Проклятие Батори - Линда Лафферти

Парень подвел ее к фургону и открыл дверь. В ночь вылилось облако сладкого дыма. Дейзи стряхнула со своего крепового пальто мокрый снег и забралась внутрь.

– Привет, девушка-готка, – сказал лидер-гитарист, посасывая мундштук кальяна с гашишем. – Ты завладела сердцем нашего Ларсона. Но ведь ты еще маленькая, правда?

Из его рта валил дым, и ударник выхватил у него мундштук.

В самом конце фургона сидел Ларсон с остекленевшим взором. Он похлопал рукой по сиденью рядом. Дейзи пробралась туда и села рядом.

– Да, вблизи ты еще аппетитнее! Как тебя зовут?

– Дейзи Харт.

– Харт! Да, ты мое сердце, девушка-готка[84].

– Не совсем так…

– Дейзи? Как цветок? – проговорил бас-гитарист с сиденья перед ней. – Это круто.

– Хочешь затянуться, Дейзи, сердце мое? – спросил Ларсон. – Или у нас есть немного кокса, если предпочитаешь.

– Мне и так хорошо.

– Ты ведь американка, верно? А тут что делаешь?

– Я… ну, это долго объяснять.

– Конечно, конечно, – сказал Ларсон; его кожаный пиджак скрипнул, когда он скользнул рукавом по кожаной обивке над плечами девушки. – Я и не ожидаю, что это будет быстро.

– Эй, а ты можешь… сказать мне, кто сидит в том лимузине?

– Который стоит перед нами?

– Да. Мне показалось, что там мелькнул кто-то знакомый.

Соло-гитарист, закашлявшись, выдохнул облако дыма, и все рассмеялись.

– Просто какой-то старик, – сказал Ларсон. – Он постоянно торчит в этом лимузине после выступлений, когда мы здесь играем. Иногда к нему подсаживаются девчонки. Может быть, они думают, что это наш лимузин, что они будут тусоваться с группой.

– Но сам он из машины никогда не вылезает. А его холуи – да, выходят, – добавил лидер-гитарист. – И приводят ему девочек. Обычно вдрызг пьяных.

Сквозь снегопад Дейзи увидела Любену, которая шла с парнем лет двадцати пяти в черной кожаной куртке. Он подвел ее к лимузину, и дверь открылась. Дейзи разглядела сморщенную руку с золотым кольцом и блеск трости с серебряным набалдашником.

Потом взглянула на номер: PP-586, – и воскликнула:

– Блин! Это он.

– В чем дело, девушка-готка?

– Этот тип пытался меня похитить! Долбаный псих!

Она слезла с сиденья.

– Ты серьезно? Этот старикашка?

– Выпустите меня!

Дверь открылась, Дейзи выскочила и, подбежав, заколотила в окна лимузина.

– Любена, вылезай!

Любена прижала к окну ладонь с растопыренными пальцами. Она что-то говорила, кричала, вытаращив от ужаса глаза.

Мотор лимузина взревел.

Дейзи стала пинать дверь своими тяжелыми сапогами, а через секунду Ларсон и ударник вскочили на багажник и застучали кулаками в заднее окно. Бас-гитарист бросился на ветровое стекло.

Дейзи подбежала к машине спереди и своим мобильником сфотографировала номер, а потом в запале дернула за металлический номерной знак и засунула красный мобильник между ним и решеткой радиатора.

– Выпустите девочку! – закричал Ларсон.

Из окна водителя высунулась рука с пистолетом. Раздался резкий звук выстрела, и бас-гитарист вскрикнул, схватившись за плечо. Машина дала задний ход, сбив Дейзи с ног, и парень скатился с капота. Мокрая мостовая окрасилась кровью.

Ларсон соскочил, когда лимузин рванул вперед, едва не задавив раненого бас-гитариста и Дейзи.

– Ты как? – спросила она раненого. – Боже, он выстрелил в тебя!

Тот стонал, схватившись за плечо.

– Алекс ранен! – крикнул ударник. – Нужно вызвать «Скорую».

Дейзи поднялась на ноги и подбежала к Ларсону.

– Ты цел?

– Кто этот ненормальный?

– Хотела бы я знать… Он похитил ту девочку.

Ларсон посмотрел на нее, еще не придя в себя от удара об асфальт, потом протянул руку и сжал ее пальцы.

– Смотри, Дейзи! Ты тоже в крови.

Она посмотрела на свои пальцы, разодранные при отгибании номерного знака, потом опустилась на колени рядом с Ларсоном и осмотрела мокрый асфальт. Сотового телефона там не было, он не выпал.

– Я в порядке, – сказала Дейзи и мрачно улыбнулась.

Пора позвонить сестре. Информация с GPS была у нее.