Влюбленная в тебя - Рейчел Гибсон

– Гетерохромия не будет сказываться на ее зрении. – Почесав котенка между ушами, он указал на второй генетический дефект. – Аномалия зубной окклюзии не настолько велика, чтобы мешать ей питаться.

Мэдди поняла, что он называл «гетерохромией» разный цвет глаз у ее котенка. Но аномальная окклюзия…

– У вашей кошки слишком глубокий прикус, – пояснил ветеринар.

Мэдди никогда не слышала про такое. Но Джон задрал котенку голову и продемонстрировал, что верхняя челюсть зверушки была чуть длиннее нижней. И по какой-то необъяснимой причине сообщение о том, что ее Снежок – уродец с неправильным прикусом, заставило Мэдди проникнуться к котенку нежностью.

– Зубы торчат, как у зайца… – с изумлением произнесла Мэдди. И она условилась о следующем приеме, чтобы удалить яичники. Так что Снежок не сможет наплодить новых кошек с большой головой и неправильными зубами.

А потом они со Снежком отправились в бакалейный магазин.

– Веди себя хорошо, – предупредила Мэдди котенка, заворачивая на парковку при магазине.

– Мяу…

– Веди себя хорошо, и я, может быть, принесу тебе «Вискер Ликинс».

Мэдди со стоном выбралась из машины и закрыла дверцу. Неужели она сказала «Вискер Ликинс»? Мэдди удивлялась сама себе. Пересекая парковку, она гадала: неужели ей светит сделаться одной из тех женщин, что помешаны на своих кошках и постоянно рассказывают скучнейшие истории о своих любимцах всем встречным?

В магазине она загрузила в тележку куриные грудки, салат и диетическую колу. «Вискерс» она не нашла, зато купила «Паунс» с карибским тунцом. Потом покатила тележку к кассе номер пять. Служащая по имени Франсин сканировала «Паунс», пока Мэдди рылась в сумке в поисках кошелька.

– Сколько лет вашей кошке?

Мэдди подняла голову и уставилась в лошадиное лицо Франсин, обрамленное мелкими «химическими» кудряшками – «танец-вспышка», привет из восьмидесятых!

– Точно не знаю. Она просто заявилась в мой двор и не захотела уходить. Кажется, у нее дефекты породы.

– Да, здесь такое часто случается.

Глаза у Франсин были слегка навыкате, и Мэдди не знала, говорила ли кассирша о кошке или о самой себе.

– Я слышала, в вашей книге появился второй подозреваемый, – продолжала Франсин, поднося к сканеру упаковку куриных грудок.

– Прошу прощения, вы о чем?

– Я слышала, что вы нашли второго подозреваемого. Считалось, что Роуз стреляла в Лока и официантку, а затем и в себя. Так вот, может быть, туда пришел еще кто-то, то есть тот, кто застрелил всех троих.

– Не знаю, где вы это слышали, но позвольте вас заверить: все это – неправда. Нет никакого другого подозреваемого. Роуз застрелила Лока и Элис Джонс. Потом направила револьвер на себя.

– О-о!.. – Казалось, Франсин была разочарована. Хотя, возможно, все дело было в ее слишком выпуклых глазах. – Что ж, тогда, полагаю, шериф не откроет повторное расследование и не позвонит в шоу «Детектив Раш».

– Нет. Нет никакого второго подозреваемого. Не будет никакого шоу. И Колин Фаррелл не приедет в Трули.

– А я слышала, что говорили про Брэда Питта. – Кассирша просканировала последнюю покупку и выбила итоговый чек.

– Боже правый… – Мэдди протянула Франсин точную сумму наличными и забрала свои покупки. – Брэд Питт! – фыркнула она, сгружая пакеты на заднее сиденье машины.

Добравшись до дома, она накормила Снежка яркими разноцветными рыбками и приготовила ленч для себя. Поработала над хронологией для книги, записывая события в той последовательности, в которой они разворачивались – минута за минутой. Прикрепила карточки к стене за экраном компьютера, поменяв некоторые местами.

В десять вечера позвонил Майк и попросил встретиться с ним в «Морте». Ей хотелось ответить согласием. Ведь был вечер пятницы, и было бы неплохо проветриться. Но что-то ее удержало. Что-то, имевшее отношение к тому возбуждению, которое охватывало ее, стоило услышать голос Майка.

– Мне нехорошо, – солгала она. Ей следовало установить некоторую дистанцию между ними – чтобы можно было перевести дух. Иначе их отношения могли бы перерасти в нечто большее, чем секс, – по крайней мере, для нее, Мэдди.

Голос Майка звучал на фоне музыки из автомата, которую старались перекричать посетители бара.

– Мэдди, с тобой все в порядке?

– Да, уже ложусь спать.

– Я мог бы подъехать попозже и проверить, как ты. Нам необязательно что-то делать. Я просто мог бы привезти тебе супа или аспирин.

Ей бы очень этого хотелось.

– Нет, не надо. Но спасибо тебе.

– Я позвоню завтра примерно в полдень, чтобы узнать, как ты, – сказал Майк.

Но он не позвонил – появился собственной персоной возле ее лодочного причала. На нем была белая футболка с рекламой пива, а темно-синие купальные шорты в обтяжку доходили до коленей. И он вел за собой небольшой катерок «Ригал».

– Ну как ты? – спросил Майк, входя в ее дом через стеклянные двери.

Он снял солнечные очки, и Мэдди уставилась на него в изумлении.

– Ты о чем? – спросила она.

– Вчера вечером тебе нездоровилось.

– Ох… – Она совершенно забыла о своей лжи. – Все в порядке. Уже прошло.

– Отлично. – Майк обнял ее и поцеловал в пробор волос. – Надевай купальник и пойдем со мной.

Мэдди не спросила, куда они отправятся и на какое время, но решила, что ей все равно, если рядом будет Майк. Натянув закрытый купальник и обмотав бедра синим платком, она спросила:

– Я тебе еще не надоела?

Майк долго молчал. Лишь когда они подошли к его белому с желтым катеру, он, насупившись, пробормотал:

– Нет, пока нет.

Майк прокатил ее вокруг всего озера и показал несколько впечатляющих домов, которые нельзя было увидеть с дороги. Потом достал из холодильника бутылку диетической колы для Мэдди и воду – для себя.

Раскаленное солнце, сиявшее в безоблачном августовском небе, припекало все сильнее. Сначала это было приятно, но вскоре капли пота потекли по спине и между грудей Мэдди. Она ненавидела потеть – отчасти поэтому и не занималась спортом. И вообще, она не доверяла известному выражению «Не попотеешь, не заработаешь». Мэдди предпочитала верить в другое изречение: «Нет пота – нет проблем».

Майк бросил якорь в бухте Ангела и сбросил свою белую футболку.

– Прежде чем сюда нагрянули Аллегрецца, мы, бывало, плавали тут каждое лето. Сначала мама нас привозила, а позже машину водили мы с Мэг, когда получили права. – Стоя на палубе, Майк рассматривал песчаную линию берега, теперь застроенную виллами и причалами для катеров и гидроциклов. – Помню детское масло для загара. И еще – песок в шортах и постоянно облезающий нос. – Сбросив шлепанцы, он подошел к корме. – О старые добрые времена…