Один неверный шаг - Харлан Кобен

– Очень, – ответил Майрон. «Парк Юрского периода IIL показ мод».

– Я купила его в магазине «У Бенни».

– «У Бенни»?

– В пригороде, – объяснила Большая Синди. – Это магазин одежды для трансвеститов. Но крупные девушки там тоже одеваются.

– Весьма практично, – заметил Майрон.

Большая Синди шмыгнула носом и вдруг расплакалась. На ней было слишком много косметики, отнюдь не водозащитного свойства, и вскоре она напоминала кусок лавы, забытый в микроволновке.

– Ох, мистер Болитар.

Она бросилась к нему с распростертыми объятиями, и пол застонал под ее шагами. Перед глазами возникла картинка из мультфильма, где герои проваливаются сквозь пол, оставляя на каждом этаже дыры в форме контуров своих тел.

Майрон поднял руки. Нет! Майрон хороший! Майрон любить Синди! Синди не обижать Майрон!

Она обняла его, обхватив руками и оторвав от пола. Впечатление было такое, будто ожил водяной матрас и напал на него. Майрон закрыл глаза и отдался на волю провидения.

– Спасибо вам, – прошептала она сквозь слезы.

Краем глаза он заметил Эсперанцу. Она наблюдала за сценой, сложив руки на груди и слегка улыбаясь. Майрон внезапно вспомнил: она благодарит его за то, что они взяли ее на постоянную работу.

– Не за что, – удалось ему произнести.

– Я вас не подведу.

– А не могла бы ты меня поставить на пол?

Большая Синди издала звук, который отдаленно можно было принять за хихиканье. Дети в ближайших трех штатах взвизгнули от страха и ухватились за мамины руки.

Она бережно опустила его на пол. Так осторожно ребенок кладет последний кубик на вершину пирамиды.

– Вы не пожалеете. Я буду работать денно и нощно. И в выходные тоже. Я буду относить белье в стирку. Варить кофе. Я куплю «Йо-хо». Я даже могу делать массаж спины.

В его голове промелькнул образ парового катка, надвигающегося на надкусанный персик.

– Гм, насчет «Йо-хо» ты здорово придумала.

– Будет сделано. – Большая Синди рванулась к холодильнику.

– Она и в самом деле делает прекрасный массаж спины, – заметила Эсперанца.

– Верю на слово.

– Я сказала ей, что это ты настоял, чтобы мы взяли ее на постоянную работу.

– В следующий раз, – сказал Майрон, – позволь мне вытащить у нее из лапы занозу, ладно?

Большая Синди протянула ему банку «Йо-хо».

– Хотите я встряхну, мистер Болитар?

– Спасибо, Синди, я сам справлюсь.

– Да, мистер Болитар. – Она подпрыгнула на одной ноге, напомнив Майрону сцену из «Приключений Посейдона», в которой переворачивается корабль. Протянув ему банку, улыбнулась. И Боги прикрыли глаза ладошками.

Майрон обратился к Эсперанце:

– Что-нибудь новенькое по поводу Лестера?

– Нет.

– Соедини меня с Роном Диксоном. Попробуй домашний номер.

За дело взялась Синди.

– Одну секунду, мистер Болитар.

Эсперанца пожала плечами. Большая Синди набрала номер и заговорила с английским акцентом. Напоминала она Мэгги Смит из пьесы Ноэла Коуарда. Майрон и Эсперанца прошли в офис. Синди переключила туда телефон.

– Рон? Это Майрон Болитар. Как поживаешь?

– Да я знаю, кто это, урод. Твоя секретарша сообщила. Сегодня же воскресенье, Майрон. У меня выходной. Я посвящаю его семье. Это мое личное время. Шанс поближе узнать детей. Почему ты звонишь в воскресенье?

– Ты продаешь Лестера Эллиса?

– И ради этого ты звонишь мне домой в выходной день?

– Это правда?

– Без комментариев.

– Ты же говорил мне, что не станешь его продавать.

– Неверно. Если припоминаешь, мистер суперагент, ты хотел включить в контракт статью о необходимости его согласия на перепродажу. Я отказался, в противном случае он получал бы на пятьдесят кусков меньше. Ты на это не согласился. Теперь это тебе как гвоздь в задницу, верно, выскочка?

Майрон поерзал в кресле. Видно, больная задница беспокоит.

– Кого ты для него подобрал?

– Без комментариев.

– Не делай этого, Рон. Он очень талантливый.

– Ага. Жаль только, что плохой баскетболист.

– Ты поставишь себя в глупое положение. Вспомни Нолана Райана или Бейб Рут. – Майрон забыл, кому их продали.

– Не будешь же ты сравнивать Лестера с Бейб Рут?

– Давай все обсудим.

– Нечего обсуждать, Майрон. И теперь, извиняй, меня жена зовет. Все-таки странно…

– Ты о чем?

– Да обо всем. Этот контакт с детьми. Ты знаешь, что я выяснил, Майрон?

– Что?

– Я ненавижу своих детей.

Щелчок.

Майрон взглянул на Эсперанцу.

– Соедини меня с Элом Тони из «Чикаго Трибюн».

– Его продают в Сиэтл.

– Доверься мне.

– Не проси меня. – Эсперанца показала на телефон. – Обращайся к Большой Синди.

Майрон нажал кнопку интеркома.

– Большая Синди, пожалуйста, соедини меня с Элом Тони. Он должен быть в офисе.

– Слушаюсь, мистер Болитар.

Через минуту раздался сигнал.

– Эл Тони на первой линии, – сообщила Большая Синди.

– Эл? Это Майрон Болитар.

– Привет, Майрон, что случилось?

– Я у тебя в долгу, верно?

– И основательно.

– Так у меня для тебя сенсационная новость.

– Пока мы беседуем, у меня соски твердеют. Говори мне непристойности, детка.

– Лестера Эллиса знаешь? Его завтра продадут Сиэтлу. Лестер в восторге. Он весь год приставал к «Янки», чтобы его продали. Мы все счастливы.

– И это твоя сенсация?

– Слушай, может, получится интересный репортаж.

– В Нью-Йорке или Сиэтле. Но ведь я в Чикаго, Майрон.

– Все равно. Мне казалось, тебе интересно будет узнать.

– Не пойдет. Ты все еще у меня в долгу.

– А по поводу сосков не желаешь проконсультироваться?

– Подожди. – Пауза. – Уже напоминают перезревшие виноградины. Но если хочешь, я могу еще через пару минут пощупать.

– Спасибо, я пас, Эл. Честно, я не думал, что с тобой это пройдет, но все же решил попробовать. Между нами, «Янки» сильно заинтересованы в этой сделке. Мне подумалось, тебе стоит узнать.