Дочь палача и дьявол из Бамберга - Оливер Петч

– И он признался, что это его шкуры? – спросила Магдалена.

Маркус покачал головой:

– Он все отрицал. Признаюсь честно, я и сам в недоумении. Но стражникам не было до этого дела, они просто забрали его. Как я слышал, уже появилось несколько свидетелей, которые якобы видели его в зверином обличье.

Сэр Малькольм вздохнул:

– Да-да, судя по всему, парню есть что скрывать. Темная душа, которую ни один из нас не разглядел…

– Хотите сказать, вы действительно верите, что Матео как-то связан с этим чудищем?

Магдалена изумленно уставилась на сэра Малькольма, но тот лишь пожал плечами:

– Разве можно заглянуть человеку в душу? Я лишь знаю, что должен уберечь свою труппу. Если бы мы стали защищать Матео, они бы нас всех забрали. Мы еще пользуемся благоволением епископа, но все может перемениться. Особенно теперь, когда в Бамберге обосновался проклятый Жискар со своей труппой! – Сэр Малькольм закатил глаза и продолжил торжественным голосом: – Иногда приходится жертвовать малым, чтобы сохранить целое, не так ли? Думаю, надо будет посвятить Матео пьесу. Какой-нибудь героический эпос, может, «Генриха Пятого»…

– Но… но это же гнусно! Неужели вы все так считаете?

Магдалена в ужасе огляделась, но увидела лишь безучастные лица. Некоторые из артистов отворачивались и смотрели в пол, словно углядели там что-то интересное. Только Маркус Зальтер не отвел глаза.

– Боюсь, сэр Малькольм прав, – сказал он мягким голосом. – Мы не можем помочь Матео. Все-таки эти шкуры лежали у него в ящике. И мы понятия не имеем, как они там оказались.

– А вы не думали, что кто-нибудь мог их подкинуть? – резко ответила Магдалена. – Может, сами стражники, чтобы представить наконец горожанам виновного? И кто годится на эту роль лучше приблудного чужака, по которому никто не станет грустить?

Последовало ледяное молчание. Магдалена выждала немного и продолжила:

– Я, в общем-то, не из-за Матео пришла, а из-за сестры. Я уже знаю, что Барбара с Матео более близки, чем хотелось бы моему отцу… Скажите честно, она у вас?

Сэр Малькольм помотал головой:

– К сожалению, нет. Хотя мы будем рады ей в любое время. Скажу честно, вчера мы даже сделали ей предложение. У девочки явный талант. И теперь, когда Матео… ну, не с нами, нам нужен кто-то новый для женских ролей.

– Что вы ей сделали?

У Магдалены перехватило дыхание. Теперь ей стало ясно, что имела в виду Барбара своими странными намеками.

– Глупцы, вы хоть понимаете, что сделает с вами мой отец, если узнает? Вы… вы…

Магдалена покачала головой, не в силах сказать что-то еще, и бросилась прочь из зала.

Она уже спускалась по лестнице, когда за спиной раздался голос:

– Магдалена, постойте!

Следом за ней спешил Маркус Зальтер.

– Я видел вашу сестру! – кричал он. – Она была внизу, во дворе. Видимо, хотела к нам. Но потом вдруг развернулась и пошла в «Леший». Может, вы застанете ее там.

– Трактир «У лешего»? – Магдалена наморщила лоб. – Что ей понадобилось… – Но тут она хлопнула себя по лбу: – Точно! И как я раньше не додумалась!

Женщина собралась было дальше, однако Маркус снова тронул ее за плечо.

– Магдалена, поверьте, – взмолился он, – мне жаль, что так случилось с Матео. И вы правы в своем предположении. Сундуки стояли в соседней комнате. Стражникам не составило бы никакого труда подложить шкуры в ящик Матео.

– Если они стояли в соседней комнате, это мог бы сделать кто угодно, – ответила Магдалена задумчиво. – Подождите! Сэр Малькольм ведь говорил про эту вторую труппу. Что, если кто-то из них подложил Матео шкуры, чтобы избавиться от назойливых соперников?

Драматург нерешительно кивнул:

– Вы правы, об этом я еще не задумывался. Вот только вчера сэр Малькольм крепко поспорил с Жискаром Броле. И Матео, видимо, тоже оказался замешан в этом. Ничего удивительного, если бы этот проклятый вор попытался избавиться от нас таким вот образом… – Лицо его померкло. – Я сейчас же поговорю об этом с сэром Малькольмом. Хотя не думаю, что он вступится за Матео перед епископом. Как он докажет, что это дело рук Жискара?

Магдалена вздохнула:

– Вы правы, это будет непросто… – Тут она взглянула на драматурга с любопытством: – Кстати, вашего хорька во время обыска никто не обнаружил?

– Джульетту? – Маркус улыбнулся. – К счастью, нет. Они так обрадовались, когда нашли шкуры, что потом и не смотрели толком. – Он серьезно посмотрел на Магдалену: – Вы же не выдадите меня сэру Малькольму или стражникам…

– Поверьте, мастер Зальтер, сейчас у меня есть дела поважнее, чем дрессированный хорек, – перебила его Магдалена. – А теперь прошу прощения, мне надо найти сестру.

Она застала Барбару в комнате управляющего, по соседству с трактиром. Девушка сидела на кровати и листала потрепанный том с переведенными на немецкий пьесами Шекспира. Казалось, она уже ждала Магдалену. Барбара закрыла книгу и с грустью посмотрела на сестру. Глаза у нее были красные, лицо заплаканное.

– Этот Шекспир знает, как довести читателя до слез, – тихо проговорила она. – Это пьеса про Ромео и Джульетту из двух враждующих семейств, Монтекки и Капулетти. В конце влюбленные умирают, потому что не могут быть вместе. Может, так оно и должно быть в большой любви…

Магдалена подсела к сестре и крепко ее обняла. Она могла представить, каково сейчас Барбаре. Матео, вероятно, был ее первой любовью – и теперь сидел в камере, в ожидании медленной, мучительной смерти. Правда, Магдалена сомневалась, что в таком состоянии разумно погружаться в книгу с грустными историями о любви.

– Я говорила с отцом, – сказала она утешительно. – Он сказал, что сделает все, чтобы освободить Матео.

Она немного приврала, но была уверена, что Господь простит ей эту вынужденную ложь.

Барбара упрямо пожала плечами:

– И что он хочет сделать? Он даже не местный. За пытку отвечают только дядя и Георг.

– Ты ведь знаешь, на что способен отец. Он уже не раз спасал жизнь невиновному. Кроме того, Георг хочет поговорить с дядей Бартоломеем.

Барбара взглянула на нее с надеждой:

– Значит… значит, ты тоже считаешь, что Матео невиновен?

– Конечно! Мы все так считаем. Семья не оставит тебя в беде.

Магдалена снова обняла сестру. В этот момент дверь приоткрылась и за ней показалось изборожденное шрамами лицо Иеремии. Магдалена невольно вздрогнула при виде его ужасных ран. Под ногами у старика суетилась покалеченный песик. Он подковылял к Барбаре и лизнул ей руку.

– А, вижу, дамы уже встретились, – сказал Иеремия с улыбкой, отчего рот его скривился в ужасной гримасе, и добавил, обращаясь к Магдалене: – Я встретил вашу сестру во дворе, всю в слезах, и предложил посидеть пока у меня. Надеюсь, всё в порядке? – Он показал на полку, где стояло несколько пузырьков. – Я дал ей немного зверобоя и валерианы. Это успокаивает.