Жертва разума - Джон Сэндфорд

Грив встретил Дэвенпорта у дверей лифта. Он был в рубашке с коротким рукавом, галстук съехал набок, волосы торчали в разные стороны.

– Господи, я загорелся, как проклятая рождественская елка, – заявил он. – Не могу поверить своим ушам.

Он повел Лукаса по пустому, но ярко освещенному коридору к распахнутой двери кабинета, и стук его каблуков по вымощенному плиткой полу эхом разносился по всему зданию.

– Ты позвонил федералам? – спросил Дэвенпорт.

– Нет. А следовало?

– Пока нет.

В кабинете стоял складной столик, как в кафе, три офисных кресла и телевизор. Группа бежевых кнопочных телефонов и магнитофон соседствовали на столе с тарелкой, полной крошек от пончиков; телевизор работал с отключенным звуком, Джейн Фонда[57]бежала по движущейся дорожке. На полу лежала стопка журналов.

– Я все записал, – сказал Грив.

Он нажал кнопку на магнитофоне, и тот заработал. Послышался телефонный звонок, потом трубку сняли.

– Джордж Данн.

– Джордж? – Голос Мэйла был веселым и беззаботным. – Я звоню тебе по поручению твоей жены Энди.

– Что? Что ты сказал? – Джордж казался ошеломленным.

– Я звоню от твоей жены. Этот звонок записывается? Ради Энди тебе лучше сказать правду.

– Господи, нет. Я в машине. Кто это?

– Старый друг Энди… А теперь слушай: я хочу сто тысяч. За всех троих.

– Где гарантии, что ты не мошенник? – спросил Данн.

– Сейчас я дам тебе прослушать запись. – Послышался какой-то шум, и они услышали голос Энди Манетт: – «Джордж, сделай все, что потребует этот человек. Он велел мне напомнить тебе содержание нашего последнего разговора… Ты позвонил мне из клуба и сказал, что хочешь заехать, но я ответила, что дети уже в постели, и я не готова…»

Запись закончилась посреди предложения.

– Дальше она начала путаться, Джордж, – снова заговорил Мэйл. – Ты не захочешь слушать остальное. Надеюсь, теперь у тебя нет сомнений насчет того, что я не мошенник?

– Нет, – в голосе Данна появилось ожесточение.

– Так вот, я не хочу, чтобы ты пошел в банк и взял банкноты с записанными номерами, посыпанные ультрафиолетовым порошком; я уже не говорю о дерьме, которым занимается ФБР. Если ты это сделаешь, я всех убью.

– Но я должен где-то взять деньги.

– Джордж, у тебя есть почти шестьдесят тысяч, отложенные на крайний случай, главным образом в крюгеррандах[58], о которых никто не знает, в банковской ячейке в Прескотте, штат Висконсин. Так? И еще «Ролекс», стоимостью в восемь тысяч – ты его не носишь. У Энди имеется на 25 тысяч бриллиантов и рубинов, доставшихся ей от матери, все это лежит в банковской ячейке Первого банка. И еще несколько тысяч долларов наличными, спрятано в двух домах… возьми все это.

– Ты сукин сын.

– Послушай, давай вести деловые переговоры как положено, ладно? – Голос Мэйла стал холодным, в нем уже не слышалось веселья.

– И как мы с тобой встретимся? Вокруг меня полно полицейских, они ждут, когда ты мне позвонишь.

– Поезжай по автостраде I-94 на восток до Санта-Круса, затем сверни на автостраду 95, на запад, съедешь с нее возле плаката «Добро пожаловать в Миннесоту». Ты знаешь, где это?

– Да.

– Там есть телефон-автомат, возле автомата с кока-колой. Ты должен оказаться там чуть раньше семи часов. Я наберу его номер ровно в семь. Если будет занято, я позвоню еще раз в пять минут восьмого. Если телефон все еще будет занят, я позвоню через десять минут. Если ты не поднимешь трубку, я уеду. И не вздумай сообщать о нашем разговоре полиции. Я буду звонить из движущегося автомобиля, и они не смогут меня отследить. Они уже пытались. Когда ты возьмешь трубку, я сообщу тебе дальнейшие инструкции.

– Хорошо.

– Если я увижу полицейских, то уеду с концами.

Разговор закончился.

– И все, – сказал Грив.

– Господи. – Лукас сделал круг по кабинету, остановился, чтобы посмотреть в окно на огни города, и сказал: – Мы расскажем Лестеру и шефу. Больше никому. Нужно собрать команду.

Рукс обратилась в ФБР. Дэвенпорт возражал, но она настояла на своем.

– Ради бога, Лукас, ничего другого нам не остается. Они специализируются на таких вещах. Мы не можем оставить их в стороне. Если мы попытаемся обойтись без них и завалим дело, нам конец. А шансов у нас немного.

– Мы справимся.

– Не сомневаюсь, если все будет по-настоящему. Но в противном случае мы в глубоком дерьме, мой друг. Нет, они должны участвовать.

Дэвенпорт посмотрел на Лестера, но тот кивнул, соглашаясь с Рукс.

– Итак, я им позвоню, и вы двое введете их в курс дела. Кто-то из наших людей должен войти в команду, которая будет следить за Данном. Ты, Лукас и кто-то еще.

– Слоун или Кэпслок.

– Любой из них, или оба, – сказала Рукс, отвернулась от них, щелкнула зажигалкой и закурила следующую сигарету. – Господи, я надеюсь, что все на этом закончится.

Лукас, не спавший всю ночь, ушедшую на споры с Рукс и разговоры с ФБР, заехал домой в пять тридцать и позавтракал с Уэзер.

– Ты думаешь, это по-настоящему? – спросила она.

Сегодня ей предстояло провести семинар для стажеров, и она надела светлый костюм с шелковым шарфом.

– Все выглядит серьезно, – сказал Лукас. – Данн вел себя вполне естественно. Мы не записывали разговоры с его телефона до вчерашнего дня, и он не знал, что его беседу с похитителем кто-то слышал. Да, я верю в этот звонок. Но ублюдок не собирается возвращать Данну жену и детей.