Продается шкаф с любовником - Людмила Милевская

— Нам нужно срочно поговорить, — постукивая наманикюреннымноготком по ручным часикам, сообщила Далила.

Воззрившись на садовника, Бойцова строго осведомилась:

— Справишься без меня?

Семеныч вздохнул с облегчением и, благодарно поклонившисьДалиле, радостно возопил:

— Елизавета Давыдовна, конечно, я справлюсь!

Вы идите себе, президентствуйте, управляйте! А я туттихонечко, по-стариковски…

— Да? Ну, тогда смотри, если что, без обид, — перебив его,предупредила Бойцова.

Она решительно проследовала в свой кабинет, грохочакаблуками и сердито ворча:

— Нигде без меня нет порядку, нигде, ну нигде.

Далила, послав ободряющий взгляд садовнику, посеменила заней. Едва подруги вошли в кабинет, Елизавета начальничьим тоном спросила:

— По какому ты делу?

Сообщила Далила, лишь тщательно прикрыв за собою дверь:

— Я по секретному делу.

— Отлично! — обрадовалась Бойцова, усаживаясь за свойпрезидентский стол. — Страсть как обожаю секретные дела! Надо бы мне работать вразведке…

Осененная внезапной мыслью, она вдруг сама себя перебила,азартно спросив:

— А как там братец Наташкин? Он к тебе приходил?

— Приходил, — кивнула Далила.

— Ты ему помогла?

— Пытаюсь помочь, потому к тебе и пришла.

Елизавета, резко подавшись вперед, упала силиконовой грудьюна стол.

— А что у него? Импотенция? — возбужденно прошептала она.

— Хуже, гораздо хуже, — скорбно сообщила Далила, закатываяглаза и нарочно ввергая Бойцову в ужас.

Трюк удался.

— Импотенции хуже?! — поразилась Елизавета и окончательноразволновалась:

— Да что ж у него?! Неужели изменила жена?

— У него нет жены.

— Ну, слава богу, — облегченно вздохнула Бойцова и, выдавкоманду:

— Рассказывай! — приготовилась слушать.

Далила начала осторожно:

— Я заметила, вы в последнее время с Наташей Замотаевойочень дружны.

Елизавета яростно возразила:

— Да ладно! Не ревнуй! Ерунда! Ты по-прежнему единственнаямоя подруга!

— А в качестве кого ты опекаешь Наташу?

— Опекаю ее, как «президентша» новую «членшу».

— Новую? Наташа в нашем клубе давно, кажется, больше года, —вынуждена была напомнить Далила.

— Ерунда, — отмахнулась Бойцова. — Раньше она просто так кнам приходила, а в последнее время ей советы требуются. Ты же знаешь, я страстькак люблю советы давать. Между прочим, ты тоже ее опекала.

— Когда?

— Да неделю назад.

— Каким образом?

Елизавета радостно возвестила:

— Ты ей советовала тайно от мужа заняться бизнесом! А яодобрила твой совет!

— Мой совет? — поразилась Далила. — Это твой был совет, а ярядом стояла.

— Значит, ты одобрила мой совет! — с пафосом поправиласьЕлизавета и прозаично добавила:

— Всего не упомнишь.

— Я молча стояла, — ядовито ввернула Далила. — Вы тактрещали, что не дали мне рта раскрыть. Не понимаю, что ужасного в том, что тыдружишь с этой Наташей? Почему ты отказываешься эту дружбу признать? —удивилась она.

Бойцова сдалась без боя.

— Тебя не хочу расстраивать, — с наивной откровенностьюпризналась она.

— Да я только рада буду. Не суди по себе, — «брыкнулась»Далила.

Елизавета расплылась в самодовольной улыбке:

— Да, я ревнивая. Я такая. Я бы тебя ревновала, но ты не ревнуй.

— И не собираюсь.

— Зря ты ревнуешь, — пропуская заверения подруги мимо ушей,снисходительно продолжила Елизавета. — Наташка славная баба, но дура. Кой-какойкапиталец имеет, а все равно живет у мужа на иждивении. Ей повезло, что онапопала ко мне.

— В наш женский клуб, ты хотела сказать, — со змеинойулыбочкой ввернула Далила, подумав: «Иногда меня страшно злит эгоизм Лизы и еепатологическая самовлюбленность. Нельзя же постоянно всем демонстрировать, чтоты пуп земли, но, с другой стороны, мне ли злиться? Я еще хуже».

Не подозревая о мыслях подруги, Бойцова вдохновеннопродолжила:

— Наташка овца, а вот ее Замотаев совсем не дурак. Посадилдома женушку, ее капиталец пригреб и по девочкам шастает.

— С чего ты взяла? — удивилась Далила.

— Да я уверена! — рявкнула Елизавета.

— И в самом деле, такой сногсшибательный «аргумент» никакнельзя опровергнуть. А еще что-нибудь есть у тебя, кроме твоей уверенности?

Бойцова искренне поразилась:

— А что еще надо?

— Хоть какой-нибудь фактик. Ну в крайнем случае сплетню, —смиренно подсказала Далила, с трудом скрывая улыбку.

Наивная самовлюбленность подруги перестала ее злить, теперьэта самовлюбленность ее смешила.

— Сплетню? — задумалась Елизавета. — Сплетни нету меня…

Взглянув на Далилу, она рассердилась:

— Расскажи лучше про герхернудель! Приходит, голову мнеморочит! Сама же на лекции говорила, что своим женам изменяют семьдесятпроцентов мужей, так с чего я должна думать, что Замотаев Наташкин счастливоеисключение? Ты его видела?

— Нет.

— Тот еще боров!

— Умеешь ты приводить аргументы, — подивилась Далила. — Нуда ладно, о Замотаеве мы потом поговорим. Давай вернемся к Наташе.

— Наташка мне нравится, — мгновенно подхватила Бойцова. — Еенельзя одну оставлять. Она как ребенок: доверчивая, наивная, беззащитная.Потому я шефство над ней и взяла. Она привязалась ко мне, как к матери. Из-закаждой мелочи бежит ко мне за советом.

Далила горестно сообщила:

— Лиза, это не Наташа, это ты наивный ребенок.

Зря восторгаешься своей Замотаевой, она тебя еще замотаетвопросами. Уверяю, скоро тебе надоест выдавать ей советы.

— Почему это?

— Потому, что она вампир. Она тебя начнет раздражать, кактолько ты выяснишь, что подшефная твоя никаким советам не следует. Ты ужежертва психологического вампиризма.