Круиз по лишним проблемам - Валентина Андреева

– Ир, ты сказала… – не отрывая глаз от «манекена», проронил он и умолк – застопорился.

– Я сказала, что нам надо в Демьяновку. Для начала в сарай твоей жены, а дальше пройдемся по всем жилым и нежилым помещениям. Мне кажется, твоя Лолита где-то там. Не приведи, Господи, связанная по рукам и ногам.

На сей раз, психиатр не возразил. Быстро уселся за руль и попытался развернуться. Но тут снова отпала на дорогу дверь со стороны Геннадия Львовича, и он неловко принялся оправдываться: случайно не удержал.

Откуда только у Сергея Юрьевича силы взялись! Эту злополучную дверь он едва не закинул в ту часть «Рено», которую условно можно было считать багажником. Причем с накрепко вцепившимся в нее Геночкой, продолжавшим уверять, что больше не выпустит «детальку» из рук. Лучше поздно, чем никогда. С трудом уговорили директора сельской школы отпустить «детальку», пересесть на заднее сиденье и, наконец, тронулись в обратный путь. На сей раз впереди ехала наша «Шкода».

Поворот на Демьяновку показался быстрее, чем думалось. Может, потому что «думалось» вообще не о том. Честно говоря, меня пугала возможность встречи с кем-нибудь из оперативников. Хотя фельдшер с водителем и заверили, что «Рено» на месте аварии в упор не видели, наша-то машина у них в сознании отметилась. Как организуют погоню удравших случайных свидетелей! А мы – вот они, дуем с попутным ветром им навстречу вместе с невидимым в упор «Рено».

Как назло стал накрапывать дождь, рождая тревожные мысли о наводнении. Слабоват, конечно, но что стоит этой мелкокалиберной сырости обернуться ливнем?

– Антонина Георгиевна, часто у вас тут разыгрываются стихийные бедствия? – словно прочитав мои мысли, поинтересовалась Наталья.

– Что значит «разыгрываются»? Это ж не лотерея. И не театральные подмостки. Ир, посмотри на меня, я очень на себя не похожа? Впрочем, лучше не надо. Все равно соврешь. Мы что, в Демьяновку едем?

– Совсем все заспала, красавица! – Сочувствием в Натальином голосе и не пахло.

– Лучше бы вообще не просыпаться.

– Как не проснулся бы Павел Ильич, доведись ему выхлебать на дорожку любимой минеральной водицы из стеклянной бутылочки, загодя прихваченной Ольгой Будковской? С тем самым качественным снотворным, что ты выпросила у меня. Я же за это и поплатилась. Вместе с Иркой.

– Пашка умер бы легкой смертью, – еле слышно пролепетала Джин-Тоник. Впрочем, от первой половины ее прозвища, уже ничего не осталось. – Машина потеряла бы управление и он, не просыпаясь… Господи, ужас какой!

– Ясно. Избежав лишних страданий, сразу проснулся бы на том свете. Сервис! Ир, ты чего молчишь? Оцени благодетельницу!

Мне очень не хотелось отвлекаться.

– Да вот сижу и думаю: как легко порой люди стараются одурачить самих себя. И сколько же вокруг пауков в человеческом обличье. Вы на меня внимания не обращайте, лучше смотрите… Нет! По сторонам лучше не смотреть. Назад тоже. У мужиков фары не работают, такое впечатление, что сзади четырехместный гроб на колесах тащится. Слушайте, перестаньте меня отвлекать. Собачьтесь в свое удовольствие, я же вам не мешаю!

– Фи-ига себе! – подскочила на сиденье Наташка и, похоже, повесила на сахарны уста замок. Тоник этому обстоятельству наверняка обрадовалась.

Мимо озера мы катили в ускоренном темпе. Подозреваю, что подруга не вовремя вспомнила утопленника в прибрежных кустах. А уж какие картины в данный момент разворачивались в ее воображении я и так знала. Слишком оно живое у нее, это воображение, – мертвого поднимет и поставит приветливо скалиться на дороге. Тут же выяснилось, что мое воображение ничуть не хуже. Я прямо воочию увидела то, что могла бы увидеть Наташка, а дальше… Дальше я по мере возможности ремня безопасности привычно вытянулась в струнку и замерла. Почти у поворота в деревню у меня начались глюки. Показалось, что четыре, а то и больше, маленьких чернявеньких чертенка скакали впереди нас по обеим сторонам дороги. Горбатенькие такие.

– Не хулигань! – сделала мне строгий выговор Наташка. – У меня тоже спина пополам разламывается, я же терплю. Ос-споди, надо же, какую корягу на берег выкинуло! Эта неоднократная перегонка воды из одного озера в другое всякую дрянь со дна поднимает. Надо еще скорость сбросить. Вдруг где-нибудь впереди мамонта вытряхнуло. Почти целого. Сдадим слоновую кость – озолотимся. Ир, если найдем Лолиту, сразу домой рванем?

– Рванем. Только не сразу. Сначала расставим все знаки препинания в истории нашего с тобой круиза по лишним проблемам.

– Та-ак… Внимание! Поворачиваем на знакомую улицу. Теперь не проехать бы низкорослый «особняк» гражданки Кулагиной. Ни одного огонька. Как в преисподней. Тоник, помнишь, где твой «приют спокойствия, трудов и вдохновений?

– Идите к черту…

– Так мы последние дни только среди чертей и торчим. Ир, смотри, как она разговорилась!

Наташка резко затормозила. Мы едва не проехали участок Тоника. Следовавший за нами на безопасном расстоянии «Рено», само собой, без света, предусмотрительно вильнул в сторону. Там и застыл памятником автомобилестроению, растаскиваемому, кому не лень, с целью наживы на металлолом.

Дождь перестал, но вылезать из теплой машины в мокрую траву не хотелось. Решили дождаться Сергея. Все равно по закону половина бытовки его. Пусть идет и открывает. Психиатр вылез из машины вместе с Геночкой. Они сделали несколько шагов по направлению к нам. Дальше начался кошмар…

5

Чертей было четверо. Не успели мы опомниться, как Сергей Юрьевич с Геннадием Львовичем валялись на той самой мокрой траве, которой мне не хотелось касаться ногами. Главное, никто не орал. Ни черти, ни поверженные. Все вели себя очень прилично. Кроме нас с Наташкой и Тоником. Наташка мигом заблокировала двери. Ни развернуться, ни подать назад она не могла – мешал недобитый «француз». Подруга потребовала немедленно освободить проезд, иначе проутюжит все и всех подряд. В обоснование ссылалась на большой опыт работы с утюгами.

Пока я перебирала нереализованные планы на будущее и готовила к бою дрель, заговорила Тоник. Да так жалобно!

– Все. Финиш. Среди всех этих морд в масках – морды киллеров. Это они хотели увезти меня из больницы. Им нужна Ольга, затем Сергей, а в свободное от их неудачных поисков время – я. Как локатор… Нет, лоцман.

Наташка ее не слушала, продолжала сыпать утюговыми угрозами. Поэтому заткнула Тоника я:

– Молчи, несчастная! По крайней мере спасли твоего Пашу. Он в полуразобранном состоянии здоровья в той самой больнице, из которой мы тебя вытащили. Жаль, тебя загнали в гораздо худшие условия. В больнице ты имела шанс выжить. Паше сейчас вообще не до друзей. Сам борется за выживаемость. Возможно, в реанимации. Бедняга! Прости, мы хотели, как лучше…

В окно с моей стороны постучали. Примерив гордое и независимое выражение лица, добавила немного презрения и, свернув левой рукой фигу, явила все это рвущемуся в машину типу. Дрель была наготове в правой. Сначала я, мягко говоря, обалдела. Потом радостно заверещала: – «Что хотели, то и получили!!!», саданув фигой Наташку в плечо, чтобы привлечь ее внимание к расплющенному на стекле носу рыжего детектива Чернова. С испуга она тоже ответила тычком. Уже не знала, от кого и чем обороняться. Утюги в ее арсенале кончились.