Нобелевская премия по сексу - Татьяна Луганцева

Антонина, пользуясь тем, что ребенок подруги находился у мамы Агаты, все свое время проводила за компьютером. Конечно, она не развлекалась, она работала. Она покупала по Интернету товар, продавала его, участвовала в розыгрышах и делала ставки. Она через Интернет находила какие-то работы на телефоне и делала сомнительные заказы. Антонина понимала, что ей, инвалиду, можно заработать деньги только таким путем.

Антонина по какой-то ошибке один раз попала на сайт знакомств, и ее сразу же зацепило одно размещенное там объявление. Писал мужчина, не скрывавший, что он инвалид, что он мечтает в жизни о двух вещах: быть полезным обществу и встретить любимого человека. Звали его Павел, у него не было обеих ног и почти все свое время он проводил дома, с трудом перемещаясь на протезах с помощью костылей.

Сама не зная зачем, Антонина написала ему, и сразу же завязалась переписка. Теперь уже не проходило и дня, чтобы Тося с замиранием сердца не проверяла свою почту и не искала послания от Павла. Чувствовалось, что мужчина он умный, обстоятельный и серьезный, чем нравился Антонине все больше и больше. Она даже задумалась о том, что, возможно, нашла свою судьбу.

«Почему нет? Мы оба инвалиды, нам интересно общаться. Чем черт не шутит? Съеду от Агаты, а то сижу у нее на шее мертвым грузом, пора бы уже и честь знать», — думала Антонина.

И вот Павел все чаще стал настаивать на личной встрече. Антонина наконец-то сдалась и решила выйти из дома и доехать на такси до места встречи.

— Меня узнаешь сразу, я один буду на костылях, — посмеялся Павел.

Тося решила пока ничего не говорить Агате, так как еще ничего не было решено и она не хотела позориться. Вот если бы у них с Павлом все сложилось, Агата бы первая узнала об этом.

Когда Агата вернулась домой, ее удивлению не было предела. Все было как всегда чисто и прибрано, но самой Антонины дома не оказалось. Ни записки, ни весточки… Сотового у Тоси не имелось, так как он ей просто был не нужен.

«Удивительно… куда она ушла? Вдруг Тосе станет плохо? Я же просила ее не выходить из дома одной».

Почему-то это непривычное отсутствие подруги очень плохо отразилось на нервном состоянии Агаты.

Она включила автоответчик, телефонные сообщения от Марка, следовавшие одно за другим, были полны признаниями в любви и требованиями встреч.

Дело в том, что Агата поняла одну вещь: еще одна встреча с Марком, и им не избежать интимной близости. Все их мысли были об одном. Больше всего этому обстоятельству удивлялась сама Крайнова.

«Такого сумасшествия со мной не наблюдалось даже в годы моей молодости! Какое-то бешеное сексуальное влечение», — сокрушалась Агата, серьезно думая, что ей выписали не те таблетки. Она хотела любви с Марком, но почему-то трусила. Марк же говорил о том, чтобы она перестала маяться дурью и отдалась своему чувству, то есть ему. Агата, прослушав автоответчик, рысцой пробежала на кухню и навалила себе целый поднос еды.

«Скоро меня разнесет, как свиноматку, с таким-то аппетитом», — недовольно думала Агата, сворачиваясь в кресле перед телевизором калачиком. В ушах все еще звучали слова любви Марка, а перед глазами шел фильм о любви. Только фильмы такого содержания Агата смотрела в последнее время, глупея с каждым днем. Смутная тревога за Тосю нарастала, поэтому, когда раздался резкий телефонный звонок, Агата подскочила словно ужаленная.

— Алло?

— В девять часов вечера в подвале поместья Берсеньевых, — раздался незнакомый, явно измененный мужской голос.

— Кто это? — не поняла Агата, не успев даже испугаться.

— Должна привезти вещи убитого педика, что тебе выдали в милиции, иначе никогда не увидишь больше эту инсулинозависимую свинку — твою подругу, — добавил голос.

— Тося! Что вы сделали с Тосей?! Кто вы?

— Хорошо же ты думаешь о своей подружке, раз так быстро поняла, о ком речь, — сказал голос какого-то робота.

— Дайте мне поговорить с ней!

— Здесь все решаю я, приедешь — поговоришь. И последнее… если хоть еще одна живая душа приедет с тобой, вам не жить обеим плюс и твоему красавчику Берсеньеву. Девять часов, — повторил голос и отключился.

Агата так и осталась сидеть с телефонной трубкой в руках.

«Тоська… Тоська… ее похитили… Что мне делать? Почему? За что? Боже! В милицию звонить, не звонить? Я не могу рисковать! Пусть этого маньяка возьмут, но Тоська может оказаться уже мертвой!»

Агата металась по квартире, не зная, за что ей хвататься и что делать.

Марк ехал по трассе Санкт-Петербург — Москва из Питера, куда его носило по делам, когда раздался звонок на мобильный телефон. Увидав номер, высвеченный на дисплее, он заулыбался как идиот, благо в машине ехал один.

— Слушаю, душа моя!

— Оставь свои шутки при себе, ты мне нужен прямо сейчас! — выкрикнула Агата в трубку.

— Уже лечу на крыльях любви!

— Марк, когда ты будешь у меня? — В голосе Агаты были слышны истерические нотки.

— Минут через пятьдесят, — покосился на часы Марк. — Что-то произошло?

— Я жду тебя! — закричала Агата, а «Мерседес» Марка, и так ехавший быстро, уже набирал скорость.

— Вот такой вот звонок! Тоси до сих пор нет, я думаю, что звонивший не шутил — и она у него. И я не знаю, что мне делать! — билась в истерике Агата на груди у Марка. — Больше он не звонил!

— Он и не позвонит, раз уже назначил встречу. — Марк посмотрел на свой «Роллекс».

— И что делать?!