Мертвая хватка - Дженнифер Роу

Но если так, зачем убивать Мэй? Почему бы не набраться терпения и не переждать смутное время? Из-за запланированных детей? Нет, Макс и прежде без сожаления бросал детей, когда терял интерес к их матерям. Ничто не мешало ему сделать это снова. И тогда все стало бы как раньше.

Вот только в сценарий опять не вписывалась ветка на лестнице. Берди не могла поверить, что Бервин способна совершить покушение на здоровье и жизнь Макса. Написанный ею портрет доказывал, что она видела этого человека дерзким, уверенным и сильным, умело скрывающим слабость и страх. Таким она любила его, уважала, восхищалась им и не причинила бы ему увечье. А от смерти Макса Бервин ничего не приобретала, напротив – теряла все. Она хорошо понимала мужа и видела, что его чувства к ней все еще сильны и глубоки, несмотря на увлечение Мэй. Пока Бервин жила в «Третьем желании», работая над портретом, любовь Макса к ней окрепла, приобрела новый импульс. Судя по всему, она планировала оставаться в доме вплоть до предсказанного конца царствования Мэй.

То же самое относится и к Уэнди, потрясенной и подавленной предстоящей женитьбой отца. Она мечтала вернуться в «Третье желание», чтобы позаботиться о вышедшем на пенсию одиноком стареющем Максе. Вероятно, даже планировала перенести кукольные проекты в светлую, просторную, прелестную мастерскую Бервин. Когда Мэй вышла на прогулку, Уэнди сидела в своей комнате, сортируя отцовские документы и фотографии. Ничто не мешало ей встать, подойти к окну и заметить, как самозванка направляется в сад. Она советовала брату серьезно поговорить с девушкой, но могла бы спуститься сама и внезапно увидеть способ избавления семьи от угрозы. Не исключено, что записка Мэй адресована именно Уэнди, ведь это она наняла экономку. А после появления Уоррена Дейли она же сокрушалась о грядущем шуме в прессе, позоре и скандале.

Зайти в спальню отца, оставить записку и забрать драгоценности Уэнди ничего не стоило – так же как Дугласу и Бервин. Подобно Бервин, утром она выходила к мусорному баку и подложить роковую ветку тоже могла.

Но подложила ли? Убивать отца Уэнди ни в коем случае не хотела, потому что обожала его. До такой степени, что вся ее жизнь вращалась вокруг Макса. А телефонный звонок? Каким образом ей удалось бы организовать подлог? Домашний телефон действительно звонил, а параллельного аппарата, как у Бервин, у Уэнди не было.

Иза? Всегда Иза. Она бы тоже осталась рядом с Максом после того, как Мэй утратила бы очарование и притягательность. Иза не сомневалась в мимолетности очередного романа Макса и даже не считала нужным скрывать свою уверенность. Смогла бы Иза убить Мэй из-за главного мужчины своей жизни? В каком-то смысле ее склад характера прямо указывал на преступление: склонность к вспышкам ярости, импульсивность и своеобразная жестокость, – однако к безумству Макса Иза относилась с откровенным цинизмом, а вот присланный им букет из дельфиниумов и лилий воспринимала с нежностью, искренне разделяя неугасимую душевную привязанность, пусть далеко не безоговорочную. Трудно представить, что Иза способна на убийство из ревности. А главное, в роковой час Берди сама сидела у нее в гостиной и мило беседовала с хозяйкой. Если полиция не ошиблась в определении времени преступления, что маловероятно, то Иза вне подозрений.

Берди продолжила рассуждения. Алиби всегда сомнительны. Необходимо бесстрастно проверить все пункты. Возможно ли, чтобы Мэй адресовала записку Изе? Да. В конце концов, муж Мэй работал именно у нее. Иза безжалостно обвиняла Макса в том, что ради молодой любовницы он предал и семью, и друзей. Она единственная с самого начала не скрывала мыслей и чувств, откровенно выражая то, о чем думали остальные.

Но ведь Иза не могла положить на стол записку и забрать изумруды. Берди удобнее устроилась на жесткой каменной ступеньке, размотала цепь событий в обратном направлении и с удивлением поняла, что ошиблась. В пятницу вечером, явившись в «Третье желание» на обед, Иза сразу поспешила наверх, чтобы позвать Бервин и Уэнди. Именно она сообщила Максу, что Мэй нет в спальне. Чтобы положить на стол записку, хватит доли секунды, а взять драгоценности и того проще – достаточно молниеносного движения.

Иза имела постоянный доступ в «Третье желание» – через провисшую проволочную сетку. Ей ничего не стоило выбросить изумруды в мусорный бак. Использовать для этой цели собственный контейнер было опасно: вдруг найдут? Также не составляло труда положить на лестницу длинную ветку, а потом вернуться домой, позвонить и попросить о помощи. Правда, сама Иза заявила, что не звонила, но ее утверждение ничего не значит.

Если Бервин не актриса, напомнила себе Берди, то Иза способна сыграть любую роль. Вот только мотив слабоват да и алиби железное: во время убийства мисс Траби сидела дома и сплетничала с гостьей, то есть с ней самой.

Берди лениво прихлопнула комара. Здесь, в полумраке и влажном тепле, зловредные твари выводились тысячами, если не миллионами. Каждая комариха несет в своем теле ни много ни мало сто сорок яиц. Каждая лужица полна личинок. Даже пауки не способны размножаться с подобной скоростью. Но достаточно пустых рассуждений о природном балансе. Пора вернуться в дом. На улице жарко, душно, и комары сжирают заживо. Однако прежде чем убежать в прохладу кондиционера, необходимо вспомнить еще об одном человеке.

Макс. Если не считать Уоррена Дейли, то он теснее остальных связан с Мэй эмоционально. Следовательно, согласно статистике, в наибольшей степени склонен к убийству. Макс импульсивен, страстен, сообразителен и хитер. Теоретически он так же легко, как и остальные, мог совершить все действия. Правда, существовали две небольшие проблемы. Первая: вряд ли Макс подстроил бы ловушку самому себе. Вторая: совершить преступление он не мог физически, поскольку в то время сидел в кабинете и начитывал по телефону программу для вечернего эфира. Процедура повторялась каждый будний день, без отступлений от графика и исключений, с четырех часов до десяти минут шестого. Техники сами звонили Максу, и сместить время он не мог. Если бы под вымышленным предлогом Макс договорился об изменении времени записи, то данные попали бы в обязательную регистрацию и могли быть проверены. Берди не сомневалась, что Тоби наверняка это сделал. Для детектива уголовной полиции это рутинная работа, да и со статистикой он знаком не понаслышке.

С противоположного конца сада донесся тихий звук. Берди привстала на цыпочки, вытянула шею и попыталась рассмотреть, что там происходит. Открылись ворота. Шурша колесами по гравию, на дорожке появилась аккуратная машина Уэнди и медленно направилась к дому. Ворота закрылись. Дуглас вернулся. Тоби отпустил его, во всяком случае пока. Берди поднялась со ступеньки и двинулась вниз по лестнице, к калитке. Макс мог каким-то образом обмануть систему. Пока непонятно, как именно, но все-таки мог. Как и в случае с Изой, алиби следует игнорировать. Хорошо, допустим. Как сказала Бервин, Макса могла потрясти бесчестность Мэй, и он впал в ярость. Подобное развитие событий вероятно. Притворяясь, будто все в порядке, дождался пятницы, чтобы отвести от себя подозрение и создать видимость побега. Но для исполнения данного плана необходим хладнокровный расчет: убийство пришлось отложить на сутки. Берди покачала головой. Нет, не сходится. Макс способен бесконечно обдумывать, как достичь желанной цели, вывести на чистую воду врага, тонко и безжалостно отомстить, но невозможно представить, чтобы он заранее задумал схватить девушку за горло и удушить. Это не тот Макс Талли. И это не то преступление. Не вписывается в общую картину.