Дело заикающегося епископа - Эрл Стенли Гарднер

Часы показывали двенадцать следующего дня, когда Мейсон,переговорив по телефону, сообщил Делле:

– Экспертиза установила, что Браунли утонул.

– И что теперь будет?

– Таким образом, Стеллу можно обвинить только в вооруженномнападении. А вот Виктор Стоктон и Питер Сакс вряд ли смогут выйти сухими изводы. Они будут обвинены в преднамеренном убийстве. Браунли, правда, могумереть от потери крови, так как одна из артерий была перебита, но он все жеутонул.

– Удастся ли окружному прокурору доказать сговор междуПитером Саксом и Стоктоном?

Мейсон улыбнулся:

– Это уже его трудности. Стоктон выдал себя тем, чтоприготовил столь надуманное алиби до того, как у него были основанияпредполагать, что Браунли убит.

– Полагаю, – сказала Делла, – прокурор Бергер вряд ли выдастордер на твой арест.

– Это уж точно! Кстати, ты будешь удивлена, но Бергерпригласил меня сегодня вечером в ресторан. Хочет обсудить данное дело. Теперь,когда епископ пришел в себя и его жизни не угрожает опасность, на руках уБергера великолепный материал. Ведь епископ хорошо видел, что на него наехалжелтый «Кадиллак». Ну а то, что на сиденье его была кровь – уже доказано. Саксже из кожи вылезет, чтобы всех убедить, что был лишь исполнителем, авдохновителем всего является Стоктон.

– Все сходится, но меня все же удивляет тот факт, чтоепископ Меллори настоящий. Откуда тогда заикание?

– Я тоже все время думал об этом. И не постеснялся спроситьу Меллори сегодня утром. Он мне все объяснил. Мальчиком он страдал от сильногозаикания. Но лечился и практически избавился от него. Лишь в редких случаях, вмомент сильного волнения, заикание возвращается. Он увидел на корабле ДжанетБраунли, понял, что это самозванка, очень расстроился и не знал, как поступить:ведь его сдерживало данное Ситонам слово. Он так и не оправился от потрясения,когда пришел ко мне в кабинет…

Открылась дверь, и на пороге появился Джексон, помощникМейсона. Делла с удивлением глянула на него.

– Что случилось? Чем вы так шокированы?

Тот дрожащим голосом сказал:

– Женщина только что спросила, не буду ли я возражать, еслиона закурит. Я протянул ей сигареты, но она вытащила толстенную черную сигару,отрезала кончик и закурила.

– Женщина – сигару? – удивилась Делла.

– Точно! – с несчастным видом сказал Джексон.

– И сколько же ей лет? – поинтересовался Мейсон.

– Около семидесяти. Она ожидает в приемной и говорит, что будетсидеть там до тех пор, пока ее не примет мистер Мейсон. Знаете, этодеморализует.

– По какому вопросу она желает проконсультироваться?

– Она смотрит на меня, как на пустое место! – возмутилсяДжексон.

– Так все же, она назвала вам причину визита?

– Это касается девушки, увлекающейся азартными играми.Больше она ничего не сказала.

– Ладно, Джексон, давайте на нее посмотрим. Это необходимосделать хотя бы для того, чтобы восстановить спокойствие в офисе.

– Да, сэр, – с достоинством ответил Джексон и,развернувшись, вышел в приемную.

Мейсон и Делла глянули друг на друга и рассмеялись. Они всееще смеялись, когда Джексон открыл дверь кабинета, пропуская седую женщину схолодными серыми глазами. Вынув изо рта сигару, она приказала:

– Закройте дверь с той стороны, молодой человек!

Затем ее взгляд сконцентрировался на Перри Мейсоне.

– Продолжайте, я вижу, вам очень весело. Я бы судовольствием к вам присоединилась, но вначале мне хотелось бы переговорить об оченьважном деле, мистер Мейсон. Что же до сигары, то я курю их с детства, это вошлов мою плоть и кровь. А еще я не терплю молодых людей, которые много о себемнят…