Первая леди города, или Между двух берегов - Марина Крамер

– Я бы на твоем месте в чужом городе, да без Хохла твоего, шибко бы хвост-то не задирал, а то, не ровен час, найдется еще кто-то типа Воркуты, кто не побоится саму Наковальню отмочалить! – предупредил Макар, вставая и собираясь уходить. – Здесь ты не в авторитете, дорогуша, ты – просто мясо.

– Макар, а ведь я возвращаюсь, – задумчиво протянула Марина, глядя мимо него на стену. – Подумай, понравится ли Бурому то, что я ему расскажу…

– Да мне по… на Бурого, – сообщил Макар, и только теперь до нее дошло, что он просто под кайфом, и потому такой смелый и наглый.

– Завтра ты проспишься и вспомнишь все, что наговорил. Извиняться не вздумай – пришибу! – пообещала Коваль ему в спину.

Макар отвалил, а Марина не могла даже взглянуть в лицо племянника, которому так неожиданно открылась вся правда про его красавицу-тетку, на которую он не мог надышаться. Бедный парень…

– Коля, – нерешительно начала она, но он перебил:

– Не надо. Я не ребенок, мне двадцать четыре года, я все прекрасно понял.

– Коля, это не то… я не об этом хотела поговорить с тобой…

– Пойдем потанцуем, – внезапно сказал он, беря ее за руку и направляясь к танцполу.

Там он обнял Марину за талию и чуть прижал к себе, заставляя двигаться вместе с ним в такт медленной песне, льющейся из огромных колонок.

– Коля, я не хотела, чтобы ты вот так узнал о том, кто я на самом деле…

– Помолчи, – попросил он, прижимая ее голову к своему плечу.

Танец кончился, и они вернулись к столику, Марина залпом влила в себя стакан текилы и сунула в рот ломтик лимона, в душе проклиная Макара и обдумывая план мести обуревшему сутенеру.

В конце концов Марина напилась, забыв, что пришла не с Хохлом, привычным к ее выходкам, а с молодым мальчишкой, но Колька оказался на высоте – довез ее до дома и на руках поднял в квартиру, сдав отцу. Ночевать он тоже остался у них и утром долго смеялся, глядя на Маринино синее лицо и трясущиеся руки:

– Да, тетка, здорова ты текилу глушить! Я бы не угнался!

– Ой, даже и не пробуй – это никому не удавалось! – держась за раскалывающуюся голову, простонала она. – Будь хорошим мальчиком, не дай умереть похмельной женщине – аспирин у деда попроси…

Отец долго распекал ее за легкомыслие и излишне свободное отношение к алкоголю, отчего головная боль только усилилась, да еще к ней присоединились угрызения совести – ничего себе, сходила с племянником на концерт!

– Пап, я не всегда так напиваюсь, просто вчера звезды сошлись, – оправдывалась Марина, стараясь не обращать внимания на смешки и подколки племянника, но отец строго глянул на него, и Колька закрыл рот. – Господи, как мне хреново…

– Еще бы – литр в одного! – поддел снова Колька, и она опять застонала. – Может, сто граммов? – предложил он, но Марину на второй день мутило даже от воспоминаний, а не то что…

– Последнее дело – опохмеляться, – сообщила она заупокойным голосом. – Лучше умереть.

…Что и попыталась сделать, проспав до самого вечера.

Снедаемый любопытством Николай домой не поехал, даже помог деду приготовить ужин, пока тетка отлеживалась. Ее появление на кухне было встречено радостными улыбками и смехом племянника:

– Ой, выжила!

– И не говори! – подтвердила Марина. – Сама удивляюсь!

– Садись, Мариша, будем ужинать. – Отец накрывал на стол, суетился между плитой и холодильником, стараясь сделать все, как положено.

Коваль села за стол, но есть почему-то не хотелось, и она только вяло поковырялась вилкой в салате, не осилив даже половины.

– Коль, ты закончил? – Она взяла сигареты и встала. – Папа, ты не возражаешь, если мы в твоем кабинете пообщаемся?

– Конечно, разговаривайте, я мешать не буду.

Они закрылись в кабинете, и Коваль, закурив и закинув ноги по привычке на край стола, посмотрела на племянника:

– Ну, спрашивай, я же вижу, ты места себе не находишь от любопытства.

– Кто это был вчера?

– Это один из четырех уцелевших в ходе разборок криминальных авторитетов в моем городе. Гнусная личность, если уж откровенно говорить, я его всегда терпеть не могла.

– А ты, как я понял, тоже оттуда? – Коля указал глазами куда-то на потолок, словно имея в виду какой-то заоблачный, недостижимый Олимп.

– Правильно понял, – кивнула она, не видя смысла отпираться – все равно узнает.

– Ни фига себе! – присвистнул он, широко распахивая глаза.

– Коля, ты еще такой пацан! Думаешь, это все так интересно и романтично? Где вы успеваете нахвататься сказок о честном воровском братстве, о кодексах каких-то? – поморщилась Коваль. – Это все настолько далеко от реальности, ты и представить себе не можешь! Нет более хитрых и изворотливых людей, чем эти самые авторитеты, а уж за деньги они ни перед чем не остановятся. Поверь, я знаю, о чем говорю!

– А ты сама-то откуда знаешь? – вполне резонно спросил он, доставая из углового шкафчика коробку шоколадных конфет и протягивая ей: – Давай дедовы запасы уничтожим?

– Я не ем сладкого. А откуда знаю… это очень длинно рассказывать, в другой раз как-нибудь. Вот ты смотришь на меня сейчас и думаешь – ну, крутая у меня тетка, в авторитете, денег вал, ведь так? Я знаю, Коля, ведь ты не первый и даже не второй. Но я вот что скажу тебе – это все такая грязь, что я иногда и думать не могу без содрогания. Мой муж был очень неглупым человеком и влияние в этом мире имел огромное, но отказался от всего, чтобы вести дела в открытую, чтобы деньги не были на крови, чтобы никто не смел сказать, что Малышев вор. Репутация ему была всего дороже.

– А тебе?

– А мне всегда было все равно – и моя репутация такова, что сегодня Макар, проснувшись утром и вспомнив, что наговорил мне накануне, будет бледнеть и потом обливаться. Потому что я никому не позволяю говорить в мой адрес всякую чушь. – Марина закурила сигарету и посмотрела на Кольку – тот был в легком трансе от услышанного.

– И ты можешь взять меня к себе?

– И зачем бы ты мне сдался? – усмехнулась она. – По клубам меня водить?

– Серьезно – ведь я юрист, и специализация у меня по строительному праву, вдруг пригожусь, а? – Он смотрел на нее умоляюще, и Марина не стала больше издеваться над ним:

– Об этом я и хотела с тобой поговорить. Если ты не против, можешь попробовать поработать у меня, но подчеркиваю – поработать, даже то, что ты мой племянник, не даст тебе преимуществ перед всеми остальными, – предупредила она, чтобы сразу избежать ненужных проблем. – Я очень трепетно отношусь к корпорации Егора, там всегда и все должно быть в порядке. Работы много, зарплату тоже соответствующую будешь получать, так что подумай.

– И жить мне придется у тебя?