Тщательная работа - Пьер Леметр

Вся бригада примчалась через одиннадцать минут. Три машины с включенными сиренами остановились на улице; Мальваль, Мехди и Луи взбежали по лестнице, перескакивая через ступеньки и цепляясь за перила, за ними, каждый в своем темпе, ускоренном до последней возможности, поспевали Арман и Элизабет. Замыкающим карабкался Ле-Гуэн, задыхаясь и шумно отдуваясь на каждой площадке. Мальваль свирепым ударом ноги распахнул дверь и кинулся в квартиру.

В тот самый момент, когда они вошли и увидели прямо перед собой открытый брошенный чемодан Ирэн, сорванную штору и сидящего на диване Камиля, по-прежнему сжимающего в руках телефон и озирающегося так, как будто видел этот дом впервые, все поняли, что произошло. И каждый немедленно начал действовать. Луи первым опустился на колени перед Камилем, вытащил из его рук телефон с медленной и осторожной аккуратностью, с какой забирают игрушку у заснувшего ребенка.

— Она исчезла, — проговорил Камиль в отчаянии. — Потом, бросив полный ужаса взгляд в сторону ванной, произнес: — Там кровь…

От тяжелых шагов в квартире содрогался пол. Мальваль на лету подхватил кухонную тряпку и открывал все двери, одну за другой, пока Элизабет с телефоном в руке вызывала отдел идентификации.

— Никому ничего не трогать! — заорал Луи, увидев, как Мехди голыми руками начал открывать шкафы.

— На, возьми, — бросил ему проходящий мимо Мальваль, протягивая другую тряпку.

— Мне срочно нужна группа… — сказала Элизабет и продиктовала адрес.

— Дай-ка мне их, — пропыхтел Ле-Гуэн, бледный и задыхающийся, вырывая телефон у нее из рук. — Ле-Гуэн, — сказал он. — Мне нужна команда отдела идентификации через десять минут: отпечатки, фото, все полностью. И еще третья группа. В полном составе. Скажите Морину, чтобы немедленно мне позвонил.

Потом, с трудом достав собственный телефон из внутреннего кармана, с напряженным взглядом набрал номер:

— Дивизионный комиссар Ле-Гуэн. Соедините меня с судьей Дешам. Абсолютный приоритет.

— Никого, — бросил Мальваль, возвращаясь к Луи.

Слышно было, как Ле-Гуэн орет:

— Я сказал «немедленно», мать вашу!

Арман сидел на диване рядом с Камилем, упершись локтями в расставленные колени и глядя в пол. Камиль начал понемногу приходить в себя; он медленно поднялся, и все повернулись к нему. Что произошло в сердце Камиля и в его голове, он сам, скорее всего, никогда не узнал. Мгновение он оглядывал комнату, рассматривая каждого из своих сотрудников, и некая машина начала набирать ход, сотворенная из опыта и гнева, технических навыков и смятения — странной смеси, которая может толкнуть и лучшие души на худшие поступки, но у иных пробуждает все чувства, обостряет зрение, рождает решимость почти животную. Может быть, это и называется страхом.

— Она ушла из больницы в шестнадцать ноль пять, — произнес он таким тихим голосом, что все невольно придвинулись ближе, напрягая слух. — Она заезжала сюда, — добавил Камиль, указывая на чемодан, который все тщательно обходили. — Элизабет, пройди по дому, — внезапно сказал он, забирая у Мальваля тряпку, которую тот все еще держал в руках.

Он дошел до секретера, мгновение порылся в бумагах и вытащил недавнюю фотографию: они с Ирэн прошлым летом, во время отпуска.

Протянул Мальвалю:

— В моем кабинете в принтере встроенный сканер. Просто нажми зеленую кнопку…

Мальваль исчез в направлении кабинета.

— Мехди вместе с Мальвалем — на вас улица. Ее там знают, но все же возьмите фото. Это первоочередное. Ирэн беременна, он не мог забрать ее так, чтобы никто ничего не заметил, особенно если она… ранена, я не знаю. Арман, возьми копию фотографии и отправляйся в больницу: приемная, все этажи. Как только остальные подъедут, я всем пришлю подкрепление. Луи, возвращайся в контору, будешь координировать все группы и введи в курс дела Коба, пусть держит одну линию свободной. Он нам понадобится.

Мальваль вернулся. Он сделал две копии и отдал оригинал Камилю, который засунул фотографию в карман. В ту же секунду все разошлись. Слышен был только топот людей, сбегающих по лестнице.

— Как ты? — спросил Ле-Гуэн, подходя к Камилю.

— Буду в порядке, когда мы его возьмем, Жан.

Мобильник Ле-Гуэна зазвонил.

— Сколько у тебя людей? — спросил он у собеседника. — Они нужны мне все. Да, все. И немедленно. И ты тоже. У Камиля… Нет, лучше… Жду тебя, шевелись.

Камиль сделал несколько шагов и опустился на колени у чемодана Ирэн. Кончиком авторучки поворошил край какой-то одежды, отпустил, поднялся, подошел к оторванной шторе и стал разглядывать ее снизу доверху.

— Камиль, — проговорил Ле-Гуэн, подходя, — я должен тебе сказать…

— Да, — ответил Камиль, живо оборачиваясь. — Позволь, я догадаюсь…

— Ну да, ты меня правильно понял… Судья тоже совершенно категорична. Ты не можешь оставить за собой это дело. Я должен буду передать его Морину. — Ле-Гуэн покачал головой. — Он хорош, Морин, ты же знаешь… Вы с ним знакомы… ты слишком затронут лично, Камиль, это просто невозможно.

В этот момент на улице раздался звук сирен.

Камиль не шелохнулся, погруженный в напряженные размышления:

— Нужен кто-то другой, так? Обязательно?

— Ну да, Камиль, нужен кто-то, не затронутый лично. Дело не в тебе…

— Тогда это будешь ты, Жан.

— Что?

Лестница загудела под торопливыми мужскими шагами, дверь распахнулась, первым появился Бержере. Он пожал руку Камилю, сказав только:

— Мы все сделаем быстро, Камиль, будь уверен. Я подключу всех, кого можно.

Прежде чем Камиль успел что-нибудь ответить, Бержере уже отвернулся и начал раздавать инструкции, переходя из комнаты в комнату. Двое техников установили прожектора. Квартиру тут же залил слепящий свет. Отражатели были направлены на то, что подлежало экспертизе в первую очередь; одновременно трое других техников, молча пожав Камилю руку, натянули перчатки и открыли свои чемоданчики.

— Что ты такое несешь? — вернулся к разговору Ле-Гуэн.

— Я хочу, чтобы ты взял на себя дело. И ты знаешь, что это возможно, не морочь мне голову.

— Слушай, Камиль, я слишком давно не работал. Я утратил хватку, ты же сам знаешь. Просто курам на смех меня об этом просить!