Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы - Эрл Стенли Гарднер

– Ну, понимаете, в общем, Гриб и Дункан застраховали свое партнерство. Если один из партнеров совершит самоубийство в течение года после приобретения страхового полиса, то никаких выплат по страховке не полагалось. В случае смерти по естественным причинам – двадцать тысяч долларов, а в случае насильственной смерти – сорок тысяч долларов. Чарли Дункан увидел, что Сэмми Гриб совершил самоубийство, а он быстро соображает, и понял, что для него имеет большое значение, самоубийство это или убийство. Разница – сорок тысяч долларов, если ему удастся сделать так, что это будет выглядеть как убийство. Поэтому он постарался удалить из кабинета Мейсона и заместителя маршала. Ему ведь требовалось подобрать пистолет Гриба, который свалился под стол. Ну а потом он выбросил его за борт.

Окружной прокурор нахмурился, глядя на Маннинга, и спросил:

– Вы отдаете себе отчет в том, что говорите?

– Конечно, – ответил Маннинг.

– У вас есть какие-то доказательства, или это просто предположения?

– Сами подумайте: Гриб застрелен из своего собственного пистолета. Чарли Дункан позаботился о том, чтобы остаться в кабинете в одиночестве. Ну, то есть вместе с трупом…

– Нет, не так! – взорвался Чарли Дункан. – Мейсон, вы должны подтвердить, что я нажал на тревожную кнопку, чтобы подать сигнал Маннингу, до того, как вы вышли из кабинета. Так?

– Так, – подтвердил Мейсон.

– Сколько времени прошло между включением сигнальных лампочек до твоего появления в кабинете, Артур? – спросил Дункан.

– Ну, совсем немного, – ответил Маннинг.

– Не больше шести или восьми секунд?

– Я точно не знаю, сколько, но…

– Где находился Перри Мейсон, когда ты направился к кабинету?

– Только что вышел оттуда. Перкинс надел на него наручники.

– Но для того, чтобы отреагировать на мой сигнал, тебе не потребовалось больше четырех или пяти секунд?

– Нет, не потребовалось. Но у вас было достаточно времени, чтобы выбросить оружие за борт. А я могу доказать, что Сэмми убили из его пистолета.

– Каким образом? – спросил Дункан.

– Помните, как вы с Сэмми один раз соревновались в стрельбе? Хотели выяснить, кто из вас лучше стреляет? Вы тогда еще спускались на склад, который расположен под игровым залом.

– И что из того?

– Я выковырял одну из пуль. Она выпущена из того же оружия, из которого убили Сэмми. И вы знаете, что вы тогда соревновались, стреляя из пистолета Сэма.

– Даже если и так? – не понимал Дункан. – Это ничего не доказывает. А насчет страховки ты несешь полную ерунду. Не было никакой страховки.

– Но я же присутствовал при подписании документов! – воскликнул Маннинг. – Может, вы не помните, но я стоял рядом и…

– Да, Артур, стоял, – перебил его Дункан. – Мы подписали только заявления, а потом Сэм не прошел медкомиссию, и страховые полисы мы не получили.

По лицу Маннинга было видно, что его ошеломила эта новость.

– Вы хотите сказать, что никакой страховки не было? – уточнил он.

– Вот именно! – подтвердил Дункан. – Поэтому мне абсолютно все равно, убили Сэма или он покончил с собой.

Окружной прокурор взглянул на Перри Мейсона и позволил себе улыбнуться.

– Таким образом с этой частью расследования мы покончили, – объявил Бэзил Уилсон. – Я готов допустить, что Гриба убили из его собственного пистолета. Наши специалисты по баллистике сделали несколько контрольных выстрелов из оружия, которое нашли в номере Сильвии Оксман, когда она была арестована. Нет никаких сомнений в том, что найденный у нее пистолет и есть орудие убийства. Если вы хотите доказать, что это пистолет Гриба, – тем лучше. Таким образом еще проще объяснить отпечатки пальцев Сильвии Оксман, которые она оставила на столе у Сэма Гриба. Она явно опиралась на него левой рукой, когда выхватывала пистолет из ящика правой рукой.

– А как насчет Фрэнка Оксмана? – спросил Мейсон.

– Что вы имеете в виду? – не понял Уилсон.

– Почему он исчез?

– Вероятно, просто боится огласки. Не хочет, чтобы о нем писали в газетах. Во всяком случае заявление Оксмана в точности совпадает с показаниями мистера Белгрейда.

Белгрейд кивнул, откашлялся и сказал:

– Извините, мистер Уилсон.

Окружной прокурор нахмурился.

– Рассказывайте, Белгрейд, – подбодрил Мейсон.

– Я следил за Сильвией Оксман, – с важным видом заговорил Белгрейд. – Я увидел, как она зашла в коридор, ведущий к кабинету. Пока она еще находилась там, в коридор зашел Фрэнк Оксман – как он и утверждает. Но он развернулся и вышел. Он находился в коридоре не больше семи или восьми секунд. После того как он вышел, туда зашел мистер Мейсон. Затем вышла Сильвия Оксман и стала бродить по игровому залу. Затем зашли Чарли Дункан и Перкинс. Затем вышли Мейсон и Перкинс, а через несколько секунд вышел Чарли Дункан. Сильвия Оксман отправилась на палубу, я последовал за ней и увидел, как…

– Минутку! – перебил Дункан. – Вы стояли так, чтобы видеть вход в коридор, который ведет к кабинету?

– Да.

– Вы знаете, сколько прошло времени после ухода Мейсона и Перкинса до того, как вышел я?

– Не больше нескольких секунд.

– Минута могла пройти? – уточнил Дункан.

– Нет, гораздо меньше.

– Вот видите, это подтверждает мои показания, – обратился Дункан к окружному прокурору.

– Чушь! – воскликнул Мейсон. – Если вы находились в кабинете в одиночестве даже три секунды, этого времени хватило бы, чтобы подобрать оружие и выбросить в иллюминатор.

– Окружная прокуратура не считает вас виновным, Дункан, – объявил Бэзил Уилсон. – Улики указывают на Сильвию Оксман. Вы хотите сделать заявление, миссис Оксман?

– Нет, не хочет, – ответил Мейсон.

Уилсон нахмурился.

– Как я понимаю, вы, как ее адвокат, советуете ей не делать никаких заявлений? – уточнил окружной прокурор.

– Все правильно.

– Большое жюри посчитает это дополнительной уликой против нее, – холодно заметил Уилсон.

– Посчитает, – согласился Мейсон и легко кивнул. – Понимаете, Уилсон, она не может сделать заявление, не вовлекая в это дело меня.

Окружной прокурор взял в руки папку с бумагами.

– Что ж, в таком случае давайте пройдем в зал заседаний Большого жюри… Что вы хотели сказать своим последним заявлением, Мейсон?

– Я сказал, что миссис Оксман не может сделать никаких заявлений, не вовлекая в это дело меня, – ответил Мейсон, в уголках рта которого появилась улыбка.

– Как мне кажется, я знаю, что вы имеете в виду, но, если хотите сами объяснить поподробнее, я готов вас выслушать, – заявил Уилсон.