Купидон со сбитым прицелом - Татьяна Луганцева

– Как плохо, что у вас в машине нет кондиционера, – пожаловалась Яна водителю, обливаясь потом.

– Но я тоже не думал, что мы часами будем выслеживать человека, – ответил тот.

– Так мы договорились, что оплата почасовая! – возразила Яна. – Или вас что-то не устраивает?

– Прекратите перепалку! Он выходит, – вернул их к реалиям жизни Василий Николаевич.

Им уже изрядно пришлось помотаться по городу. Сначала они приехали в офис психологической фирмы «Олимп», но ее руководителя на месте не оказалось. Предъявив удостоверение, Василий потребовал его домашний адрес, и они отправились туда. Расстояния, кстати, немалые.

Когда такси подъехало к дому доктора, они увидели, как Глеб Наумович выходит из подъезда и садится за руль своего БМВ.

– За ним! – недолго думая, скомандовал Василий Николаевич.

– Шеф, мы не договаривались… Да и в криминальных делах я не участвую, – заволновался водитель.

– Мы сделаем почасовую оплату, к тому же я представитель милиции, – успокоил его следователь.

На том и порешили. И теперь следовали за машиной психолога по пятам. Он заехал в супермаркет и закупил целую корзинку продуктов, которую загрузил в багажник автомобиля.

– Он всего лишь ездил за продуктами… – расстроенно протянула Яна.

– Подождем. Приедет домой, тогда с ним и поговорим, – отозвался Василий.

Но господин Шефер поехал не домой, а в сторону Подмосковья, что очень заинтересовало преследователей.

В дачный поселок Боровик въехали две машины. Одна остановилась у деревянного домика, выкрашенного в освежающий зеленый цвет, вторая – немного поодаль. Глеб Наумович Шефер, весело насвистывая, въехал в гараж и стал освобождать багажник от пакетов с продуктами.

Он поднялся на кухню и прокричал на весь дом:

– Дорогая, я дома! Помоги разгрузить сумки!

Прошло совсем немного времени, прежде чем семейную идиллию нарушили ворвавшиеся люди, причем один из них – с пистолетом.

– Всем не двигаться! – закричал Василий Николаевич.

За его плечом появилась Яна, хотя он попросил не ходить за ним.

– Мария! Мы освободим вас! Слава богу, вы живы! – кинулась Яна к княгине, сидящей на стуле.

Яна пыталась найти на ней путы, кляп, наручники, следы насилия, которые могли удерживать ее в этом доме, но на ней ничего не было.

Она никогда не видела княгиню в таком виде – в обычном халате небесно-голубого цвета, который сидел на ней очень элегантно. Впервые Яна видела ее с неприбранными волосами, просто волной спадающими по плечам и спине. Она была молода, свежа, без косметики и с большими, светящимися счастьем глазами.

– Яна? – ахнула она. – Как ты здесь оказалась?!

– А вы как? Мария, что с вами? Что вы тут делаете? Мы чуть с ума не сошли от тревоги! – трясла ее за плечи Яна.

– Яна, успокойся!

– Вас похитили? Пытали? – допытывалась Цветкова.

– Со мной все в порядке, Яна! – ответила княгиня, запахивая халат.

– Точно?

– Совершенно…

Глеб Наумович, все это время стоявший молча, прикрывшись пачкой спагетти, наконец-то подал голос:

– А я тебе говорил, дорогая, что так нельзя, надо предупредить…

– О чем предупредить?! – не понимала Яна.

– Яна, и так все понятно. Извините, мы опростоволосились, – опустил пистолет Василий Николаевич и глупо ухмыльнулся.

– Что ты улыбаешься?! – негодовала Яна. – Мария, я так переживала! Карл звонил и просил вас найти… Но если вас не похищали, значит, вы здесь по доброй воле?

Мария Элеонора опустила глаза:

– Да, я здесь по доброй воле… Мне было стыдно признаться…

– Стыдно меня? – обиделся доктор Шефер.

– Не тебя, дорогой. Я боялась, что Карл не так поймет… Не поверит в нашу любовь. Я хотела подготовить его…

– Карл – не монстр, и он любит вас. Он бы все понял и порадовался! – укорила ее Яна. – Его отец умер несколько лет назад, а вы продолжаете жить, и это – ваша личная жизнь.

– У нас большая любовь! – пафосно заявил Глеб Наумович. – И большие планы на будущее.

– И большая разница в возрасте, – вздохнула княгиня.

– Прекрати, дорогая. Ты самая красивая и желанная женщина в мире, – Глеб подошел к ней и поцеловал ее изящное запястье.

Яна смотрела на них и не знала, радоваться их счастью или подозревать Глеба в корысти. Наконец она решила не лезть не в свое дело.

«Сами не дети, разберутся».

– Но вы хотя бы могли сообщить, что с вами все в порядке, – переминаясь с ноги на ногу, произнес следователь.

– Я очень виновата перед вами, друзья мои. Я не знала, что за меня так будут переживать. Даже не предполагала, что Карл позвонит тебе с такой просьбой…

– Конечно! Мы же в ссоре!

– Я не думаю об этом. Он любил и будет любить только тебя! – Мария Элеонора пролила бальзам на израненную душу Яны. – Я предполагала уйти на один вечер, но нас захлестнула такая волна страсти, что мы потеряли счет времени…