Дом непредсказуемого счастья - Лариса Соболева

Он редко жалел людей, считая, что без «заслуг» не бывает наказания, к тому же объектов для жалости вполне хватает: дети, к примеру, еще инвалиды, старики. Но когда вошла Роза Бабутко, Константину стало ее жалко, видимо, некрасивые женщины (как правило, они же и несчастные) тоже трогают черствые сердца. Она пристроила свой зад на самый краешек стула, словно опасалась, что у него подломятся ножки, поставила сумочку на колени и с плохо скрываемым страхом уставилась на Басина. Юбка настолько туго облепила бедра Розы — казалось, вот-вот треснет по швам, он недоумевал: зачем носить слишком зауженную юбку, но рассуждения и жалость к делу не относятся.

— Что вам известно о семье Залесских? — приступил он к своим прямым обязанностям.

Роза слегка расслабилась, даже обрадовалась. Скорей всего, она, не зная, по какому вопросу ее вызывают, излишне переволновалась, это свойственно многим людям, которых вызывают повесткой, а конкретный вопрос заставил думать и снял напряжение.

— А что вас интересует? — в свою очередь спросила она.

— Да все. Вплоть до сплетен. Ведь в каждой сплетне — доля сплетни, вы не находите?

— О, сплетни… — хмыкнула Роза. — Их слишком много, у таких людей много недоброжелателей.

— А вы к какому стану относитесь: к друзьям или недругам?

— Я посередине.

— Позиция не твердая… Так каково ваше мнение об этих людях?

Роза задумалась, нелепо склонив голову набок и глядя в сторону. Но лицо… на нем появилось отталкивающее выражение плаксивости.

— Знаете, — заговорила она после длинной паузы, — я много видела людей, которые взлетели… ну, разбогатели, как Иван, или в них открылся талант писать необыкновенно красивые картины… или они продвинулись по административной лестнице… То есть стали успешными, а любимцами удачи становятся далеко не все, правда? Да, к успеху привели труд, ум, знания… везение, кстати, играет не последнюю роль, значит, сам Господь их обласкал. Но что интересно и необъяснимо… их всех объединило одно отвратительное качество: удачники стали презирать тех, кто остался на том же уровне, откуда им удалось выпрыгнуть. Ну, презирали бы молча, про себя… так нет же! Обязательно нужно куснуть, подколоть, а то и унизить тех, кого обошла удача.

— Неужели все-все удачники одинаковы?

— Нет, наверное. Просто мне встречались именно такие… необоснованно заносчивые после успешного шествия. Далеко не все достойны удачи. Признаюсь, свинство к тем, кто помогал восхождению, оскорбляет непередаваемо…

— То есть, ваш муж Борис помогал восхождению, а в ответ…

Неожиданно Роза вскинулась, выпрямила спину, в глазах сверкнула властность, да и заговорила совсем другим тоном, рубленым:

— Да. Мой муж экономист. Без него Ванька был бы нулем. Он возомнил себя чуть ли не богом, причем забывал Борю отблагодарить.

— Но Боря приворовывал, не так ли?

Зря он это сказал, моментально между ними выросла невидимая стена, Басин ощутил ее физически. Метнув в него молнии, Роза усмехнулась:

— Вы это можете доказать?

— В принципе могу. Михаил, когда работал у Залесского…

— Вы верите этому убожеству?! — окрысилась Роза. — Он ничего не умеет, под влиянием Юльки пакостил Борьке.

— Юля Залесская хотела рассорить Бориса с Иваном?

— Не знаю, что она хотела. По-моему, от скуки у нее ум за разум зашел, богатство плохо повлияло.

Вообще-то ее преданность мужу восхищала Басина, если бы не одно обстоятельство, которое он приберег напоследок.

— А как вы думаете, кто мог взорвать Ивана Николаевича? — задал Константин следующий вопрос.

— Шутите? Это я должна у вас спросить, но не вы у меня.

— И все же?

— Понятия не имею. Да мало ли кого он достал. Ванька с Юлькой думают, весь мир должен лежать у их ног, соответственно и ведут себя. Все?

— М… да.

Она поднялась, отряхнула юбку, будто запачкалась в кабинете, где идеально чисто хотя бы потому, что сорить некому, и сделала пару шагов к выходу…

— Минутку! — сказал Басин.

Роза повернулась к нему, он что-то быстро писал, не отвлекаясь, бросил вопрос небрежным тоном и негромко: