Пение под покровом ночи. Мнимая беспечность - Найо Марш

— Хорошо, — сказал Аллейн. — Только прошу, помолчите сейчас. Что было дальше, мистер Дейл?

— Я выжидал. Потом подумал, что надо бы выйти и спросить, что там случилось. Я подозревал, что что-то пошло не так… правда, не до такой степени. И кругом стояла… такая мертвая тишина.

— И?..

— Ну и я вышел из укрытия. И прошел к веранде. Что-то сказал, не помню, что именно, но никто не ответил. Ну и тогда я… достал зажигалку и посветил. И… О господи боже!

— Дальше.

— Поначалу я просто толком не разглядел. Казалось странным, что он мне не отвечает. Ну а потом поднес огонек ближе и только тогда увидел. Ужас! Он был… как кукла. Ну та, сломанная. И еще эти цветы. А палуба вся мокрая и скользкая. Я подумал: «Я это сделал. Это моя вина. Я все это подстроил, и она не станет меня выгораживать. А потому пусть кто-то другой обнаружит тело». Ну, что-то в этом роде. После восьми я выпил пару рюмок, наверное, поэтому и запаниковал. Развернулся и бросился бежать по палубе, промчался мимо рундука. Услышал голос Кадди, потом увидел, как он ворвался в салон через двери. Тогда я спрятался за кнехтом. И мне удалось подслушать, что он вам рассказал. А затем услышал, как вы вышли на палубу и пошли посмотреть. И подумал: «Теперь в любом случае поздно им рассказывать. Я здесь. А значит, замешан в этом». Ну и я прошел по палубе в носовую часть.

— Отец Джордан, — произнес Аллейн. — Вроде бы вы к этому времени оказались у входа в салон, пошли посмотреть, чем можно помочь мистеру Кадди, который потерял сознание. Вы видели мистера Дейла?

— Нет. Но вы правы, я склонился над мистером Кадди. И стоял спиной к кнехту.

— Да, — кивнул Дейл. — Так оно и было. Я видел вас. И больше вроде бы ничего не помню. Ну разве что… О, Боже, да!

— Что вспомнили?

Дейл рассматривал свои руки, он выложил их на стол. Потом медленно поднял голову. Мистер Макангус сидел ровно напротив. И они смотрели друг на друга с отвращением.

— Продолжайте, — сказал Аллейн.

— Это случилось, когда я обошел пассажирский отсек и вышел к левому борту. Мне страшно хотелось выпить и еще хотелось побыть одному. Я дошел до входа в коридор и выждал там какое-то время, хотел убедиться, что рядом никого. Руби, то есть миссис Диллингтон-Блик, сидела у себя в каюте. Я даже слышал, как она пошлепывает по лицу, видно, втирает крем. Я думал, стоит ли ей рассказать, и тут вдруг почувствовал этот запах.

— Запах чего?

Дейл указал на мистера Макангуса:

— Вот этого. Запах вонючих сигареток, которые он курит. Совсем близко.

Мистер Макангус заметил:

— Я уже говорил, что какое-то время находился на палубе, решил прогуляться перед тем, как лечь спать. Так оно и было.

— Да. Но где? Где именно вы гуляли? Я вас не видел, и в то же время вы находились совсем близко. Я даже дымок от сигареты увидел.

— Мистер Макангус? — спросил Аллейн.

— Я… точно не помню, где стоял. Да и почему, собственно, должен это помнить? — Макангус раздавил сигарету в пепельнице. От окурка поднималась тоненькая пахучая спиралька дыма.

Дейл возбужденно проговорил:

— Но палуба — место открытое. И из ее иллюминатора лился свет. Почему же я тогда его не заметил?

— Еще одна дверь в коридор открывается за внешней переборкой, — уточнил Аллейн. — И находится рядом с иллюминатором каюты миссис Диллингтон-Блик. Скажите, мистер Макангус, вы стояли за этой дверью?

— Вернее, прятались, да? — злорадно подхватил мистер Кадди.

— Так что же, мистер Макангус?

Его продолговатое слабовольное лицо под крашеными волосами покрылось красными пятнами.

— Мне не в чем признаваться, — пробормотал мистер Макангус. — Абсолютно не в чем.

— Уверены?

— Да. И говорить тут больше не о чем.

— Так вы, мистер Дейл, считаете, он все же мог находиться там?

— Да, да, именно так и считаю. Понимаете, я решил, что он стоит в коридоре. И все выжидал, а потом подумал: «А, шут с ним, все равно деваться некуда!» Ну и заглянул в этот самый коридор, а там никого. И я вошел. Моя дверь как раз слева. Уже в каюте хватил чистого виски, как раз то, что надо. А потом еще налил и опрокинул. Просто нервы были на пределе. Да, точно вам говорю, у меня уже давно самый настоящий нервный срыв, — дрожащим голосом добавил Дейл. — Я думал хоть немного подлечиться во время путешествия. А вышло вон как, стало еще хуже.

— Скажите, мистер Макангус, вы слышали, как мистер Кадди ворвался в салон и сообщил нам о своем ужасном открытии? У него была истерика, и говорил он очень громко. Вы слышали его?

— Что-то слышал. Но значения это уже не имело, — ответил мистер Макангус.

— Как это не имело?

— Я и без того знал, где она.

— Миссис Диллингтон-Блик, да?

— Не стану отвечать на этот вопрос, сэр.

— Но вы же сами недавно говорили, что вышли из салона через двойные двери на палубу, затем обошли центральный блок и какое-то время пробыли на палубе с левого борта. Вы не отказываетесь от этого утверждения?

Мистер Макангус уцепился за край стола, словно боясь упасть, и не отрывал глаз от Аллейна. И так плотно сжал губы, что в уголках их выступили капельки слюны. А затем еле заметно качнул головой.

— Что ж, в таком случае…

— Нет! Нет, нет! — внезапно выкрикнул мистер Макангус. — Я отказываюсь! То, что я сделал… меня вынудили это сделать! И я не стану это обсуждать. Никогда!

— Раз так, — произнес Аллейн, — мы зашли в тупик. Доктор Мэйкпис, будьте так добры, пригласите сюда мистера Мэрримена.

II

Было слышно, как мистер Мэрримен идет по коридору. Об этом возвестил его высокий резкий голос, дрожащий от негодования.

— Меня следовало известить об этом тотчас же, — говорил он. — Незамедлительно. Я требую объяснений. Так кто, вы сказали, этот человек?

В ответ послышалось неразборчивое бормотание Тима.

— Ах, вот оно как! Вот оно что! В таком случае он, несомненно, насладился целительным опытом, столь популярным среди тех, кто любит подглядывать и подслушивать. Вот случай, — голос приблизился и стал еще громче, — которого я столь долго ждал. Если бы со мной проконсультировались с самого начала, чего и следовало ожидать, но куда там! Сработала типичная и столь хорошо знакомая модель профессиональной некомпетентности официальных лиц, наделенных полномочиями. Нет, разумеется, надеяться на это было бы слишком глупо. И я…

Дверь отворил Тим, вошел первым, взглянул на Аллейна, скроил кислую гримасу и отошел в сторону.

Появление самого мистера Мэрримена вышло довольно эффектным. На нем был ночной халат. Хохолок волос на голове стоял дыбом, глаза воинственно сверкали. Он обозрел собравшихся за столом людей наполеоновским взглядом.