Жертва разума - Джон Сэндфорд

– Она пошла туда… – показал парнишка.

– А она торопилась?

– Да. Почти бежала, и в руках держала что-то вроде мешка с грязным бельем. Свернула за угол. А что она сделала?

Лукас не ответил, выскочил из кафе и бросился в указанном направлении. Он свернул за угол и оказался на автобусной остановке, но на ней никого не было. Дэвенпорт побежал по улице, зашел в булочную, показал полицейский значок и попросил разрешения воспользоваться телефоном. Перепачканный мукой толстяк отвел его в заднюю комнату и ткнул пальцем в висевший на стене телефон. Лукас позвонил диспетчеру.

– Возможно, она уехала на автобусе или ушла пешком. Записывайте: мы ищем высокую женщину приблизительно двадцати пяти лет, одетую во все черное; вероятно, она торопится, возможно, у нее в руках сумка или мешок. Проверьте, есть ли у нее машина.

Вернувшись на улицу, он посмотрел в обе стороны и увидел три или четыре женщины, одетых в черное. Одной из них могла быть Кросби, но когда она повернулась, чтобы перейти улицу, Лукас, устремившийся за ней, понял, что ошибся. Мимо пробежал полицейский: два парня выглядывали в окна. Лукас пошел обратно. Студенты были повсюду.

И слишком многие из них были в черном.

Лукас вернулся ко входу в квартиру. Слоун появился из-за угла и зашагал к нему. Он покачал головой, снял шляпу и пригладил волосы.

– Ничего.

– Черт подери, все как в проклятом богом магазине игр. – Он показал дюйм между большим и указательным пальцами. – Давай выясним, есть ли здесь менеджер.

Они прочитали в застекленном указателе, что менеджер живет в квартире 3А; его жена отправила их в подвал, где они его и нашли – он мастерил коробчатого воздушного змея. Лукас объяснил, что им нужно.

– У вас есть ключ?

– Конечно. – У менеджера был сильный немецкий акцент. Он уже заканчивал свое творение; стянул стык из пробкового дерева при помощи зажимной скобы и добавил: – Идите за мной.

Про ордер на обыск он не спросил.

Макферсон осталась ждать в коридоре перед комнатой Глории.

– Вы можете взять такси? – спросил Лукас.

– Ну…

– Вот двадцать долларов; этого хватит на такси и обед, – сказал он, протягивая деньги. – И спасибо. Если вы вспомните что-нибудь еще…

– У меня есть номер вашего телефона, – кивнула она.

Менеджер впустил их в квартиру Глории. Они быстро ее осмотрели: но что-то продолжало тревожить Лукаса – он заметил нечто важное, вот только не знал, что именно. Что-то привлекло его внимание. Когда? Во время беседы с Кросби? Нет. Просто… Он огляделся, однако ничего особенного не увидел.

«Старею», – подумал он.

– Вы знаете кого-нибудь из ее друзей? – без особой надежды спросил Лукас у менеджера.

Немец очень по-французски пожал плечами.

– Только не я, – ответил он.

Они постучали в каждую дверь в здании, менеджер их сопровождал. Почти никого не оказалось дома, и никто не видел Глорию. Подъехали две патрульные машины, и Дэвенпорт сказал:

– Идите с менеджером. Он имеет право входить в квартиры, поэтому вам не нужен ордер на обыск. Проверьте все. Ничего не трогайте, вам нужна девушка. – Когда они уже уходили, Лукас крикнул: – Заглядывайте под кровати.

– Конечно, шеф, – немного раздраженно ответил один из полицейских.

Дэвенпорт нахмурился.

– Найди лучшую фотографию Глории, – сказал он, повернувшись к Слоуну, – вернись в офис и попроси Роуз Мари, чтобы ее передали прессе.

– А ты что будешь делать? – спросил Слоун.

Лукас огляделся.

– А я разберу это место на мелкие части; посмотрим, что мне удастся найти. Да, пусть кто-нибудь обратится в телефонную компанию и проверит, не звонила ли она кому-нибудь.

– Хорошо. Возможно, мне следует получить ордер на обыск, – ответил Слоун.

– Да, конечно.

Напарник принялся искать фотографию, а Лукас еще раз прошелся по квартире: всего три комнаты – гостиная, примыкавшая к маленькой кухне, крошечная ванная комната и спальня.

Побитый комод, скорее всего, из магазина Армии спасения[50], с выдвинутыми ящиками стоял возле стены в спальне. Дэвенпорт заглядывал в спальню во время разговора с Глорией – тогда они были задвинуты; значит, она захватила с собой одежду. Лукас приподнял матрас и посмотрел под него. Ничего. Он вытащил и бросил ящики из комода на матрас. Ничего. Достал из шкафа обувь, проверил оставшуюся одежду. Ничего.

Дэвенпорт вернулся в кухню, заглянул в холодильник, вынул подносы со льдом, проверил все листки бумаги, лежавшие рядом с телефоном. Через десять минут у него появилась дюжина номеров, большинство из них нацарапанных на оборотной стороне использованных конвертов; еще несколько он обнаружил в записной книжке. Лукас проверил коды, но ни один номер не относился к Игану или Эппл-Вэлли. Он оставил конверты и записную книжку на стойке, но сказал про них Слоуну.

Затем Дэвенпорт зашел в ванную комнату и принялся изучать аптечку. На верхней полке стояла дюжина коричневых флаконов с таблетками, выстроенных как шахматные фигуры.

– У нее странные лекарства, – сказал Лукас Слоуну. – Давай выясним, где она их берет и для чего они предназначены. Пусть кто-нибудь проверит местные аптеки и клинику университета. Похоже, это что-то серьезное; возможно, ей потребуется еще.

– Хорошо, – крикнул Слоун.

Лукас открыл дверцу небольшого стенного шкафа для белья – он знал, что обычно женщины прячут самые разные вещи в таких шкафах, холодильниках и ящиках. Не нашел ничего интересного.

Слоун заглянул в комнату.

– Она не любила фотографироваться, – сказал он и показал напарнику несколько снимков, сделанных «Полароидом», и еще пару обычных фотографий. Глория, неизменно в черном, почти всегда снималась одна. Остальные люди на фотографиях были женщинами.

– Захвати все, – бросил Лукас.

Он захлопнул дверцу, и они услышали, как внутри разбилось стекло.

– Ладно, – сказал Слоун. – Успокойся, мы ее найдем, рано или поздно. Ты срываешься.

– Проклятье, она его знает, – сказал Дэвенпорт, повернулся и ударил ногой в стену ванной комнаты. Носок его туфли пробил гипсокартон. Оба секунду смотрели на дыру. – Она знает ублюдка, знает, где он, а мы позволили ей сбежать.