Гончие псы - Йорн Лиер Хорст

Франк Рубекк стоял внизу у покрытого дерновой крышей дома, который находился возле реки, там, где когда-то располагалось пастбище. Небольшое здание топилось по-черному, в потолке было отверстие для дыма, как в саамских лавву. Его построил Рудольф Хаглунн. Над очагом он вешал угрей и другую рыбу, пропитывавшихся сочным ароматом дыма от горящих можжевеловых веток.

Вистинг открыл узкую дверь. Кислый запах дыма впитался в стены. Этот запах был ему знаком. Именно так пахло от Рудольфа Хаглунна во время первого допроса. Ровно как описывала на кассете Сесилия: от него несло кислятиной, дымом и чем-то еще.

Криминалисты работали уже много часов, следуя указаниям, полученным Вистингом от Хаглунна во время их последней беседы. Всем внутри не хватало места, и одетые в белое люди вышли, чтобы пропустить внутрь Вистинга и Рубекка.

На месте кострища была вырыта яма. Из-под земли торчали закопанные там человеческие останки. Сломанные кости и раздробленный череп. В пластиковом контейнере были собраны лоскуты одежды и фрагменты обуви: Хаглунн закопал их вместе со своей первой жертвой.

– Как долго… – спросил Рубекк и прочистил горло. – Как долго он держал ее в плену?

– Неделю, – ответил Вистинг.

Мышцы на лице Рубекка напряглись. Он достал из контейнера отстатки того, что когда-то было пряжкой ремня.

– Он использовал подушку, – тихо пояснил Вистинг.

– Лучше бы он выкинул ее на обочину, – заметил Рубекк, счищая землю с пряжки молодой девушки, которая была его племянницей. – Как Сесилию. Тогда мы хотя бы знали, где она.

– В тот раз все было по-другому, – сказал Вистинг, используя собственные слова Хаглунна. – Он позволил нам найти Сесилию. Это был отвлекающий маневр, чтобы мы перестали искать его укрытие.

Он вышел из тесного помещения, чтобы дать Рубекку побыть в одиночестве. Рядом с машиной Вистинга, стоящей у жилого дома, припарковался служебный автомобиль без опознавательных знаков. Кристине Тиис и Нильс Хаммер поплелись вниз по склону. Хаммер нес сложенную газету, и Вистингу была видна часть первой полосы, на которой красовалось лицо Аудуна Ветти.

– Прокурор привлек его, – сказала Кристине Тиис. – Следователи спецотдела утром пригласили его для дачи показаний.

Хаммер направился к техникам-криминалистам, а Кристине Тиис подошла к Вистингу и сунула руку в карман.

– Я должна кое-что тебе вернуть, – сказала она и достала его служебное удостоверение.

Вистинг взял его, покрутил туда-сюда. Оно потерлось по краям, а в одном углу начало расклеиваться.

Четыре дня он не был полицейским. Он не только не обладал правами полицейского, но и сам подозревался в нарушении закона. Он всегда полагал, что одно из тех качеств, которые делают его хорошим полицейским, – это способность видеть дело с разных сторон. Но только сейчас он побывал там. На другой стороне.

Вистинг провел большим пальцем по своей фотографии и почувствовал царапины на маленькой пластиковой карточке. Фотография была старая. Тогда он выглядел лучше. Волосы были гуще и темнее, щеки – округлей. Но он стал лучше как полицейский, подумал Вистинг и крепко сжал удостоверение в руке.