Самое обыкновенное убийство. Где тебя настигнет смерть? - Фредерик Браун

– Да. – Бен заложил руки за голову и потянулся. Крутящийся стул скрипнул под его тяжестью. – Сейчас просто время такое, мертвый сезон. У меня вон тоже два сотрудника плюют в потолок. В жару, бог весть почему, никто детективов не нанимает. А похолодает, и я начну лишние дела вам сплавлять.

– Об этом я и хотел спросить. В четверг ты послал к нам одну девушку, Салли Доуэр – она, во всяком случае, так сказала. Разыграть нас хотел?

– В основном, – усмехнулся Бен, – а что?

– В основном, но не полностью?

– Девушка мне приглянулась. Уговаривал ее обратиться к психологу-психиатру, чем тратить деньги на частных сыщиков, но она ни в какую. Я и подумал: если просто так девушку выставить, она ведь в другое агентство пойдет, и обдерут ее там как липку. Вот и отправил ее к вам с Эмом. Для смеху в том числе, но и с расчетом, что вы ей тоже предложите к доктору обратиться, и чем больше людей ей это посоветует, тем скорее она послушает. На тебя, в частности, рассчитывал, Эд: ты девушку на что угодно уговоришь, если захочешь.

– Спасибо за комплимент, Бен. Правильно рассчитывал: я ее действительно уговорил, и на следующий день она собиралась к доктору. Беда в том, что ночью девушка умерла.

Бен опять скрипнул стулом.

– Вот черт! От чего?

– Вроде от сердечного приступа, но не все в это верят. Мы получили гонорар, чтобы провести расследования.

– Чем могу помочь, Эд?

– Расскажи подробно, о чем вы с ней беседовали. Разговор, как я понимаю, был не очень долгий, но мало ли. Вдруг она упомянула о чем-то, чего нам не сообщила.

Бен поджал губы, припоминая:

– Было это в четверг, примерно в это же время, то есть в два часа дня. Она спросила Джейн, можно ли поговорить со мной.

– Фамилию твою назвала?

– Нет, просто хотела побеседовать с директором. Обычно Джейн старается как-то сортировать посетителей, но в тот раз я сидел без дела, дверь у меня была открыта, а девушка пришлась мне по вкусу – люблю рыженьких. Я кивнул Джейн, и она пропустила Салли. Мне защита нужна, заявляет та. Я предлагаю ей сесть, и она с ходу начинает про марсиан.

– Что именно?

– Мол, они собираются убить ее… или пытаются убить, точно не помню.

– Не объяснила, зачем им это надо и с чего она это взяла?

– Не успела, – краем рта улыбнулся Бен. – Я сразу потерял интерес – у нас, говорю, все сотрудники заняты, почему бы вам в полицию не пойти. Пусть, думаю, отправят ее куда следует, если она действительно сумасшедшая. А она отвечает, что уже была там и ей не пожелали помочь – не могу ли я рекомендовать ей другое агентство, не столь загруженное? Я хотел сказать «нет», но тут вспомнил про вас с Эмом – я уже говорил тебе, что шуткой это было только наполовину. Вдруг, думаю, вы сумеете урезонить ее и заставите пойти к доктору. Я тоже предложил, до того как девушка спросила про другое агентство, но ее эта идея не вдохновила.

– Не интересовался, почему она выбрала вас?

– Спрашивал – думал, что и меня кто-то хотел разыграть. Но девушка объяснила, что нашла нас в телефонной книге. Это понятно, реклама у нас хорошая. Вот, пожалуй, и все, Эд. Черт, жаль девушку. Ты считаешь, что тут не все чисто, или просто гонорар отрабатываешь?

– Сам не знаю. Не люблю совпадений, и Салли мне нравились, мы провели вместе приятный вечер. Никаких вывихов, кроме того единственного, я в ней не заметил. Ладно, спасибо, Бен.

– Жаль, что больше ничем тебе не помог.

На улице была такая жара, что я зашел выпить холодного пива. Я выяснил лишь, что Салли говорила правду относительно того, как попала к нам, и Старлок тоже, конечно, не врал, сообщив, почему рекомендовал именно нас.

Вскоре я направился в страховую компанию «Хэлстед мьючиал», где, по словам Салли, она работала. Провел там около часа, но опять-таки ничего полезного не узнал. Салли была одной из дюжины стенографисток, работающих за дюжиной столов в общей комнате. Работу между ними распределяла офис-менеджер, тощая старая дева по фамилии Уилкинс – имени у нее возможно, не было вовсе. Салли в основном печатала – в основном циркуляры, иногда полисы. Порой страховые агенты диктовали ей письма для своих потенциальных клиентов. Получала она тридцать семь долларов в неделю, через несколько месяцев ей обещали прибавить до сорока. С начальницей и другими девушками вроде бы ладила, но близких подруг не имела.

Мисс Уилкинс я разговорил легко, поскольку никто не потрудился сообщить о смерти Салли ей на работу. Менеджер полагала, что она сегодня выйдет из отпуска. Два раза звонила ей домой, ответа не получила и подумала, что Салли уезжала куда-то и не успела вернуться к сроку. Сердилась, что Салли не позвонила или не прислала телеграмму. Известие о смерти привело ее в такой шок, что она даже не поинтересовалась, почему я задаю столько вопросов о бывшей сотруднице. Я заметил, что опекунам Салли следовало уведомить ее.

– Значит, похороны уже состоялись? Компания прислала бы цветы, разумеется. Не понимаю, мистер Хантер, почему нам не сообщили?

– Вы знакомы с опекунами? – спросил я.

– Нет. В личном деле сказано, что Салли жила отдельно, в своей квартире, но у нас есть их адрес и номер телефона. Назвать вам?

– Я уже знаю, спасибо, – сказал я – и тут меня осенило. Вероятно, это ни к чему и не приведет, но узнать-то можно. Я поинтересовался, есть ли у них список кандидаток на открывающиеся вакансии.

– Списка нет, я просто звоню в агентство по найму.

– Дело в том, что я знаю одну хорошую стенографистку, которая ищет работу. Зовут ее Моника Райт. Могу ли я прислать ее к вам?

– Охотно поговорю с ней, если она придет незамедлительно.

– Да, сегодня же явится.

– Присылайте. Если она подойдет, начнет работать завтра утром. Но пусть приходит как можно скорее, чтобы я в случае чего успела еще позвонить в агентство.

– Если через час ее не будет, мисс Уилкинс, я позвоню вам и предупрежу.

Вернулся я обратно на такси. Моника печатала в приемной, дядя выглянул из кабинета, услышав, что я пришел. Я пригласил ее в кабинет. Мы втроем разместились вокруг стола, и я спросил:

– Долго вам еще печатать, Моника?

– Часа три. Может, чуть меньше.

– А дома у вас есть машинка? Могли бы закончить вечером?

– Да, а что?

– Вы записывали мой отчет, Моника, и теперь знаете почти столько же, сколько мы. Можете помочь нам в этом деле. Хотите?

– Как?

– Место Салли пока свободно, Стэнтонам не пришло в голову уведомить ее нанимателей. Хотите его занять? Я говорил с ее начальницей и обещал прислать свою знакомую, хорошую стенографистку. Почему бы ей вас не взять?

– Какое место и сколько там платят?

– Стенографистка-машинистка в «Хэлстед мьючиал». Салли получала тридцать семь, в скором будущем ей обещали сорок. Вам, вероятно, придется начать с тридцати пяти.