Убийца с того света - Валерий Шарапов

На этот раз в кабинете Корнева было довольно людно. Помимо самого начальника милиции присутствовали заместитель начальника главка подполковник Борисов, старший следователь Чумаков из областной прокуратуры и еще несколько прокурорских, фамилий которых Зверев даже не знал.

Борисов сидел по правую руку от Корнева, хмурился и нервно постукивал пальцами по колену. Чумаков сидел напротив Борисова и внимательно изучал лежавшие перед ним на столе документы. Зверев, уже успевший вымыться и переодеться, утомленный, но чистый и наглаженный, сидел у стены на отдельном стуле и то и дело смотрел на входную дверь. На кожаном диване сидел понурый и осунувшийся Анатолий Хрусталев – перемазанный глиной высокий восемнадцатилетний парень с понурым лицом. На другом краю дивана расположилась бывшая подружка Вальки Чижова – Динка Алексеева. В выцветшей цветастой кофте и серой юбке, растрепанная и угрюмая, девушка сидела, ссутулившись, и отрешенно смотрела в окно. Время от времени она как будто приходила в себя, при этом тут же начинала одергивать юбку, желая прикрыть разорвавшийся на ноге хэбэшный чулок.

Дверь наконец-то распахнулась, и в кабинет вошел Костин. В руках он держал пробитую двумя пулями фанерную мишень, вырезанную по подобию человеческой фигуры, приколоченную гвоздями к заостренному колышку. Когда Веня уселся на свободный стул и положил на колени принесенную им мишень, Корнев, не скрывая раздражения, громко поинтересовался:

– Ну что, теперь-то начнем?

– Начнем! – ответил Зверев и поднялся. – Итак, товарищи, перед вами тот самый злосчастный Анатолий Хрусталев, совершивший разбойное нападение на гражданина Зотова и похитивший у него четыре миллиона рублей.

– Четыре миллиона бандитских рублей! – уточнил Корнев.

– Пусть будет так. Четыре миллиона бандитских рублей, предназначенных для проведения подпольного карточного турнира. В настоящее время деньги, равно как и те, что мы задержали в Болохово после ареста Бурого и его шайки, находятся в хранилище и являются вещественными доказательствами по делу об ограблении и шести убийствах.

– Подождите! Вы сказали, шести?.. Насколько я информирован, в этом деле фигурируют семь трупов! – оторвав голову от своих бумаг, вмешался Чумаков.

– Трупов действительно семь, но сейчас я говорил об убийствах! Напомню, что бандит Юрий Луковицкий, также известный как Черемша, при задержании покончил с собой у меня на глазах!

Чумаков покачал головой, что-то буркнул себе под нос и снова уткнулся в лежавшие перед ним документы.

– Хорошо. Продолжайте.

– Итак, – продолжил Зверев. – До недавнего времени все считали, что убийцей бандита Михеева по кличке Мотя является сидящий перед вами Анатолий Хрусталев. Также считалось, что в Луковицкого и Самошина тоже стрелял он. Замечу, что даже эти два бандита до последнего считали, что именно так и было. Я тоже поначалу так считал, но на последнем этапе нашего расследования у меня стали возникать сомнения. Хрусталев грабит Зотова, ворует деньги у своих дружков, прячет их в гробу, лишается этого гроба, а потом каким-то образом добывает сведения о захоронениях воинов-фронтовиков, умерших за последние несколько недель и не имевших руки. Он же еще и раскапывает могилы покойников, и все это с учетом того, что его ищем мы и все преступное сообщество города Пскова во главе с Луковицким. Каким бы ловким ни был этот парень, я считал, что обычному человеку такое не под силу. Тут-то я и предположил, что наш Хруст действовал не один.

– И ты решил, что ему помогает кто-то из военнослужащих части, потому что на развалинах монастыря, где прятался Хрусталев, вы нашли спальные принадлежности и посуду, украденные из части, – сказал Степан Ефимович.

– Совершенно верно.

– Но как ты догадался, что подельницей Хрусталева была именно она? – указав на сидевшую на диване девушку, воскликнул Корнев. – Или ты узнал это уже после того, как накрыл эту юную парочку?

Зверев усмехнулся:

– Да нет, Степан Ефимович, все-то я знал!

– Но откуда?

– Когда, разобравшись с Черемшой, я наконец-то смог заняться поисками помощника нашего неуловимого Хруста, я в первую очередь встретился со своим сослуживцем майором Хомченко Панкратом Степановичем, который в настоящее время служит в упомянутой нами воинской части. Я попросил Панкрата составить для меня список всех работников тыла, старшин рот и начальников складов – одним словом, тех, кто мог иметь доступ к найденному на развалинах военному имуществу. В принесенном Хомченко списке меня сразу же заинтересовал начальник вещевого склада старшина Петр Алексеев. Я тут же попросил у Хомченко выяснить все о семье данного начсклада и узнал, что у Петра Алексеева имеется жена и двое детей: семилетний сын Игорек и шестнадцатилетняя дочь по имени Дина. Проверив полученные сведения, я выяснил, что семья Алексеевых живет на улице Отрадной, а Дина Алексеева учится в той же школе, что и наши пострадавшие Чижов и Хлебников. В том, что моя знакомая и одновременно лучшая подружка Валентина Чижова и дочь старшины Алексеева – одно и то же лицо, теперь можно было не сомневаться. Так как мне не хотелось спугнуть нашу красавицу, ведь я уже побывал в их школе и успел познакомиться как с самой Диной, так и с ее тетей Глафирой Зотовой, которая, кстати, работает в той же школе вахтером, на встречу с директором школы Валентиной Михайловной Орловой я отправил старшего лейтенанта Костина. В свое время я был сильно удивлен, когда меня уверяли, что такой опытный воин-разведчик и матерый бандит Луковицкий так легко дал себя подстрелить. Ведь в тот момент, когда прозвучали выстрелы, наш Хруст копал свою очередную – уже третью по счету – могилу. Вот я и решил, что в Луковицкого и Куцего стрелял кто-то другой. То, что Веня узнал от Валентины Михайловны Орловой, подтвердило мои догадки. Оказывается, наша Диночка с восьми лет занимается стрелковым делом и даже имеет звание мастера спорта по пулевой стрельбе.

– Если она стреляла в Тимофеева и Луковицкого, кто же тогда застрелил Михеева? – прервал монолог Зверева Корнев.

– Тоже она! Она убила Мотю, она подстрелила Куцего и Черемшу, она же стреляла и в нас, а если точнее – в принесенную нами фанерную мишень. Но об этом чуть позже.

– После того как мы узнали о том, что наша Дина превосходный стрелок, – стал пояснять Костин, – Павел Васильевич отправил меня в облвоенкомат, где я попробовал отыскать сведения о стоявших на воинском учете фронтовиках-инвалидах, похороненных за последний месяц. Работающая в военкомате девушка оказалась очень любезной и дала мне нужную информацию. А после этого я узнал, что я не первый, кто в последнее время интересовался данным вопросом. Оказывается, к ним уже приходила девушка, которая, по ее словам, занимается научной работой и собирает материал о наших воинах-фронтовиках.

– Наша Дина и впрямь увлекается археологией, – снова перехватил инициативу в разговоре Зверев, – и, по словам ее тети, собирается стать археологом. Вот только сведения о захоронениях были нужны Дине совершенно для иной цели. Проработав принесенный Вениамином материал, мы выяснили, что под нужные нам параметры подходят четыре человека. Первый из них – Гордиенко Кузьма Иванович, уроженец Харьковской области, второй – уроженец деревни Мостище Себежского района Псковской области Федот Шубин, третий – Иван Полищук, при раскапывании его могилы Дина подстрелила Луковицкого и Куцего, ну а четвертым стал Георгий Кулемин, именно на его могиле мы с Веней и взяли наших юных лиходеев.