. Агент резко оборвал разговор, будто ему была дорога каждая секунда. Тот факт, что он сомневался даже и самом себе, был примечателен. Он был человеком неробким, но, очевидно, его здорово напугали. И теперь он признавался в этом страхе самому себе, о чем Ченселору знать было не обязательно. Питер принялся за завтрак. Смутно сознавая, что ест, он проглотил сок, яйца, бекон и поджаренный хлеб. Его мысли были заняты сообщением О'Брайена. "Видимо, проще сказать: не верьте никому…" Все происходящее опять казалось Питеру нереальным. Слишком много таинственности и давно изжитых мелодраматических эффектов, чтобы убедить себя в обратном. Все события Ченселор воспринимал как противоестественные, надуманные, даже фантастические. Его взор невольно скользнул мимо кофейника к блокноту, лежавшему на столе. Он поднялся со стула с чашкой кофе в руке и сел на диван. Открыл блокнот, уставился на запись, сделанную вчера, до того, как опять началось это безумие. Безумие, которое привело его к Куину О'Брайену. Его в очередной раз намеренно возвращали в это состояние. Теперь он четко осознал это, а кроме того, осознал острую необходимость поделиться своими переживаниями с другими людьми. Он часто воображал, как человека преследуют, как подстраивают ему ловушки, как его охватывает страх и смятение, как он встречается лицом к лицу со смертью, как напрягает все духовные и физические силы в поисках спасения, но пережить нечто подобное ему еще никогда не доводилось. Он решил, что изменения в книге можно сделать позже, а сейчас он последует той канве, которую разработал, и завтра же завершит главу. Он просто обязан описать на бумаге это изведанное им самим состояние безумия.

План-проспект главы 10

Мередит вошел в состав "Ядра". Ему поручают добыть неопровержимые доказательства того, что группа агентов ФБР занимается незаконной деятельностью. Причем доказательствами должны служить не слова на бумаге, а голоса на магнитной ленте. Алекс решает подстроить фебеэровцам ловушку, и обучает его этому Алан Лонг. Бывший гуверовский приспешник говорит Мередиту, что единственный путь к цели – сделать вид. будто полностью капитулируешь перед ФБР. Объяснение этому – нет больше сил терпеть преследования. Роль ловушки должен сыграть миниатюрный магнитофон, спрятанный в нагрудном кармане и приводимый в действие легким прикосновением. После серии коротких, но напряженных столкновений Алекс "сдается" фебеэровцам. Для него не составляет труда убедительно сыграть эту роль, ибо состояние его психики полностью совпадает с легендой. Далее следует ночной эпизод, во время которого Мередиту удается во всех деталях узнать о плане ликвидации осведомителя ФБР, пригрозившего разоблачить агентов, причастных к убийству в Чикаго пятерых радикально мыслящих негров. Расправа была прямым следствием организованной ФБР провокации. Осведомитель осужден на смерть. Его должны незаметно прикончить в толпе в метро. Алекс приводит в действие миниатюрный прибор и записывает голоса на пленку. Теперь у "Ядра" есть неопровержимая улика, подтверждающая, что ФБР занимается подготовкой заговоров с целью убийства. Обвинение достаточно тяжкое, чтобы Гувер был отстранен от должности. Следствие приведет к раскрытию и других нарушений закона, потому что убийство негров – это только один инцидент из серии заговорщических акций. С Гувером будет покончено. Мередит покидает здание бюро, но люди. Гувера уже заподозрили его. Он бросается к своей машине. У него есть надежный адрес в Маклине, штат Виргиния, куда он может отправиться в экстренном случае. Сейчас именно такой случай, ведь в кармане у Алекса хранится улика, способная уничтожить Гувера и его приспешников, превращающих страну в вотчину полиции. Выезжая со стоянки, Алекс замечает позади машину. которая принадлежит ФБР. Начинается бешеная гонка по улицам Вашингтона. Когда Мередит вынужден остановиться у светофора, человек, сидящий рядом с водителем в машине ФБР, опускает стекло и кричит: "Вот он!" Затем он бросается к машине Алекса, и тот, пренебрегая красным светом, мчится вперед, вниз по улице, сигналя изо всех сил и все время лавируя между машинами. Он вспоминает об известном приеме: придется бросить машину, чтобы оторваться от преследования. Он тормозит у здания правительственного учреждения и, оставив машину с невыключенным мотором, бежит по ступенькам к входу. Его встречает всего один охранник. Мередит предъявляет ему удостоверение агента ФБР и бежит к лифтам. Нажимая кнопки, он одновременно ищет другой выход из вестибюля. Тут он замечает стеклянные двери, а за ними переход в другой корпус и устремляется туда. Из-за колонны появляется один из его преследователей. В руках он держит пистолет. Легким прикосновением Алекс приводит в действие магнитофон.