Универсальный солдатик - Андрей Ильин

— А кто же их тогда всех убивал?

— Не я...

Американские следователи даже опешили от такой наглости! И, сдвинувшись, заслонили Иванова от французов спинами. Послышались короткие, глухие удары. И короткие и глухие вскрики.

— Ну так кто убивал?

— Не я! Ну, честное слово, не я...

Джон Пиркс кивнул. Один из следователей достал из-за пояса электрошоковую дубинку.

— Вы бы пока погуляли где-нибудь, — предложил Джон Пиркс французам. И вытащил из кармана пачку хороших американских сигарет.

— Ладно, но только десять минут, — согласились французы. Рядовые полицейские в отличие от их начальников общий язык находят быстрее.

Следователь склонился над Ивановым, раздался треск электрошокера, быстро оборвавшийся крик, удар упавшего на пол тела.

Иванова подняли. Повторили вопрос.

— За что ты убил людей на Агрономической, на Северной, в Федоровке и здесь, в Париже?

— Это не я!

— А кто?

— Это все они, они!..

— Кто?!

Приблизив к лицу, затрещали электрошокером, пропустив между электродами синюю молнию разрядов.

— Товарищ Максим, — назвал имя виновника его страданий Иванов. — Моя жена Маргарита... Майор Проскурин...

Майора Проскурина следователи не пропустили. За майора Проскурина они зацепились.

— Какой майор? Госбезопасности? — быстро спросили они.

— Да, да, госбезопасности! — подтвердил Иванов. — Это он всех убивал — в Федоровке, в Германии... Везде... Он!..

Следователи переглянулись. Возможно, это была удача, но, что более вероятно, их клиент таким образом просто решил избежать боли, сказав то, что от него хотели услышать.

— Откуда ты знаешь, что этот майор работал в ФСБ? — задали вопрос следователи.

— Знаю! — уверенно заявил Иванов. — Точно знаю!

— Откуда?!

— Так он же сам мне об этом сказал!

Признание звучало неубедительно.

— Тогда назови его рабочий или домашний телефон, адрес...

Иванов напрягся, вспомнил и назвал.

Не очень веря в столь быстрое признание, больше для отчистки совести Джон Пиркс попросил тут же, не откладывая в долгий ящик, зашифровать и сбросить на электронный адрес информационного отдела Восточного сектора сообщение с просьбой срочно проверить указанный телефон и проверить, работает ли в органах ФСБ майор Проскурин.

А. следователи, хотя сами уже с трудом ворочали языками, продолжали в три горла, не давая ни секунды передышки, напирать на Иванова.

— Твоя воинская профессия?!

— У меня нет воинской. У меня только гражданская.

— Какая?

— Специалист по котлоагрегатам. По котлам.

— По каким котлам? — не поняли следователи, потому что менее всего были готовы услышать про котлы.

— Ну вы же сами спросили?.. Это же моя основная работа и есть, — захныкал Иванов.

— Котлы?..

— Ну да, конечно! Я же у них там на фирме главный “ликвидатор”, — заторопился, затараторил, чтобы отсрочить пытку, Иванов. — Если, допустим, где-нибудь что-нибудь не так, ну, например, какая-нибудь опасная утечка или еще чего, то меня сразу же вызывают и срочно туда, на место, посылают, и я там по-быстрому разбираюсь, если что надо — чищу, эту опасность устраняю и еду обратно...

Но следователи его сбивчивого монолога не поняли и попросили перевести сказанное еще раз... Переводчик повторил дословный перевод. Который ничего не прояснил.

— Я не уверен, но, может быть, это жаргон, — предположил чувствующий свою вину переводчик. — Например, я знаю, что на сленге спецслужб слово “ликвидатор” обозначает киллер. Правда, так еще называли людей, устранявших последствия чернобыльской аварии, но мне кажется первое истолкование более верным.

— Так, так, — заинтересовались следователи. — Продолжайте!

— Соответственно “утечка” на языке работников спецслужб обозначает, что кто-то допустил разглашение той или иной информации, под словами “чищу” и “устраняю” можно понимать физическую ликвидацию. То есть в данном контексте эту фразу возможно прочитать следующим образом: “Я работаю киллером и срочно ликвидирую тех, кто допускает разглашение информации...”

— А как тогда понимать котлы? — попросили уточнить следователи.

— Точно сказать не могу... В их уголовном мире “котлами” называют часы. Но в данном контексте это значение не подходит. Вообще-то обычно они говорят “объект”, но иногда используют названия цветов, птиц или механизмов. Возможно, в его среде так называют людей, которые подлежат ликвидации.

— Тогда спросите у него, сколько “котлов”, с которыми он “разобрался”, было всего, — решили принять условия игры следователи.

— У-у, много!.. — похвастался Иванов. — Если все вспоминать, то, может быть, сотня, а то и больше. Я ведь рано работать начал. Вначале считал, а потом со счета сбился. У меня такие командировки бывали, что сразу по три-четыре заказа выполнять приходилось. — Это мы в курсе, — закивали следователи, обрадованные тем, что Иванов наконец разговорился, пусть даже так разговорился, на своем языке.

— Я ведь в этом деле большой специалист, один из лучших в стране...

И с этим тоже было спорить трудно.

— То есть в общей сложности вы “зачистили” более ста человек? — дружелюбно улыбаясь, спросили следователи.

— Кто это вам сказал?! — удивился Иванов.

— Так ты же сам... Только что! — возмутились следователи.

— Ничего я такого не говорил! Никого я не убивал! Это не я!..

Зря следователи подыгрывали Иванову, ничего он им не сказал, ни в чем не признался!

— Да он, похоже, над нами издевается! — вдруг сообразил кто-то. — Болтает всякую ерунду, чтобы время потянуть, чтобы получить передышку... Видно, знает, что мы шестью часами ограничены!..

Ах ты!..

Несколько минут следователи с удовольствием били Иванова по лицу кулаками, проводя акцию психологического устрашения. Могли, конечно, электрошокером, но тогда удовольствия было бы меньше...

— Ты будешь говорить? Будешь?!.

Как-будто он отказывается!

— Говори!..

И Иванов начал говорить. И такое понес!..

Вначале по большому секрету сообщил следователям, что получил в наследство от КПСС деньги — четыре с половиной миллиарда долларов, потом что имеет две жены, что путешествовал по Европе в шкафу и что в нем же плавал через океан в Америку, причем без визы...

Он их что — за недоумков держит?!

Возмущенные до глубины души следователи навалились на Иванова еще раз. И опять без электрошокера.