Гончие псы - Йорн Лиер Хорст

В десять часов Лине встала и пошла на кухню. Намазала булочку маслом и спросила отца, не хочет ли он перекусить.

Вистинг тоже поднялся с места.

– Нет, спасибо, – ответил он и подошел к окну. – 7,4 градуса, – объявил он после того, как присмотрелся к термометру. – Закончим на сегодня?

– Я еще немного здесь побуду, – сказала она и снова присела на диван за стол, заваленный документами по делу. Девушка поджала под себя ноги и посмотрела на отца, пережевывая еду.

– Ты уверена? – спросил Вистинг. – Ты ведь можешь взять папку с собой.

– Это не то же самое, – ответила Лине. – Все, в общем, взаимосвязано. Я читаю что-то в одном месте и потом должна сравнить это с написанным в другом месте.

Отец кивнул, зная, что она имеет в виду. Изучение материалов будет неполноценным, если перед ней будут не все документы.

– А ты поезжай, – предложила она. – Я справлюсь.

По лицу своего отца Лине поняла, что мысль оставить ее одну ему не понравилась. Однако она прожила в этом доме в одиночестве несколько недель прошлой осенью, и он знал, что она справится.

– Я не хочу, чтобы ты оставалась здесь ночевать, – сказал он. Тон не оставлял возможностей спорить.

– Буду дома до полуночи, – улыбнулась она.

– Отлично. Я заеду к Сюзанне в кафе, – объяснил он, будто ему требовалась веская причина, чтобы уехать.

– Передавай привет, – сказала она и снова склонилась над бумагами.

Как только он ушел, она обратила взгляд на матово-черное стекло. Изнутри, из освещенной гостиной, тьма казалась непроницаемой, будто состояла из нескольких толстых слоев.

Лине была слишком занята своими собственными делами, чтобы следить за другими новостями. Она слышала о пропавшей семнадцатилетней девушке, но не знала деталей этого дела. Она зашла на сайт «Верденс Ганг» и поискала ее имя. Самые свежие статьи были написаны Мортеном П. и Харальдом Скуглунном.

Последним, кто видел семнадцатилетнюю Линнею Каупанг, был водитель автобуса маршрута 01. Она училась в выпускном классе старшей школы. В пятницу, второго октября, она была в школе до 14:10. Через полчаса она села на автобус на остановке в Торстранне. Маршрутный автобус двинулся по государственной дороге 303 через Тьеллингволлен к Сандефьорду. В 14:49 Линнея Каупанг сошла на перекрестке возле дороги Линдхьемвейен. С тех пор ее никто не видел.

Линнея Каупанг жила вместе с отцом примерно в восьмистах метрах от автобусной остановки. Между их домом и дорогой находилось три соседских дома. Только моряк на пенсии был дома. Он часто видел, как девушка возвращается с уроков, но не в тот раз.

Мортен П. и Харальд Скуглунн поговорили с подружками Линнеи по школе. Те описали девушку как обязательную и надежную. Главой следственной группы был Нильс Хаммер. Он сообщил, какие ресурсы задействованы для поиска девушки, и не стал исключать, что в отношении пропавшей были произведены преступные действия.

Лине позвонила Мортену П.

– Как у тебя дела? – спросил он.

– Пятая точка по-прежнему болит, – ответила она. – Но я практически вышла из этого дела. Практически.

– Практически?

Она рассказала, как ухватилась за ниточку из прошлого, ведущую к убитому во Фредрикстаде, и как эта ниточка привела к делу Сесилии.

– Вообще-то мне это не нравится, – подытожила она. – И я думаю, не может ли тут быть связь, а не просто случайное совпадение.

– Совпадения постоянно случаются, – напомнил ей Мортен П. – Именно поэтому мы про них и говорим.

Она согласилась.

– Вообще я звоню по поводу дела Линнеи.

– Чертовски странное дело, – высказался Мортен П. – Я как раз сижу и дописываю статью об электронных зацепках. До сегодняшнего вечера сигналы ее мобильного телефона регистрировались возле Высшей школы в Вестфолле.

– Это ведь на самом севере фюльке, почти в Хортене.

– Знаю, вот это как раз и чертовски странно.

Лине прикинула в уме и сразу поделилась мыслью с коллегой:

– Он не мог остаться в автобусе, когда она вышла из него? Маршрут 01 едет по всему фюльке, прямо до Хортена.

– Такая возможность есть, но тогда мобильный должен был покинуть автобус возле Баккентейгена.

– Что полиция говорит?

– Ничего. Мы располагаем фотографиями, на которых они прочесывают обочины государственной дороги от Осгордстранна до Борре, но они ничего не комментируют.

Лине молчала. Потом произнесла:

– У меня есть теория, кто мог ее похитить.

На мгновение Мортен П. тоже замолчал.

– Теория полиции? – уточнил он.

– Нет, и вполне возможно, она покажется отчаянной, но она не принадлежит ни мне, ни моему отцу. Это теория главного психиатра.

– Я заинтригован.

– Он думает, что за этим может стоять Рудольф Хаглунн.

Когда Лине произнесла эти слова, она сама услышала, как банально звучит эта теория. Мортен П. молчал, и она представила его сидящим за столом, жующим ручку и размышляющим, как отвергнуть идею наиболее мягко.

– Я знаю, такая теория была.

Мортен П. кашлянул.

– Что-то с ней случилось, – сказал он. – Я говорил с ее подругами и не думаю, что она исчезла по собственной воле. Скорее, кто-то ее похитил, и мне кажется более логичным предположить, что это сделал тот, кто совершал подобное раньше, чем какой-нибудь новый псих.

– Психиатр полагает, что пребывание в тюрьме создало в нем внутреннее давление, – сказала Лине, чтобы поддержать теорию.

– А полиция думает так же?

– Я не знаю, что они думают. Знаю только то, что причин установить за ним слежку у них нет.

– А кто-нибудь знает, где он сейчас? – Она услышала по голосу коллеги, что тот оживился.

– Не прямо сейчас, но я знаю, где он будет завтра в полдень.

Мортен П. рассмеялся, сообразив, что Лине подумала о том же, о чем и он.

– Мы с Харальдом приедем каждый на своей машине, – сказал он. – Но нам нужен еще один человек, кроме тебя.