Любопытство не порок - Светлана Алешина

Мы с Сергеем Ивановичем поймали машину почти сразу же как вышли из здания редакции.

Картинная галерея нашего города располагалась в помпезном доме дореволюционной постройки, стоящем почти напротив городской администрации. Кому принадлежал этот дом изначально, я понятия не имела, но потом в нем много лет существовала Высшая партийная школа, а передача дома под галерею была совершена приказом Гайдара в бытность его премьер-министром, что, на мой взгляд, было одним из немногих его удачных решений.

Пообещав шоферу заплатить немного сверху, я убедила его поспешить, и, может быть, по этой причине перед самой галереей мы едва не вписались в бок белой «Ауди», подрезавшей нам дорогу.

Скрипнув тормозами, «Ауди» затормозила напротив высокой двери галереи, и, хлопнув дверцей, из машины быстро вышла девушка в шубе из серебристого енота. Девушка, не оглядываясь, вбежала в галерею, а «Ауди» медленно развернулась и быстро умчалась в сторону центра.

Расплатившись с шофером и поддакнув его колоритно выраженному мнению насчет уехавшего нахала, я пошла к высоким дубовым дверям «Третьяковки Поволжья», как почему-то принято у нас называть нашу картинную галерею.

Кряжимский догнал меня уже в холле, где я остановилась, чтобы осмотреться.

Прямо передо мной была широкая, покрытая красным ковром лестница, ведущая на второй этаж. С правой стороны стоял киоск, слева располагался спуск в гардеробам и туалетам.

Сбоку от лестницы сидел на стуле омоновец в бронежилете и кепке, держа на коленях короткоствольный автомат. Он задумчиво посмотрел на нас с Сергеем Ивановичем, и в его блеклых глазах не мелькнуло и тени интереса.

Сверху по лестнице к выходу спускались двое рабочих в черно-синих спецовках. Они осторожно несли носилки со строительным мусором. На фоне ковра, мраморных ступеней и дубовых перил они смотрелись грязноватым пятном.

Засмотревшись на эту композицию, я немного отвлеклась от цели нашего приезда. Вернул меня к действительности голос Сергея Ивановича.

— Сейчас все и узнаем, — сказал мне Кряжимский и подошел к киоску, в котором продавали билеты и буклеты.

— Здравствуйте, — наклонился он к окошку, за которым виднелась скучающая пожилая мымра, — нам нужен ваш директор, как к нему пройти, скажите, пожалуйста.

— Он уехал, — сухо ответила продавщица и равнодушно отвернулась.

Кряжимский в растерянности потоптался на месте и спросил еще раз:

— Извините, а вы не подскажете, когда он вернется?

— Мне он не докладывал, — нетерпеливо ответила она ему, очевидно, досадуя, что ее донимают такими никчемными вопросами.

— Он на совещании в Министерстве культуры, — послышался у меня за спиной мужской голос.

Я обернулась к его обладателю.

Среднего роста мужчина в короткой кожаной куртке не спеша спускался по широкой лестнице со второго этажа. В одной руке он держал кожаную барсетку, пальцами другой разминал сигарету.

Кряжимский почему-то окончательно растерялся и посмотрел на меня, не зная, что же делать дальше.

— Позже заедем? — тихо спросил он.

Я не успела ответить, потому что мужчина в куртке, спустившись с лестницы, подошел к киоску.

— А Спиридонова не было, что ли, сегодня? — грубоватым голосом спросил он.

— Не видела, Максим Иванович, мимо меня не проходил, — разулыбавшись, ответила ему неприветливая с Кряжимским старая перечница.

Пожав плечами, уважаемый персоналом Максим Иванович вышел на улицу.

— Если директора нет, его заместитель, наверное, на месте? — твердо спросила я, неприязненно поглядывая на киоскершу. — Как к нему пройти?

— А вы по какому делу, девушка? — снова попыталась показать свою значительность эта мерзкая тетка.

— Ваше руководство вам это и объяснит, если посчитает нужным, — сказала я. — Так где же кабинет заместителя?

Что-то проворчав, но не слишком громко, чтобы я на всякий случай не услышала, продавщица ткнула прямо из своего окошка пальцем наверх:

— Вторая дверь направо.

Пройдя мимо не пошевелившегося омоновца, мы поднялись по лестнице и толкнули нужную нам дверь.

Заместителем директора оказалась приятная пожилая женщина в темно-синем костюме и больших очках. Когда мы вошли к ней, она мирно пила чай с лимончиком и читала газету «Культура».

С ней мы договорились быстро. Сработали и редакционные удостоверения, и то, что она уже не первый год трудилась в галерее и, как сама выразилась, была воспитанницей Спиридонова.

— Что вы, что вы! — сразу же заволновалась она. — Никто никаких обвинений ему не предъявлял, что вы! Ну, может, директор и сказал что-то, но сами поймите: это же ван Хольмс, пятнадцатый век, Голландия… Очень большая потеря, очень! А Николая Игнатьевича мы все очень уважаем, и никто на него и не подумал даже, я и сама его воспитанница, — повторила она во второй раз, очевидно, считая этот факт наилучше характеризующим Спиридонова.

Я переглянулась с Кряжимским. Было ясно, что от беседы с этой перепуганной заместительшей толку будет немного.

— А не могли бы вы разрешить нам заглянуть в ваши запасники, если можно, конечно, — вдруг попросил Сергей Иванович. — Нам хотелось бы составить свое мнение о происшествии.

— Заглянуть к нам в запасники?! — полуобморочным шепотом повторила за ним заместитель директора и сложила ладони на груди, словно уже собралась умереть от ужаса, который ей внушили эти слова.

— Если бы дали нам в сопровождение вашего сотрудника, мы были бы вам очень благодарны, — тихо сказала я, стараясь вложить в свой голос побольше значительности.

Тяжко вздохнув, бедная заместительша, уже, наверное, не знающая, как от нас отделаться, поднялась из-за стола и, оставив на нем остывающий чай, вышла в коридор.

— Пойдемте, — пробормотала она, — может быть, кого-нибудь вам найду…

Долго искать ей не пришлось: только мы с Кряжимским вышли из кабинета, как на глаза заместительше сразу попалась и жертва.

— Риточка! — крикнула она, взмахнув рукой. — Подойди сюда, пожалуйста.

К ней приблизилась девушка, одетая в черные джинсы и зеленый свитер. Ее черные волосы были забраны в «хвост» и стянуты кожаным ремешком.

Это была та самая девушка, из-за которой белая «Ауди» рискнула подставить свой импортный борт под бампер нашего такси.

— Риточка, эти из газеты «Свидетель», хотели бы посмотреть запасник вашего отдела, покажи им, пожалуйста, ладно?

Рита пожала плечами и, скользнув равнодушным взглядом по Кряжимскому, быстро осмотрела мой плащ.