Мантия с золотыми пчелами - Наталья Солнцева

– Просто цирк какой-то! – сорвался на фальцет милиционер. – Фокусы индийского факира! Вы бы пошли на такое ради проверки чувств?

Он никому конкретно не адресовал свой вопрос и ни на кого не смотрел – спрашивал кого-то неведомого, наблюдающего со стороны за страстями человеческими. Будучи представителем закона, в этот момент Эрик совершенно пренебрег своими обязанностями и отдался личным переживаниям. Они затмили в нем ответственность, долг и стремление сохранить лицо перед приезжими. Он больше не заботился о своей репутации, о том, как он выглядит в глазах посторонних… Он страдал, открыто выражая душевную боль и горечь разочарования в женщине, которую боготворил. Как она могла пойти на такой дешевый спектакль, жалкое притворство? Как могла подвергнуть его и себя такой бессмысленной и бесполезной пытке?

Астра воспользовалась возникшей паузой:

– Значит, Маняша живет в Москве, выдавая себя за вас, Ульяну Бояринову?

– Да…

– Это еще зачем? Разве Эрик поехал бы проверять? Разве ему было известно о существовании племянницы?

– Я понятия не имел ни о какой племяннице! – отозвался старлей. – Меня не интересовал никто, кроме Маняши. А она… Мне не нужны деньги господина Бояринова! Неужели не ясно?

– Я, право, в затруднении, – смешалась Ульяна. – Дядя потребовал, чтобы мы с Маняшей… поменялись местами. Так он это называл. Он говорил, что Эрик будет использовать служебное положение, рыть носом землю…

При этих словах милиционера передернуло.

– …что ему нельзя верить… – продолжала она. – Что если он как-нибудь пронюхает об отъезде Маняши, то бросится на поиски. Упустить такой лакомый кусочек для него – смерти подобно! Поэтому все должно выглядеть естественно. Ни здесь в доме, ни в московской квартире ничего не стоит менять. Пусть все считают меня Маняшей, а Маняшу – мной… К счастью, ни она, ни я не работаем официально… то есть я – свободная журналистка, она – секретарша дяди. Все очень удачно складывалось…

– И вы слушали этакий бред? – не выдержал Матвей.

– Мне это не казалось бредом… У меня был шок после смерти мамы… Я бы на что угодно согласилась, лишь бы уехать подальше от всего, что напоминало о моей утрате… Я даже обрадовалась его предложению! Мне было все равно, как это выглядит или что подумают другие люди…

– А Маняша почему не протестовала?

– Думаю, ей очень захотелось вырваться отсюда – любой ценой. Ощутить вкус жизни в большом городе, глотнуть свободы. Дядя… был хорошим человеком, но деспотичным. Мне-то его деспотизм не претил, я наслаждалась своим одиночеством и провинциальной тишиной Суздаля. Мне вполне хватало для счастья этого дома и сада, вечерних бесед с родным человеком. Я все прощала Николаю Порфирьевичу за то, что мы с ним одной крови! Понимаете? А Маняша, наверное, устала от его принципов, от насаждаемого порядка, от изоляции… Каждому надоедает привычное, каким бы оно ни было. Хочется изменений, свежего ветра… Меня измотала столичная суета, Маняшу – уездная глушь. Вы простите ее, Эрик! Ей ничего не оставалось, как принять условия хозяина. Зависимость – вещь несладкая…

– Бояринов рисковал, отпуская Маняшу в свободное плавание, – заметила Астра. – Где гарантия, что она не нарушит данное обещание, не позвонит Эрику, не вызовет его в Москву, где они смогут беспрепятственно встречаться? Сколько тут ехать?

– Но она почему-то не позвонила… – огорчился молодой человек. – Видно, забыла меня. Хитер был Николай Порфирьевич… и умен. Обвел меня вокруг пальца, как несмышленыша!

– Нет-нет… – возразила Ульяна. – Дядя все предусмотрел. Он послал с ней телохранителя.

– Что? – выдохнул Эрик. – Телохранителя? Чтобы тот жил с Маняшей в одной квартире? Ну… тогда тем более…

– Вы неправильно подумали. Телохранителю было велено не спускать с нее глаз и ограждать от всяческих опасностей, которые подстерегают молодую неопытную женщину в мегаполисе. Но жить он должен был в соседнем доме – напротив, в квартире с окнами во двор. Чтобы мои соседи ничего не заподозрили. Я-то одна жила, а тут мужчина. Пошли бы сплетни, пересуды… И без присмотра Маняшу оставлять было нельзя. «Жизнью за нее отвечаешь! – сказал телохранителю Николай Порфирьевич. – Убережешь, денег не пожалею. Не дай бог, что случится – пеняй на себя!» Я сама слышала…

– Может, вы его еще и видели?

Ульяна сделала отрицательный жест. Телохранителя она не видела, зато слышала о нем. Все разговоры шли по сотовому.

– Маняша о телохранителе знала?

– Конечно. Дядя ее строго предупредил. При мне заявил, что если она слова не сдержит, то телохранитель все доложит, и прощай богатое приданое. А голодранку в наше время никто замуж не возьмет. Пугал, разумеется, – на самом деле он в Маняше души не чаял. Любил, как родную дочь. Знаете, сколько стоит нанять телохранителя на целый год?

– Видно, хорошо шел бизнес у Николая Порфирьевича.

– Не жаловался…