Нежный фрукт - Галина Куликова

Скоро должны были прийти девчонки, а у меня еще и конь невалялся. Хотя... я оглядела комнату. Скорее уж гипотетическая лошадь отличнопорезвилась тут со товарищи. Надо же, вдвоем с котом и так захламить квартирувсего за неделю. На прошлых выходных убиралась! И дернул меня черт согласиться,мол, да, будем гадать у меня в ночь на рождество. Мы – это три подруги,оставшиеся в новом году без мужчин. Я в сто двадцать первый раз твердо решилане мириться с Антоном. Аленка преподавала в экономическом колледже, где ссильным полом была напряженка. Ксюха, напротив, трудилась в исключительномужском коллективе, но ей мешала репутация «своего парня» и стойкое отвращениек служебным романам. Под лозунгом «Любовь приходит и уходит, а работа остается»она являлась в офис исключительно в штанах и резалась с программистами в Doom.

Звонок грянул, когда я сооружала салат и думала, чемзаменить крабовые палочки. Купить их, конечно же, забыла. Можно – яблоками,решила я и пошла открывать.

Девчонки влетели в квартиру и вывалили на меня пакеты сфруктами. Оранжевые мандарины весело покатились по коридору.

Ксюха, разматывая шарф, ткнула пальцем в мирно спящееживотное.

– А чего это у тебя кот клубится?

– Что делает?

– Клубится! Я точно знаю, когда они вот так сворачиваются ипрячут нос, будет похолодание.

– Тебе этого мороза мало? – простонала Аленка, растираяуши.

Я перебила:

– Вы штопор принесли?

Подруги переглянулись с виноватым видом, и я поняла –штопора не будет.

– Надо идти по соседям, – вздохнула Аленка.

– Вот вы и идите, а мне тут еще жить.

Я вручила им бутылку и вернулась на кухню – спасать остаткиколбасы от разбуженного кота. Ну почему у нас вечно бардак? Когда я позволяюсебе это замечание вслух, Ксюха обычно добавляет: «Да, лучше бы бордель». Эх, дагде их, мужиков, взять?

Через несколько минут пришлось снова оторваться от салата иидти открывать дверь.

Наконец мы устроились в комнате, Ксюха разлила вино побокалам.

– Ну? За что пьем?

– Разбудите кота, – потребовала я.

– Зачем? – удивилась Аленка.

Ксюха дернула животное за ухо.

– Только нежно! Затем. Он сейчас выдрыхнется, а потом будетвсю ночь по мне скакать.

– За что пьем? – не отвлекалась Ксюха, как самаяцелеустремленная из нас.

– За любовь, естественно, – ответила я, и мы выпили.

Аленка отставила бокал.

– Чур, я первая гадаю. Только не знаю как.

– Можно с зеркалами, свечи у меня есть.

Подруга села за компьютерный стол, прислонила одно зеркало кмонитору, другое установила напротив. Мы с Ксюхой поставили зажженные свечи, ящелкнула выключателем.

– Суженый-ряженый, суженый-ряженый... – бормоталаАленка.

Мы сопели за ее спиной.

– Не получается, – через пару минут разочарованносказала подруга.

Я вручала каждой по бокалу.

– Надо выпить.

– За что? – спросила Аленка.

– За нас, красивых, – провозгласила Ксюха. – Ипусть удавятся те, кому мы не достанемся.

Мы одобрили тост хрустальным звоном.

– Суженый-ряженый, суженый-ряженый...

Потом мы выпили за рождество, и я опять разбудила кота.Потом – за романтические знакомства. После – за денежное благополучие и за то,чтобы всегда были платья нужного цвета и размера.

– Заряженный, обряженный, тьфу, суженыйряженый...

Неоднократно разбуженный кот дрых под столом, явственнопохрапывая.

Пламя свечи колыхнулось, и я увидела в зеркале мужскуюфигуру...

Алена взвизгнула и свалилась со стула. Я села на пол. Ксюхагромко икнула, прикрываясь пустым бокалом.

Посреди комнаты стоял добрый молодец с русско-народнымлицом. В смокинге. На крахмальной рубашке топорщился галстук-бабочка.

– Этт-то что? – заикаясь, спросила Ксюха.

– Суженый я, – степенно ответил молодец и призывнообратился к застывшей Аленке. – Что же ты, красавица, меня не встречаешь?

– Ой, девочки, я, кажется, пьяная, – пролепетала она.

– Спокойно! – твердо сказала Ксюха. – А не женатли ты, суженый?

– Нет! – тут же отмазался коллективный глюк.

– А детишек, случаем, на стороне не имеется?

– Да какие детишки, один я, как перст!

Ксюха обрадовалась.

– О, сирота! Без свекрови! Это вариант.

– Какой вариант, сдурела? – зашипела я. – Мы,кажется, до белой горячки допились.

– Ой уж! – Она высокомерно глянула на полупустуюбутылку «Кагора».

Аленка взяла себя в руки и поинтересовалась:

– А ты каких женщин любишь – худеньких, полненьких?Блондинок, брюнеток?

– Таких, как ты, – плотоядно глядя на стройнуюбелокурую Аленку, ухмыльнулся мужик.

– Но-но! Без рук, – встряла Ксюха, ее большеинтересовали материальные вопросы. – Квартира есть?

– Есть, двухкомнатная, в центре. Машина, гараж, телевизор,компьютер, холодильник, посудомоечная машина.

– Хватит, – остановила Ксюха и спросила у Аленки: –Берешь?

– Надо подумать.

– Думай, – разрешила я и панибратски обратилась кчужому суженому: – Эй, ты, ползи сюда.

Мужик послушно встал на четвереньки, не жалея шикарногосмокинга, и двинулся к столу. На финише я вручила ему бокал с вином и вилку. Онс удовольствием выпил и приналег на закуску.

Ксюха возмутилась:

– Девочки, он нас обожрет!

– Мужчин надо кормить, – заступилась Аленка.

Мужик благодарно ей покивал, не переставая жевать.

– Вот-вот, а потом они залегают на диван и отращиваютпузо, – напророчила я.

– Животы от пива растут, – возразила Аленка. – Аздоровая пища еще никому не помешала.

Ксюха тут же уцепилась:

– Мужик, ты пиво любишь?

Тот расцвел в улыбке. Пиво он явно любил.

– А что еще любишь? – поинтересовалась я.

Суженый подумал.

– Бильярд.

– А еще? Девочки, разбудите кота!