Убийца с того света - Валерий Шарапов

Это был старый заброшенный дом, чем-то похожий на тот, где не так давно псковские опера обнаружили тела двух убитых ребят. Зверев вошел в здание и осмотрел первый подъезд, заглянув в каждую квартиру. Не найдя того, кого искал, Павел Васильевич двинулся дальше. Облезлые стены, выбитые окна, мусор под ногами. Если наш Черемша и в самом деле Луковицкий и если он действительно скрывается где-то здесь, то его наверняка выворачивает от окружающей его грязи и пыли. Своего старого знакомого Зверев нашел на втором этаже второго подъезда в длинном проходном коридоре. Тот сидел, прислонившись к стене, и зажимал пальцами правой руки рану на боку, из которой сочилась кровь. Рядом с раненым бандитом в пыли лежал девятимиллиметровый «вальтер».

– Ну, здравствуй, Хирург! – сказал Зверев, держа раненого на прицеле. – Надеюсь, ты не станешь хвататься за ствол?

– И тебе не хворать, командир! – раненый поморщился. – Давненько не виделись. Пришел довести до конца то, что не смог сделать тогда, в сорок пятом, – прикончить меня?

– И не надейся! Сегодня у меня на тебя другие планы.

– Хочешь меня арестовать, старлей?

– Я теперь не старлей – я майор милиции.

– Да по мне хоть генерал!

Зверев хмыкнул и прислонился спиной к холодной стене.

– Сам идти сможешь?

– Куда и зачем? – Черемша вынул из кармана носовой платок и стал стирать им с рук и лица налипшую грязь. Зверев шагнул вперед и отбросил ногой валявшийся на полу «вальтер».

– Я вижу, тебе нужно умыться. Когда я искал тебя на первом этаже, я видел умывальник.

– И там есть вода?

– Холодная. Я проверял.

Луковицкий тут же встал.

– Показывай.

Он шел, качаясь, и то и дело хватался за стену. Зверев убрал пистолет и шел позади. Они отыскали нужную квартиру, и Луковицкий полностью разделся. Он подобрал с пола валявшуюся на полу кастрюльку и принялся с ее помощью лить на себя воду. Кожа бандита покрылась мурашками, но он не дрожал и продолжал отмывать налипшую грязь и засохшую кровь.

Зверев стоял и с замиранием сердца смотрел на три зарубцевавшихся шрама, оставленных пулями его «ППШ». Левый бок, правая лопатка и правое плечо – этот человек и впрямь обладает некоторой сверхъестественной силой, раз сумел выжить после таких ранений.

Луковицкий закончил мыться и принялся стирать одежду. Все его действия заняли не меньше получаса, но раненый ни разу не застонал. Луковицкий закончил со стиркой, разорвал свою мокрую рубашку и перевязал сам себя. После этого он стал натягивать на себя брюки, сунул ноги в ботинки, а затем надел мокрый пиджак. Все это время Зверев стоял, прислонившись к дверному косяку, и ждал. Когда бандит пригладил руками волосы и повернулся, Звереву показалось, что в обычно холодных глазах Хирурга промелькнула добрая задорная искорка.

– Ну вот и все!

Зверев указал на выход.

– Тогда пошли.

Луковицкий ухмыльнулся.

– А ведь ты меня не понял, старлей! Никуда я с тобой не пойду!

– Хочешь истечь кровью?

– А почему бы и нет? Думаешь, я готов сесть в тюрьму? – Луковицкий закашлялся. – Жить в вонючем загаженном бараке возле параши, спать на кишащем клопами матрасе и есть из немытой миски?