Самое обыкновенное убийство. Где тебя настигнет смерть? - Фредерик Браун

Дороти накрыла мою руку своей ладонью.

– Замечательно, Эд. Хорошо, что не нужно звонить домой и ничего объяснять: они решили бы, что я им не доверяю, а это неправда. В голове такая путаница, что ужас.

– Ну и не думайте ни о чем, – посоветовал я.

– Куда же вы меня повезете?

– Остановимся где-нибудь наугад.

– Вы позволите мне заплатить за прокат машины?

Я покачал головой:

– Все расходы, от обеда и далее, оплачивает клиент, о котором я вам говорил.

– Кто он, Эд? Джеральд или все-таки дядя Рей?

– Не могу вам сказать, Дороти. Сожалею. – Я действительно сожалел, только не в том смысле, как она думала.

– Это определенно кто-то из них, и не так уж важно, кто именно. Никого больше это не может интересовать.

– Кто из них вам ближе?

– Я к обоим привязана. Дядя Рей, правда, интереснее и хорошо мне помогает с учебой. Я изучаю психологию, а он отлично в ней разбирается. Идеи у него неортодоксальные, это в них и притягивает. Парапсихология, например. Эксперименты доктора Рейна.

– Это где надо угадать, что на карточке – квадрат, круг или треугольник?

– Да, и мой процент правильных ответов вдвое выше среднего. А в состоянии легкого транса получается еще лучше.

– В семье кто-нибудь интересуется подобными опытами?

– Джеральд пробовал, но никаких суперспособностей не проявил и бросил. Ева даже не пыталась.

– А чудо-ребенок Дикки?

– Тоже нет, – усмехнулась Дороти. – Он считает, что мы с Реем тронутые, и признает только точные науки. Химией и электричеством увлекается.

– Дикки действительно вундеркинд?

– Я бы так не сказала – просто способный мальчик. Опережает свой возраст на два-три года. В следующем семестре я буду проходить тесты ай-кью, и если Дикки захочет, мы проверим, насколько он умный.

– Салли его недолюбливала.

– Я тоже от него не в восторге, очень уж задается – но, думаю, он это преодолеет. Психология помогает мне налаживать с ним отношения.

Мы допили кофе, я попросил счет – но прежде чем уйти, рассказал Дороти об опасениях дяди Эма и попросил показать мне сумочку. Округлив глаза, она молча вручила мне ее. Я конфисковал полпачки леденцов «лайф-сэйверс» и пузырек с кофеиновыми таблетками. Дороти объяснила, что они помогают бороться с сонливостью и в университете, и дома, когда приходится зубрить допоздна. Губную помаду на всякий случай я тоже забрал, пообещав заменить все изъятое.

Мы доехали на такси до конторы по прокату автомобилей в Луп – слежки я и тут не заметил, но перед выездом из города решил обезопаситься окончательно. Выбрал почти новый двухдверный «шеви» и направился на юг вдоль озера.

– Наметили какое-то определенное место, Эд?

– Нет, а если бы и наметил, вам не сообщил бы. Вам ведь безразлично, куда ехать?

– Да, только осторожнее, Эд, прошу вас. Авария ничуть не лучше чего-то другого.

Дороти заметно нервничала. Я сбросил скорость, хотя и так ехал не слишком быстро.

На магистралях Чикаго слежку засечь трудно, поэтому у Джексон-парка я свернул со Стоун-Айленд-авеню и стал кружить по менее оживленным улицам. Здесь любой «хвост» был как на ладони, но я его не увидел. Осторожничая уже излишне, я держался в стороне от озера, пока мы не миновали Хэммонд – а вернувшись к нему, понял, что заблудился. Только гений мог теперь вычислить, где нас искать. Я расслабился.

– Выпить хотите, Дороти?

– Да, только не забывайте, что мы собирались купаться. Может, проедем еще немного? Чем дальше от Чикаго, тем мне спокойнее. Давайте…