Инспектор мертвых - Дэвид Моррелл

– Вы что-то нашли, Джозеф? – спросила Эмили.

– Боюсь, что так.

– Что там у вас? – заинтересовался Райан.

– Кэтлин О’Брайен, – повторил сержант, поднося документ ближе к фонарю. – Тридцать лет. Светлые волосы. Приятная внешность. Слово «ирландка» подчеркнуто. Замужем. Первого июня была арестована за кражу сорочки из бельевой лавки в Сент-Джонс-Вуде.

– Но мы ищем происшествия начиная с десятого июня, когда ирландский мальчик попросил королеву спасти его семью, – напомнила Эмили.

– Правильно, – согласился Беккер. – Последняя запись в деле датирована одиннадцатым июня. Все закончилось очень быстро.

– Что закончилось? – не понял Де Квинси.

Беккер печально покачал головой и показал на выцветший лист бумаги:

– Здесь ничего не сказано про ее сына, но есть запись о дочерях: пятилетней Рут и тринадцатилетней Эмме. Каким-то образом они убедили тюремщиков, что мать арестована за долги, а не за кражу. В этом случае закон разрешает оставить детей в камере вместе с матерью, пока не будет подписано соглашение о выплате долгов.

– Джозеф, вы говорите таким тоном, будто произошло нечто страшное, – забеспокоилась Эмили.

Они с Райаном поднесли поближе свои фонари и посмотрели на документ через плечо Беккера.

– Ох, – выдохнула девушка, увидев последнюю запись.

– «Пожалуйста, помогите моим матери, отцу и сестрам», – повторил Райан слова, с которыми оборванный ирландский мальчик обращался к королеве. – Он не смог их спасти. Старшая сестра задушила младшую, а затем и больную мать. После чего повесилась сама.

Лошади из последних сил старались не сбавлять скорость на скользкой дороге. Траск взобрался на облучок и держал перед собой фонарь, освещая заледеневшую колею.

– К чему такая спешка? – продолжал допытываться кучер. – Что случилось?

– Она должна была приехать сюда.

– Кто «она», полковник?

– Почему она не приехала? Быстрее! Дорога когда-нибудь станет лучше?

– Когда доберемся до заставы.

– Слава богу. А далеко?..

Правая лошадь вдруг поскользнулась и упала на колени.

Экипаж накренился. Заглушая испуганное ржание, хрустнула ось.

Карету тряхнуло, Траска выкинуло с облучка в канаву. Полковник отбросил фонарь в сторону, чтобы не упасть на него, и услышал звон разбитого стекла. Сам Траск сильно ударился при падении, из легких едва не вышибло весь воздух.

Масло из разбитого фонаря вылилось на снег и тут же вспыхнуло от горящего фитиля.

В отблесках пламени Траск увидел, как карета заваливается набок. Левая лошадь тоже упала. Экипаж перевернулся вверх колесами, потащив за собой обоих животных. К ржанию коней прибавился отчаянный крик кучера.

Полковнику почудилось, будто он снова попал на войну и коляску перевернул взрыв пушечного ядра. Повозка скатилась в канаву и остановилась в считаных дюймах от ли ца Траска.

Лошади в панике забились, грозя разорвать экипаж на части. Полковник, согнувшись в три погибели, выбрался из канавы; рука на перевязи стесняла его движения. Услышав стоны кучера, Траск бросился к нему на помощь.

Кучер лежал на снегу, придавленный колесом. Второй фонарь тоже разбился, и огонь медленно приближался к вознице.

– Вы меня слышите? – крикнул Траск.

– Я сломал ногу!

Огонь подбирался все ближе.

– Вы сможете отползти, если я приподниму колесо? – спросил Траск. – Мне не под силу одновременно удерживать колесо и вытаскивать вас!

– Поднимайте! – простонал кучер. – Быстрее!

Траск снова нырнул в канаву, лег на спину и уперся ногами в обод.

– Сдвинулось! – закричал кучер. – Попробуйте еще выше!

Траск напряг все силы и приподнял колесо еще на дюйм.

– Выползайте! – прохрипел он.

Пламя уже было совсем близко. Вскрикивая от боли, кучер цеплялся за мерзлую землю, пытаясь выбраться.

– Я долго не выдержу! – предупредил Траск, чувствуя, что теряет силы.

– Все, я вылез.

Полковник убрал ноги, и колесо с грохотом рухнуло обратно. Он успел выбраться из канавы, прежде чем туда хлынуло горящее масло. Здоровой рукой Траск оттащил кучера подальше от огня. У бедняги от боли текли слезы, оставляя грязные дорожки на щеках.

Траск вернулся к коляске, чтобы помочь запутавшимся в упряжи лошадям. Пока он пытался освободить одну из них, в глаза ему ударил луч света. Полковник встревожился, что у него начались галлюцинации.

Мгновение спустя он понял, что это фонарь приближающегося экипажа.

– Боже мой! – воскликнул возница.

Коляска остановилась, из нее выпрыгнул незнакомый мужчина.

– Меня зовут доктор Гилмор, – представился он, помогая высвободить правую лошадь. – Один из моих пациентов живет неподалеку.

– Слава богу, что вы проезжали мимо! – обрадовался Траск.

– У вас на лице кровь!

– Пустяки! – Здоровой рукой полковник продолжал отстегивать упряжь. – У кучера сломана нога. Он вез меня в Лондон.

– В такое время?

– Я должен помочь дорогому для меня человеку.

Вместе они освободили лошадь и отскочили в сторону, когда испуганное животное, стуча подковами, умчалось в темноту.

Траск с доктором поспешили ко второй лошади.

– Полковник, вы спасли мне жизнь! – простонал кучер.

Огонь как раз добрался до колеса, под которым он недавно лежал.

– Я заплачу вам больше обещанных ста фунтов! – крикнул ему Траск. – Вам до конца жизни не придется заботиться о деньгах. Доктор, придержите лошадь! Не дайте ей вырваться!

Они отстегнули последний ремень упряжи.

Как только обезумевшее животное поднялось на ноги, полковник вскочил на нее верхом.

– Какого дьявола? – воскликнул доктор.

Удерживая левой рукой самодельную уздечку, Траск пришпорил пятками бока лошади. «Кэтрин!» – тревожно билось у него в голове. Понукая скакуна снова и снова, он помчался по темной дороге в сторону Лондона.

Лорд Палмерстон вошел в дом и тут же нахмурился, увидев Де Квинси и Эмили, сидевших на ступеньках лестницы, поджидая его. При появлении лорда оба поспешно встали.

– Каждый раз, когда я ухожу или возвращаюсь, вы сидите здесь, словно в засаде.

– Милорд, позвольте побеседовать с вами? – спросил Де Квинси. – Конфиденциально.

– Я скоро ожидаю гостей – членов будущего правительства, которое мне предстоит сформировать.

– Мы не стали бы тревожить вас, не будь дело таким срочным.