Без чайных церемоний - Ольга Тарасевич

– Холод-д-но, – через десять минут после заточения в подсобку сказала Лика.

– Не жарко, – отозвался Володя. Он засунул скованные наручниками руки между коленей, но теплее от этого не стало.

Они опять замолчали.

Лика, надувшись, думала о том, что следователи нынче пошли хуже некуда. Вначале гоняются за ни в чем не повинными девушками, потом отдают преступникам пистолеты и послушно выполняют все их распоряжения.

– Слушай, Седов, а как ты вообще в лесу-то оказался? – потирая ладошки, спросила Лика. – И почему в гордом одиночестве? Захватил бы с собой кого – глядишь, не пришлось бы здесь куковать…

Седов в сердцах бросил:

– Как оказался, как оказался. Долгая история. Подъехал к Кулакову. Подозревать их с Машей начал. Вижу – из подъезда выходит Слава. Потом, через пару минут, Маша выскакивает. И они куда-то укатывают. Ну я поехал за ними следом. Дотащился за их тачкой до города N. Приехали к какому-то зданию.

– Это роддом был, – вставила Лика.

– Потом, – продолжил Володя, – через пару минут вижу: ведет тебя Слава, пистолетом в спину тычет. Вы загрузились в машину и поехали.

– Наблюдать – это у тебя хорошо получается.

– Да он тебе пушку между лопатками вставил. Я за тебя, дуру, боялся. Думал разобраться с ним позже. Выехали на трассу. А потом его машина исчезла. Была вот только что перед глазами – и исчезла. Я порулил к ближайшему посту ГИБДД, он там неподалеку, километрах в пятнадцати. Спрашивал, какие тут второстепенные дороги имеются. Пока выяснил, пока все объехал, пока вас нашел… А ты тоже хороша! Плохо мне, отравили меня!

Лика принялась оправдываться:

– Я полстакана кофе со снотворным выпила. Я уже с жизнью, можно сказать, прощалась!

– А потом… – с досадой продолжил Седов, – Артем. Не ожидал я от него этого. Я же думал, он мне друг, понимаешь? Мы с ним на одном курсе учились. Я ему верил больше, чем самому себе. Он на всех семинарах задачи первым решал, у него башка, как компьютер работает.

То ли от мороза, то ли от страха Лика наполнилась язвительностью:

– Да уж, о тебе этого явно не скажешь.

– Да ладно тебе! – взорвался Володя. – Да если бы не я – лежала бы ты сейчас в каком-нибудь овраге. Кофе свой допила бы – и лежала бы как миленькая.

Взглянув на часы, Лика согласилась:

– Да, точно. Уже бы лежала. Прости. Я сейчас не понимаю, что говорю. Боязно мне, Седов. Они же нас передушат, как котят. У них уже на совести столько смертей – подумать страшно. А Артем – скотина. Но какой актер! Как он меня якобы от тебя прятал, как помочь хотел. И взгляд при этом был такой невинный, как у ребенка.

– Да уж, невиннее некуда. Он, я так думаю, и гадалку убил. А ей чашку подсунул с твоими отпечатками пальцев. Подожди, а ты помнишь… Он Славу братишкой называл…

Лика коротко рассказала про дневник.

– Я-то вначале думала: раз ячейка Славина, то и дневник принадлежит Славиной маме. А они там скорее всего просто вместе все хранили – снотворное, пистолет там еще один лежал, я его так в ячейке и оставила. И поперлась в этот роддом, роженицу по фамилии Кулакова разыскивать. А ее тут сроду не было. Это Артем в этом роддоме на свет появился, а не Слава. Но вот только как же они меня так быстро вычислили? Наверное, главврачиха настучала. Мерзкая тетка.

Седов заскрежетал зубами:

– Почему, почему ты, когда нашла этот дневник, не связалась со мной?

Лика удивленно на него посмотрела: