Ныряльщица за жемчугом - Анна и Сергей Литвиновы

— Шорты не годятся. Длинное платье надень. Белое, с кружевами.

— Да ну! — скривилась Изабель. — Оно жаркое. И выгляжу я в нем как монашка.

— Именно это сегодня и требуется, — ухмыльнулся Юрий.

И еще попросил не распускать волосы по плечам, а уложить в занудный пучок. И вместо боевых босоножек на каблуках надеть белые балетки.

— Ты прямо профессионал! — пошутила Изабель.

— Ну что ты, — поспешно открестился мужчина. — Сам первый раз, волнуюсь ужасно.

Однако глаза метнулись к носу. Тетя Тамара говорит, так всегда бывает, если человек врет.

…И машину к месту назначения Юрий вел уверенно, ни разу с дороги не сбился. Хотя с шоссе съехали почти сразу после Москвы, долго колесили по узким, местами вообще грунтовым тропинкам. Лес становился все гуще, места все более дикими. Изабель хихикнула: «Хороша я тут буду в белом платьице до пола».

И вдруг прямо посреди дебрей обнаружилась отличная асфальтовая дорога. А еще через несколько минут они уперлись в шлагбаум. Молчаливый охранник в машину даже не заглянул — только сверил со списком номер и сразу поднял врата. Когда промчались еще метров триста, впереди засеребрилась вода. Озерцо, немаленькое, очень чистое.

Юрий подкатил к причалу, возле которого покачивался симпатичный, кипенно-белый катерок. Выскочил из машины, галантно распахнул перед своей дамой дверцу:

— Прошу.

Она робко ступила на идеально чистый и ровный асфальт. Солнце по-прежнему золотилось на небе, продолжали надрываться птицы, но девушке вдруг стало отчаянно, просто дико страшно. Глухой лес. Совершенно пустое озеро. Равнодушный охранник. Деловитый Юрий. Загадочный, безумно богатый заказчик. А вдруг их план — с ней просто покончить, после того как она им даст все, что может дать?!

— Ты чего скисла? — взял ее двумя пальцами за подбородок Юра.

— Боюсь, — прошептала она.

— Лизочка, милая, всего две минуты. Подумай, что такое паршивые две минуты для тебя, профессионала?! — Подхватил ее под руку, велел деловито: — Пошли. Я покажу тебе, как все здесь устроено.

— Ты ведь сам первый раз, — прищурила она глаза.

— Но теорию-то я изучал, — пожал плечами Юрий, помог ей подняться на катер, предложил: — Начнем с шампанского?

Изабель с удивлением глазела по сторонам. Если смотреть снаружи — скромнейшая, самая обычная посудина. А внутри: красное дерево, паркет, картины, хрусталь.

Она робко приняла произведение искусства — тонконогий бокал из тончайшего стекла и сделала глоток шампанского, тут же ударившего ей в голову.

— Больше пить, к сожалению, нельзя. И закусывать тоже, — сочувственно развел руками Юрий. — Сама понимаешь, если вдруг все назад пойдет — будет некрасиво.

Солнце поднималось все выше, нагревало катерок — а Изабель становилось все холоднее. И все страшней.

— Поскорей бы это кончилось! — вырвалось у нее.

А Юрий, вместо того чтобы утешить, ледяным тоном произнес:

— Только не делай, пожалуйста, во время работы такого лица, как сейчас. Ты не проститутка, не отбываешь повинность. Ты отдаешь — с удовольствием! — самое дорогое.

«Бежать! Бежать отсюда!» — в отчаянии подумала Изабель.

Но снаружи уже пророкотал и затих мотор. Девушка успела выглянуть в иллюминатор и увидела машину. Водитель остался внутри, а пассажир решительным шагом двигался к ним. На ходу что-то вытащил из кармана, приложил к лицу…

Катерок качнуло. Гость вступил на борт. Юрий бросился к нему, однако тот сделал рукой отстраняющий жест, словно отгонял муху, и молодой человек замер.

Замерла и Изабель.

Хотя лицо человека, взошедшего на корабль, скрывала венецианская карнавальная маска, ей показались очень знакомыми его фигура, походка, руки. И голос — развратный, хриплый.

— Привет, мое солнышко, — обратился он к ней.

— Э… здравствуйте, — растерянно прошептала девушка в ответ.

И внезапно поняла, что никаких, даже самых огромных денег в мире ей не нужно. Больше того, все свое готова отдать, лишь бы этот страшный мужчина к ней не приближался, не трогал ее, не…

— Иди за штурвал, — велел незнакомец Юрию.

Тот поспешно исполнил приказ.

Изабель — теперь она осталась с гостем наедине — сделала назад шаг, другой. Вжалась в стену.

— Хороша, — оценил мужчина.

Приблизился, коснулся рукой ее плеча — вроде бы осторожно, почти с нежностью. А в следующее мгновение — рванул за ворот и одним движением разорвал на ней платье.

— Нет! — отчаянно пискнула Изабель и попыталась прикрыть грудь руками.

Катер ревел мотором, удалялся от берега все дальше и дальше.

Она ждала чего угодно: что страшный мужик ударит, набросится, изнасилует — прямо здесь. Однако тот — почти вежливо — произнес:

— Теперь поднимайся на палубу.

Девушка бросилась туда бегом. Может быть, прыгнуть в воду? Или… или попробовать поговорить с ними по-хорошему? Она не может этого сделать! Она передумала!!!

Мотор стих. Стукнул, падая на дно, якорь. На палубе появился Юрий. Изабель бросилась к нему:

— Пожалуйста! Отпусти меня! Я… я не хочу, я боюсь!

И в ужасе отступила. Потому что глаза у ее любимого сейчас были абсолютно пустые. Он взял ее за руку. Подвел к ведущей за борт лесенке. К низеньким перилам были прикручены два кожаных ремня с застежками.

— Становись сюда, лицом к воде, — приказал Юрий.

И она — словно завороженная — исполнила приказ.

Мужчина уверенным движением приторочил к стальным перилам ее щиколотки и проговорил:

— Когда я скажу, будешь нырять.

Ее трясло, будто в лихорадке.

Страшный заказчик неслышно подкрался сзади. Разорвал на ней трусики. Провел жесткой безжалостной рукой по бедру и хрипло прошептал:

— Я готов.

Юрий взглянул в ее несчастное лицо, улыбнулся:

— Изабель, ты ведь сама говорила: «Как замечательно стать богатой, всего-то за пару минут!»

Мужик за их спиной хохотнул.

А Юрий вдруг сузил глаза и заорал:

— Прыгай!

И она — прыгнула.

Боже, насколько же ледяная вода! Изабель чувствовала, как сотрясается в отчаянной дрожи ее тело. Но набрать воздуха — несмотря на всю экстремальность ситуации — она сумела вволю. Две минуты, ха! Она спокойно продержится все пять!

Страшный мужик немедленно взялся за дело. Но оказалось вовсе не больно и даже почти не противно. Похоже не на секс, а на осмотр во врачебном кабинете. Раз-два, туда-сюда… И каждое движение мужчины в карнавальной маске приносило ей… как бы посчитать… тысячу долларов? Больше? Нет, не получится. У нее всегда было неважно с математикой.