Без чайных церемоний - Ольга Тарасевич

Артем пристально вглядывался в узкую лесную дорогу. В груди нещадно кололо. Хотелось скорее добраться до сторожки, зажечь свет и посмотреть, что же там у Славки с рукой. На первый взгляд Седов попал в него дважды – в предплечье и кисть. Наверняка пули застряли в кости, разорваны мышцы… Бедный братишка…

Он смотрел на дорогу, а в глазах стояла та их встреча, самая первая, неожиданная…

…В тот вечер он почувствовал что-то неладное. Сел в автомобиль и покатил к особняку Сергея Макарова. Оказалось, вовремя. В мелькавшую в освещенном окне фигуру целился человек.

Ярость, жгучая, застилающая глаза, заклокотала в груди. Макаров его, только его! Он сам с ним рассчитается за все, что тот сделал. А за то, что не сделал – в особенности. Лишь Артем вправе решать, сколько тому осталось жить и как он умрет.

Он сбил человека с ног, схватил его за ворот рубашки.

– Кто тебе его заказал? Кто? – кричал он и наносил удары в крепкое мускулистое тело.

– Да батяня это мой! – прохрипел парень. – Кобель недоделанный…

– Батяня?!

Руки Артема разжались, чтобы через секунду обнять лежавшего на земле человека.

– Братишка! Я все-таки нашел тебя…

Тот вырвался из его объятий и с недоумением на него уставился. Потом дотянулся до упавшего на траву пистолета и наставил его Артему между глаз.

– Дурачок, – счастливо рассмеялся Артем. – Да убери ты свою пушку. Пошли все обсудим. Нам совершенно некуда торопиться…

Они проговорили всю ночь. Артем рассказал, как после смерти матери его забрали дед с бабкой, как, собирая вещи, он решил захватить с собой пару книг и обнаружил лежавший за ними дневник мамы, как читал его, содрогаясь от сочувствия к матери… В дневнике не указывалось ни имен, ни фамилий, но все же он докопался до правды. Мать успела ему рассказать, что отца зовут Сергей Макаров. Фамилию упоминавшейся в дневнике маминой подруги он выяснил в институте. Только вот на запросы по ее розыску приходили стандартные ответы: такая гражданка в списках не значится… А ему так хотелось ее отыскать. Артем догадывался: у него может быть брат или сестра…

– Конечно, ты ее не мог найти, – объяснил Слава. – Она в институт под девичьей фамилией поступала, Захарова. А потом фамилию поменяла, Кулаковой стала. Замуж она выходила фиктивно, чтобы нам квартиру дали. Дед давным-давно помер, я его даже не видел. А бабка умерла, когда мне четыре года исполнилось. Других родственников у мамки не было. Дом в деревне она продала…

Вячеслав же о существовании брата не догадывался. Его мать, изо всех сил стараясь вычеркнуть из памяти даже воспоминания о прошлом, никогда ему ничего не говорила. И он не стал ей рассказывать о том, что встретил Артема. К тому времени она стала совсем плоха, врачи говорили, что ей оставалось жить максимум года два…

– Надо еще подождать, – решил Артем. – Ну сам посуди, зачем ей знать, что Макарова не станет. Догадается не догадается – все равно переживать будет. А если нас еще заметут, что тогда?

– Ты прав, братишка, – согласился Слава. – Ты точно заметил, нам торопиться некуда. Столько лет ждали – подождем еще. Но вообще странно как мы с тобой, не сговариваясь, его замочить решили…

Артем ничего странного в этом не видел. Он вспоминал свою мать, несчастную, с рано постаревшим лицом, выплакавшую все глаза после последнего разговора с отцом. Она, должно быть, даже не заметила, погруженная в свои горестные мысли, что вышла на проезжую часть, а на нее, отчаянно сигналя, несется грузовик… А ему каково пришлось во время учебы? Жить на одну стипендию, разгружать по ночам вагоны, а потом бороться со сном над конспектами?.. Нет, за все в этой жизни надо платить. И Макаров заплатит по полной программе…