Расписной - Данил Корецкий

– Да, народ порядка не любит… Смотрю я, у вас стены испачканы. Дом приличный, никогда тут такого не было!

– А это сынок ихний, оболтус! К нему такие же приходят, курят на черной лестнице, плюются. А на стене, думаете, цифры нарисовали? Ругание матерное! Это уже мой муж замазал…

Сантехник осуждающе покрутил головой.

– Непорядок. А когда они дома-то бывают?

Женщина плотнее запахнула халат и сложила губы сердечком.

– Его вообще неделями не бывает, ее не поймешь – то дома сидит, то уходит до вечера. А сынок ихний – с утра в школе, потом по улицам гойдает, уже под ночь свою музыку дурацкую включает!

Вольф сочувственно покивал. Разведдопрос закончен. Теперь надо выйти из ситуации, зачистив следы.

– Ладно, зайду вечером. Хотя странно, у них точно уже идет рем0нт… Это ведь восемнадцатый дом?

Сердечко растянулось тонкой резинкой.

– Прям-таки! Шестнадцатый. Вы что, своих домов не знаете? Пить надо меньше!

Дверь захлопнулась.

Удовлетворенно улыбнувшись, «сантехник» направился к лифту. Завтра утром можно повторить визит. Дверь довольно хлипкая и проникнуть в квартиру не составит труда…

В хорошем настроении он вышел на улицу. Яркое солнце слепило глаза, искрился пушистый снежок. Вольф глубоко вдохнул чистый морозный воздух и улыбнулся. Сейчас возможность дышать полной грудью уже не казалась роскошью. Оказавшийся на дороге мрачный парень недоуменно смотрел на его улыбку. Вольф обошел его, но еще один мрачный человек в надвинутой на глаза кепке и поднятым воротником снова оказался на пути.

– Не дергайся, а то получишь маслину, – тихо и очень уверенно сказал он. – Садись в машину.

Голос был серьезным, рука глубоко засунута в карман, пальто топорщилось. Сквозь толстую ткань Вольф непостижимым образом рассмотрел пистолет, направленный ему в живот.

«Зуб даю, он и вправду шмальнет! – обеспокоенно сказал кот. – Лучше бы шкуру не дырявить…»

– Пошел! – первый мрачный парень толкнул его в спину, направляя к подъехавшей «Волге».

Вольф не собирался садиться в машину. Зачем? Ясное дело: вывезут в безлюдное место и грохнут. Лучше уж «подергаться» здесь. Вряд ли они станут стрелять среди бела дня на глазах десятков прохожих… Кто они? Впрочем, сейчас это неважно. Первым срубить этого, в кепке, потом с разворота – второго, прыгнуть за угол дома и зигзагами к метро. Тело привычно напряглось, секунды стали растягиваться… Дверь «Волги» распахнулась.

– Здорово, Волк! – Серж смотрел на него в упор и криво улыбался.

Вольф расслабился.

– Здорово, Серж! – ответная улыбка получилась искренней и спокойной. – Что это за карусель? Я уж чуть было не начал воевать!

– Это на тебя похоже, – буркнул Серж. Он явно ожидал другой реакции. – Садись, прокатимся.

– С удовольствием, братишка. Только без этих быков. Они мне не нравятся.

Серж замешкался, но только на мгновение.

– Ладно, давай без них. Хотя это мои друзья, отличные ребята. Они поедут следом.

Вольф сел на заднее сиденье, водитель сразу набрал скорость. Мрачные парни прыгнули в зеленую «шестерку» и повисли на хвосте. Машины свернули на узкую улочку и через несколько минут остановились на пустыре возле строящегося дома. По знаку Сержа водитель вышел, оставив их наедине.

– Что же это, братишка, – холодно начал Серж, развернувшись на переднем сиденье. – Я тебе доверил камушки, а ты меня кинул? Очень удивительно – на тебя это не похоже! Хотя на больших суммах люди часто ломаются.

«Этот тоже в нас целится, – сказал пират. – Они что, совсем оборзели?»

Подключичными глазами Вольф уже и сам увидел сквозь мягкую спинку кресла оружие в руках Сержа.

– Я не думал тебя кидать, – по-прежнему спокойно ответил Волк, снимая перчатки. – И убери свою пушку.

– Не думал, говоришь? – Серж не пошевелился. – А где камни? Куда ты пропал? Почему квартиру поменял? Или все это случайно? Знаешь, как такие случайности называются? Фуфло!

Волк ощерился и положил руки на спинку сиденья, прямо перед лицом Сержа. Тот застыл, уставившись на синие перстни.

– Фуфло, значит? – «блатным» голосом с развязной угрожающей интонацией проговорил Вольф, расстегивая свою телогрейку. – Пока вы, бультерьеры, по гадиловкам в рыжих ошейниках лукаетесь, где-нибудь в Коми люди баланы катают и рады, если выйдет гуляшом приколоться… Ты хоть рубишь, что такое гуляш? Э-эх… Тебя бы сейчас в лагерную тройку вбить, тогда бы и базарил про фуфло… Ну что ты чичи напузырил? [77]

Расстегнувшись до пояса, Вольф рывком обнажил грудь. Огромные синие глаза впились безжалостным взглядом в изумленное лицо Сержа. Непристойная женщина на кресте строила ему рожи и показывала язык, трехкупольный храм подавлял своим величием, звезды вокруг сосков излучали уверенность и силу.

Серж потерял дар речи.

– Ты кто?! – Он облизал пересохшие губы. – Двойник Волка? Когда тебя сделали?

– Да я это, я! – ответил Волк своим обычным голосом и рассмеялся обычным смехом. – Это я в Рохи Сафед тебя от стариковской присяги освободил! И Чувака я отмудохал!

Серж потряс головой и с силой провел ладонью по лицу.

– Но откуда… у тебя… это все? И татуировки, и говор уркаганский…

– От верблюда! Камушки твои я спрятал, а меня на задание отправили! В крытых парился, в тюрьмах то есть. А под легенду и роспись навели! Вернулся в Москву, а мои бабы квартиру поменяли! Вот пришел обстановку разведать, прикинуть, как камни выручать… А тут – ты со своими дружками.

Дружки неподвижно стояли полукругом чуть в отдалении, внимательно контролируя происходящее в машине. Их было пятеро. Руки все держали в карманах.

– Индийское кино! – Серж покрутил головой. – Если б не твои картинки, ни в жисть не поверил бы! Ну, раз так, другое дело! Поехали в кабак закатимся! Обмоем встречу.

Привычным движением Серж вставил оружие куда-то под пиджак.

– Поедем, чего ж не поехать. Мне только переодеться надо.

– Не надо. Все нормально, – беспечно махнул рукой Серж. – Нас везде в любом виде примут. И еще рады будут.

– Как скажешь, – кивнул Волк. – А вот скажи мне честно и откровенно… Неужели шлепнул бы старого боевого товарища? За пригорошню говенных камней?

В машине наступила тишина. На пустыре тоже диспозиция изменилась. Быки поняли, что кульминация миновала, их позы стали расслабленней, кое-кто даже достал сигареты. Защелкали зажигалки, после первых затяжек внимание быков рассеялось, как струйки табачного дыма… Это не профессионалы, это криминал. Они отвлеклись, и сейчас их можно было легко перемочить. Если бы, конечно, Волк собирался это сделать. Но он не собирался.