Холодная месть - Линкольн Чайлд

Доктор Фелдер ощущал себя третьим лишним. Доктор Пул и Констанс жизнерадостно гуляли под руку по зоопарку Центрального парка. Уже зашли к котикам, поглядели на полярных медведей, Констанс попросила показать японских снежных макак. Она казалась гораздо оживленнее, раскрепощеннее, чем когда-либо. Конечно, обычная сдержанность осталась. Странно было бы полагать, что особа настолько флегматичная может запрыгать от радости. Но всегдашняя настороженность определенно понизилась на градус-другой. Правда, Фелдеру не доставляло особого удовольствия, что его пациентка раскрепостилась с посторонним доктором.

Вышагивая рядом, Фелдер думал, что она уж слишком подобрела к Пулу. Это раздражало.

Еще на подходе к вольеру они услышали вопли и визг животных, играющих друг с дружкой, носящихся сломя голову по площадке, огороженной скалами и каналом.

Фелдер украдкой глянул на Констанс. Ветер трепал ее темные волосы, на обычно бледных щеках разгорелся румянец. Она улыбалась, наблюдая за проказами самого шаловливого детеныша. Тот, визжа от восторга, спрыгнул с камней, шлепнулся в воду, выбрался, вскарабкался наверх и тут же спрыгнул опять. Точь-в-точь как человеческий малыш.

— Поразительно: им вовсе не холодно! — воскликнула Констанс.

— Потому их и называют «снежными обезьянами», — ответил Пул, смеясь. — На их родине бывает холодновато.

Понаблюдали за ними немного, и доктор Фелдер демонстративно посмотрел на часы. Оставалось еще полчаса, но доктору хотелось как можно скорее вернуть Констанс в «Маунт-Мёрси». В зоопарке трудно обеспечить надлежащий контроль, случиться может всякое, а доктор Пул слишком уж приблизился к границе допустимого в отношениях с пациенткой. Возможно, уже и ступил за грань — с остротами, заливистым смехом, с гулянием взявшись за руки.

Констанс сказала что-то Пулу вполголоса. Тот повернулся к Фелдеру и сообщил:

— Прошу прощения, но нам следует вымыть руки. Кажется, это близко, в здании тропических видов.

— Хорошо, — согласился Фелдер.

Они прошли по дорожке до нужного здания. Внутренность его была имитацией влажного тропического леса, где животные и птицы находились в естественной среде обитания. Туалеты были в конце длинного коридора. Фелдер ожидал у его начала, Пул же проводил Констанс до двери и остался караулить снаружи.

Прошло несколько минут. Фелдер снова посмотрел на часы: одиннадцать сорок. Прогулка запланирована до полудня. Он заглянул в коридор: Пул стоял у двери, скрестив руки и задумавшись.

Прошло еще несколько минут, и Фелдер забеспокоился. Подошел к Пулу, шепотом спросил:

— Может, нам стоит проверить?

— Кажется, да…

Пул наклонился к двери и спросил:

— Констанс? С вами все в порядке?

Ответа не последовало. Во взгляде Пула появилась тревога.

— Лучше нам зайти и проверить!

Подавив внезапно нахлынувший страх, Фелдер кивнул. Пул зашел в туалет, громко объявляя о себе, чтобы предупредить возможных посетительниц. Дверь за ним захлопнулась. Фелдер услышал, как он зовет, открывает двери кабинок.

Через минуту он появился в дверях с пепельно-серым лицом:

— Она исчезла! Окно распахнуто, и ее нет!

— О боже! — выдохнул Фелдер.

— Она не могла уйти далеко! — зачастил Пул. — Скорее, нужно ее найти! Наружу! Вы — налево, я — направо! И ради бога, смотрите в оба!

Фелдер помчался, выскочил наружу, едва не вышибив дверь, обежал здание, вертя головой, высматривая беглянку.

Напрасно.

Добежал до задней стены, куда выходили окна туалетов. Вот то окно, в самом деле распахнутое. Но… оно ведь забрано решеткой…

Решеткой?!?

Фелдер беспомощно завертел головой, высматривая Пула, который должен был прибежать с другой стороны. Но не прибежал. Чертыхаясь, Фелдер понесся вокруг здания и через шестьдесят секунд оказался у двери.

Но Пула не встретил.

Фелдер заставил себя успокоиться, рассуждать логично. Разве могла Констанс вылезти через окно, забранное решеткой? И где, черт побери, Пул? Погнался за нею? Наверное…

Зоопарк обнесен стеной. Выхода два: первый — на Шестьдесят четвертую улицу и Пятую авеню, второй — у южного края зоопарка. Фелдер кинулся к южному выходу, повернул турникет, выходя, посмотрел на Центральный парк: потерявшие листву деревья, длинные аллеи, людей немного. Хотя время обеда, парк на удивление пустынен.

Приметного силуэта Констанс нигде не видно. Доктора Пула — тоже.

Ясно, что она не покидала зоопарк. А может, выбежала через другой выход? Фелдер внезапно осознал весь ужас ситуации. Констанс — признанная безумной убийца. Разрешение на вывод ее за пределы больницы получил он, Фелдер, используя личные связи. Если Констанс убежит, с карьерой будет покончено раз и навсегда.

Звонить в полицию? Нет… Сразу представился заголовок в «Таймс».

Голова идет кругом. Так, спокойно! Нужно сосредоточиться. Пул наверняка отыскал Констанс. Потому и не подошел. Сейчас нужно связаться с ним, только и всего.

Фелдер двинулся назад, зашел в зоопарк, вернулся к зданию тропических видов. Тщательно проверил и внутренность здания, и окрестности. Напомнил себе: Пул наверняка отыскал ее, ситуация под контролем. Доктор Пул изловил беглянку и удерживает где-то неподалеку. Вероятно, ему нужна помощь.

Лихорадочно порывшись в карманах, Фелдер вытащил мобильный телефон, набрал номер, но услышал лишь сообщение о недоступности абонента.

Он вернулся в здание и ворвался в женский туалет. Окно по-прежнему было открыто. Но решетка на нем очевидна, не ошибешься. Фелдер замер, и наконец к нему пришло понимание случившегося.

Он сам слышал, как Пул звал Констанс, как открывал и закрывал двери кабинок. Но зачем же делать это, если на окне решетка и нет возможности убежать?