Особняк самоубийц - Нина Дитинич

Суржиков собрал всех жильцов особняка Барятьевых в столовой и сообщил результаты анализов. Оказывается, снотворным были опоены все, за исключением Марии.

Когда обитатели «теремка» узнали результаты анализов, известие поразило всех, словно гром среди ясного неба.

— Какая же ты сволочь! — опомнилась первой вспыльчивая Павлина. Бросив на Марию взгляд, наполненный праведным негодованием, она продолжила: — Так это ты украла клад! Ах ты тварь! — и бросилась к Марии.

Мария попыталась покинуть столовую, но на ее пути вырос Костик. Он вернул девушку за стол, однако она села подальше от Павлины.

— Как такое могло случиться, Мария? — вкрадчиво поинтересовался Суржиков.

Мария огрызнулась:

— Не знаю. Никого я не травила снотворным.

Разъяренная Серафима накинулась на Марию:

— Это твой почерк, дорогая! Не помнишь, как ты Надежду травила?

Пунцовая от злости Мария воскликнула:

— Что ты врешь?

— Вру? — разошлась Серафима. — Ты сама рассказывала мне, что Инна, жена брата бывшего хозяина, тебе давала лекарства, чтобы ты их Надежде подсыпала. Ты же замуж за Альберта собиралась при живой жене!

— Мало ли о чем она меня просила! — испуганно зажмурилась Мария. — Это было давно и к этому делу отношения не имеет.

— Вы хотите сказать, что Инна Извекова просила вас подсыпать лекарства Надежде Барятьевой? — заинтересовался Суржиков. — И что же это за лекарства были?

— Какие лекарства — не знаю, — буркнула Мария. — Просила, но я этого не делала.

— Сыпала, сыпала она! — заволновалась Серафима. — Не верьте ей! Надя даже в обморок падала от ее чаев. Отравительница!

Все невольно взглянули в свои чашки, но Зинаида успокоила обитателей «теремка», сообщив, что чай заваривала она.

— Для чего вы всех усыпили, Мария? — спросил Суржиков.

— Я не усыпляла! — уперлась та.

— Хорошо. Не усыпляли. Но так как вы не принимали снотворного, единственная из всех, значит, тогда вы слышали, как и кто разрушил стены? — с улыбкой продолжил допрос Суржиков.

— Ничего я не слышала и не видела! — пробормотала Мария.

— А может, у вас есть сообщники? — не отставал Суржиков.

Девушка исподлобья уставилась на следователя.

— Нет у меня никаких сообщников!

— Неужели ты одна столько дырок пробила? — влезла Павлина. — Покажи свои руки, овца. На них должны быть мозоли.

— Сама ты овца! — огрызнулась Мария.

— Куда ты клад дела, мерзавка? — опять завелась Павлина.

— Никакого клада нет, — усмехнулся Суржиков.

— Как это нет? — задергалась Павлина.

— А что бы сейчас сказали супруги Верхушкины? — сладко зажмурился Суржиков.

— Мне плевать, что бы они сказали! — покраснела от злости Павлина. — Может, вы скажете, что в этом доме и привидений нет?

— И привидений нет, — кивнул следователь. — Спросите у Марфы, она вам все расскажет про привидения.

Все взгляды устремили на Марфу, заинтересованные и в то же время укоризненные.

— Что вы на меня так смотрите? Это было всего лишь шоу. Световые эффекты смонтировал осветитель театра… Георгий Верхушкин.

— И ты знала, а нам не сказала? — переключилась на Марфу Павлина. — Так, значит, этот проходимец Верхушкин знал дом как своих пять пальцев, — разочарованно протянула она.

Марфа надменно фыркнула.

— А почему я должна была вам что-то говорить?

— Но почему привидения возникали так внезапно? — не сдалась Павлина.

— Это я заранее задавала программу, я знаю, как это делать, меня Надя научила, и в определенное время появлялись призраки. А пульт находится в туалетной комнате на первом этаже.

— Значит, спиритический сеанс — фокус? — грустно протянула Зинаида.

На мгновение стушевавшись, Марфа строго проговорила:

— Нет, душа Наденьки действительно общалась с нами. Она сообщила, что ее убили, и это правда.

Суржиков взглянул на часы и объявил:

— Скоро здесь появится еще один человек, которого вы знаете.

— Георгий? — удивилась Павлина.

— Супруги Верхушкины сейчас в тюремной больнице, а потом будут отвечать по закону за разбойное нападение. Правда, только один Георгий, потому что Виолетта состоит на учете в психиатрической больнице.

— У меня мелькала мысль, что у нее не все в порядке с психикой, — проговорила Александра.

— И вы, Павлина, кажется, даже лежали в одной больнице с Виолеттой? — сказал вдруг следователь.

Павлина смутилась.

— Это было очень давно. У меня было истощение нервной системы. Да, я лежала с ней, но меня не поставили на учет, а ее поставили.

— Вы с ней общались?

— Нет, когда она сюда заявилась, я даже ее не узнала, она так изменилась.

— Значит, вы знаете Инну Извекову?

Павлина растерялась, в ее глазах мелькнул страх.

— Чисто шапочное знакомство. Когда я ее увидела на спиритическом сеансе, очень удивилась, что она родственница Барятьевых.