Хранители судьбы - Антон Леонтьев

Алла оцепенела – неужели все ее усилия пойдут прахом? Странно, но этот сладострастный и, по всей видимости, психически неуравновешенный господин был ее последней и, собственно, единственной надеждой!

– Однако, так и быть, забудем на сегодняшний день о бизнесе, – продолжил месье Пьер. – Вернее, на сегодняшнюю ночь. Алла – какое красивое имя! Уверяю тебя, Алла, ты будешь в восторге. И не захочешь покидать меня. Потому что все женщины в восторге от меня. И ни одна никогда не покинула меня…

Алла, помня о Юрике и Тане, боролась с желанием сказать что-нибудь резкое. Поэтому, мило улыбнувшись, она произнесла:

– Однако я полагаюсь на ваше слово джентльмена, месье Пьер! Одна ночь – а в обмен на нее «Полярная звезда»!

Смеркалось. Месье Пьер указал на небо, на котором появилось экваториальное созвездие:

– Алла, милая моя, как жаль, что не могу подарить тебе настоящую Полярную звезду. На это не способен даже такой могущественный человек, как я! Да, ты получишь сухогруз со всем, что находится на его борту, включая команду и некий драгоценный груз, столь для тебя важный. Но взамен ты в течение всей ночи будешь моей – и только моей!

Месье Пьер швырнул на тарелку салфетку и поднялся. В его глазах сверкнуло безумие, и Алле сделалось по-настоящему страшно. Но будь что будет, ради Юрика и Тани она пойдет на все!

– Ну что же, тогда приступим. Потому что ночь уже началась…

С террасы они подошли к нише, в которой сверкали стальные двери лифта. Месье Пьер пропустил вперед спутницу и зашел в кабину вслед за ней. Женщина заметила, что мужчина нажал самую нижнюю кнопку. Странно, неужели его спальня располагается в подвале?

Наконец двери лифта распахнулись, и Алла увидела выложенный черным мрамором коридор, на стенах которого сияли светильники, стилизованные под факелы. Странно, везде во дворце месье Пьера было множество прислуги – безмолвной, тихой, раболепной, а здесь на нижнем уровне – никого.

Словно прочитав ее мысли, месье Пьер пояснил:

– Сюда никто не имеет доступа. Никто, кроме меня и моих гостий.

Алла поежилась. Однако она приняла решение и не намеревалась менять его.

Месье Пьер подвел женщину к обитой черным бархатом двери и распахнул ее. За нею оказалось огромное помещение, больше подходившее… скажем, музею. В углу стояли странные приборы и приспособления, функции которых Алле не были понятны. Посередине возвышалось затянутое пурпурной тканью кресло.

Заметив тревожный взгляд спутницы, месье Пьер просюсюкал:

– Ах, это моя коллекция… Сейчас объясню, какая именно. Однако прошу садиться!

Он указал на кресло. Алла отметила, что другого кресла или хотя бы стула в помещении нет, и заколебалась. Месье Пьер сурово взглянул на нее:

– Разве я непонятно выразился, Алла? Ты обязалась выполнять в течение ночи все мои прихоти и желания, а взамен я обещаю вернуть тебе «Полярную звезду»!

Вьюгина подошла к креслу и заметила на обшивке странные пятна. Понимая, что ничего изменить нельзя, женщина опустилась на сиденье.

– Вы сидите, как английская королева на троне! Расслабьтесь! Сядьте глубже! И положите руки на подлокотники! – разглагольствовал странный хозяин дома, вдруг снова вернувшись к обращению на «вы».

Алла подчинилась. На деревянных подлокотниках она тоже увидела странные бурые разводы. И только через мгновение поняла, что это… свернувшаяся кровь. И тут произошло нечто невероятное – выскочившие откуда-то снизу подлокотников металлические зажимы сковали ее кисти. Точно такие же зажимы зафиксировали ноги. Алла оказалась в ловушке! Она немедленно попыталась спихнуть или сломать зажимы, однако у нее ничего не вышло. Сдвинуть кресло с места тоже не выходило – то было или слишком тяжелым, или попросту привинчено к полу.

– Вот и еще одна пташечка попалась в расставленные мной силки… – довольно проворковал месье Пьер и расхохотался.

У Аллы отпали последние сомнения – этот человек был настоящим психом.

– Немедленно отпустите меня! – вскричала женщина, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более жестко и властно. – О подобном мы не договаривались!

– Неужели? – спросил месье Пьер, приближаясь к ней. – Алла, ты ведь сама согласилась выполнять все мои прихоти и желания! Возможно, ты сейчас сожалеешь, что мы не обговорили, какие именно у меня будут прихоти и желания, но что поделать – договор есть договор!

Месье Пьер вытянул вперед руку, дотронулся до выреза платья и рванул его на себя. Ткань треснула. Месье Пьер стал срывать с Аллы вечерний наряд.

Женщина зажмурилась, понимая, что находится в полной власти сумасшедшего. Наверняка он с самого начала не намеревался возвращать ей «Полярную звезду».

– Забыл сказать, Алла: я обещал вернуть сухогруз завтра. Но до завтра надо дожить, ведь так? А вот если ты, скажем, вдруг скончаешься, то мне не придется отдавать тебе «Полярную звезду»!

Мужчина и не скрывал того, что намеревался убить ее. Алла снова напрягла руки – и почувствовала, что зажим на правой руке немного подался.

– И должен сообщить тебе еще кое-что: ни одна из гостий не покинула подземный этаж моего дворца живой. И, собственно, мертвой тоже. Они все находятся здесь, со мной. Правда, в несколько видоизмененном состоянии. Для того и требуются те забавные приборы, на которые ты обратила внимание. Это пыточные инструменты различных эпох и различных народов – все они были сделаны по моему специальному заказу. И тебе придется испытать на себе их воздействие…

Алла понимала, что сейчас важнее всего не терять присутствия духа. Речь шла не только о собственной жизни, но и о жизни ее детей! Поэтому, улыбаясь, сказала (одновременно пытаясь незаметно для палача высвободить правую руку из зажима):

– А кто сказал, что я не люблю боль? Вы – тот человек, которого я так долго искала!

Месье Пьер подозрительно нахмурился:

– Не ври! Многие пытались изобразить из себя поклонниц садистских развлечений, рассчитывая, что я освобожу их и они смогут справиться со мной. Но если ты говоришь, что обожаешь боль, то немедленно и приступим!

Месье Пьер подошел к стене, нажал потайную кнопку. Стена повернулась вокруг своей оси, обнажились полки с клещами странной формы, металлическими серпами и плетями. Мужчина взял одну плеть и взмахнул ею, рассекая воздух. Алла заметила, что на концах кожаных полосок, из которых состояла плеть, болтались железные шарики.

– Ну что ж ты замолчала? – спросил месье Пьер со злобной усмешкой. – Начнешь теперь молить меня о пощаде?

– Мне вас жаль! – произнесла Алла.

Садист пришел в бешенство. Стегнул женщину плетью, и ее пронзила адская боль.

– А теперь мне надо подготовиться к тому, что последует за истязаниями. К ночи, полной страсти и неги! – заявил месье Пьер и нажал еще одну кнопку.