Товарищ майор - Алексей Макеев

Клотов не испугался. Отправляясь на встречу, он понимал, что приобретет мстительного врага. Но это не остановило его. Майор принадлежал к той категории людей, которым враги нужны не меньше, чем друзья.

– Я не надеюсь так скоро вас увидеть, – без привычного ехидства произнес Клотов, спокойно глядя в глаза Олегу Валерьевичу. – С двумя убийствами на шее вас вряд ли отпустят под залог.

– С двумя убийствами?! Ха! – хохотнул Курганов, так что его голова подпрыгнула на мягкой, расплывшейся по столу щеке. – Тебе будет трудно доказать даже одно! А насчет Кастевского можешь не рассчитывать! Пока нет тела, нет и убийства!

– Тело найдем.

– Ха-ха.

– Уже к вечеру, – уверенно пообещал майор.

– И где ты будешь его искать?!

– Там, где вы посоветовали.

– Я?!

Олег Валерьевич хотел засмеяться, но смех прозвучал так, словно Курганов поперхнулся костью.

– Ну как же?! Вы мне сами сказали: Кастевский и Агаров были друзьями. Потом поссорились из-за вашей сестры. Ну а теперь они снова вместе… Надо полагать, в одной могиле?!

Дьявольская усмешка мгновенно сошла с лица Олега Валерьевича. Его взгляд стал источать ненависть.

– Вам, кажется, нравились мои рассказы?! – продолжал Клотов. – Я не закончил один из них. Про то, что стало с Кастевским. Так вот. Во вторник произошла авария. В тот же вечер вы предложили перенести похороны Алексея со среды на четверг. Вы проявили несвойственную вам заботу и купили для Алексея лучшее место на кладбище вместо первоначально выбранного сырого и глинистого. Был пущен слух, что это было желанием матери Агарова. Но на самом деле вам был нужен день отсрочки. В среду по вашему приказу выкрали Кастевского, и он, вероятно, сознался, что подстроил аварию. В четверг тем, кто хотел прийти на похороны, назвали неточное время. Ольга в тот день лежала в больнице с ожогами, а мать Алексея внезапно заболела. Кстати, тоже, надо полагать, не без вашей помощи. В среду вечером по вашему распоряжению ей принесли еду из ресторана. Само собой разумеется, что матери Агарова было в эти дни не до приготовления пищи. И вы снова показали себя заботливым родственником – похлопотали о ее ужине. Я пока не знаю, что вы в него подсыпали. Но скоро узнаю, потому что остатки недоеденного жаркого я вчера вечером взял на экспертизу. Так что я обязательно испорчу жизнь не только вам, но и братцу Максима, если выяснится, что это он снабжал вас отравой… Но вернемся ко вчерашнему дню. Вы все сделали так, чтобы на похоронах Алексея не было близких родственников, а число друзей было минимальным. В итоге Агарова хоронила лишь горстка преданных вам людей. Понятное дело, что они не нуждались в прощальных церемониях, поэтому гроб с покойником на кладбище не стали даже открывать, а буднично и скоренько закопали. Похороны и могила обошлись вам недешево, но кое в чем вы почему-то сэкономили. Например, вы отказались от похоронного автобуса и предпочли возить гроб на служебном автобусе, который обычно используется охранниками вашего агентства. Как вы объясните такую бережливость?! Я, например, уверен, что в вашем автобусе было тело пропавшего Кастевского. Во время поездки его положили в один гроб с Агаровым, а потом обоих предали земле.

Клотов прервался, чтобы перевести дух. Когда он продолжил, вызова и желчи в его голосе прибавилось.

– Может быть, я ошибаюсь, но мы обязательно проверим эту версию. Жаль, что придется разрушать могилу, которую так быстро, но очень добротно делали. Кстати, вы не заезжали проверить качество работы?! Я заскочил сегодня утром. На могиле уже стоит роскошный памятник и огромная мраморная плита, которую поднимали краном… Да. Жаль будет ломать такую красоту…

Рассказ Клотова заставил Курганова мертвецки побледнеть.

Собровцы и ссутулившийся Макс, развернутый лицом к стене, внимательно слушали майора, не вмешиваясь в словесный расстрел изобличенного преступника.

Всеобщее внимание переместилось на Клотова, и этим не преминул воспользоваться притихший, но не поверженный Курганов.

Он резко сжал мышцы спины и мощным рывком распрямил натренированное тело. В следующую секунду Олег Валерьевич был уже на ногах. Ударом кулака он отбросил в сторону стоявшего рядом собровца, и тот, беспомощно взмахнув руками, с грохотом и звоном повалился на журнальный столик с бутылками виски, развалив его, как киношную бутафорию.

Затем Курганов рванулся к Клотову.

Собровец, охранявший Макса, подался вперед, намереваясь остановить Курганова. Но он был слишком далеко, чтобы опередить нападавшего.

Клотов инстинктивно отступил назад и уперся в стоящий позади него стул. Видя, что столкновение неизбежно, майор развернул правое плечо назад и сжал кулак, собираясь ударить Курганова. Но едва ли у майора хватило бы сил, чтобы остановить атакующее его стодесятикилограммовое тело.

Курганову оставалось сделать всего один шаг, чтобы схватить крепкими пальцами Клотова за горло и попытаться свернуть ему шею. Но вместо того чтобы двинуться вперед, тело Олега Валерьевича неожиданно качнулось назад. Нога, случайно наступившая на один из раскатившихся по полу апельсинов, проехала вперед, взлетела вверх и мелькнула возле лица майора. Тело Курганова потеряло опору и стало падать. Голова запрокинулась назад и с ужасным хрустом, какой бывает при падении арбуза, ударилась об острый угол каменной столешницы.

Мышцы Курганова мгновенно расслабли, глаза округлились, и его тело грузно упало на пол. Через несколько секунд под головой Олега Валерьевича образовалась ярко-красная лужица крови.

Все, кто был в кабинете, замерли и в растерянности уставились на распластавшегося на полу Курганова. Даже Максу никто не воспрепятствовал повернуться и посмотреть на поверженного босса.

Первым пришел в себя стоявший в дверях собровец. Он быстро подбежал к Олегу Валерьевичу, встал на колено и, не касаясь головы, осмотрел рану.

– Кость вдавлена в мозг, – сообщил он. – Срочно нужна реанимация.

Клотов вышел из оцепенения.

Он взглянул на бледнеющего врага и спросил:

– Он жив?

– Еле дышит, – ответил собровец, прощупав пульс на руке Курганова.

Олег Валерьевич лежал неподвижно, и только едва заметная судорога подергивала его веки и мышцы лица. Широко раскрытые глаза безучастно смотрели в потолок, и нельзя было понять, видели они стоящих вокруг людей или уже не могли отличить темноту от света.

«Он лежит в той же позе, что и Агаров, когда я увидел его возле стойки бара», – почему-то подумал майор.

Через минуту рабочая атмосфера, которая всегда сопутствует проведению спецопераций, сама собой сменилась какой-то несобранностью и неопределенностью. Собровцы стали негромко переговариваться, ожидая приказа командира. Макс в растерянности стоял у стены и был таким же бледным, как неподвижный Курганов.

Клотов вдруг понял, что все позади. Он осторожно обошел тело Олега Валерьевича и направился в коридор.