След "оборотня" - Алексей Макеев

По словам Родина, лишь стечение совершенно случайных обстоятельств привело к тому, что он вновь оказался за решеткой. Но Гуров не был в этом уверен. Конечно, от случайностей зависит многое, и случайностью можно было считать то, что неуклюжий Мыльников оставил отпечаток своей подошвы на бумаге Крячко, но многого это не меняло. Рано или поздно сыщики вышли бы на настоящих убийц и узнали истинную причину пропажи Ширяева. Они были на правильном пути, хотя Крячко и Гуров подходили к решению загадки различными способами. Повторная встреча с Мыльниковым и Родиным была неизбежна. А то, что ее вызвала случайность, весьма спорное утверждение. Вот только смерть Соболева действительно была случайностью.

Не будь этого отпечатка подошвы на бумаге, поиск убийц немного затянулся бы. Но тогда на квартиру к Снежиной поехали бы не раненый сыщик, неопытный следователь и обычный водитель, а натасканные бойцы ОМОНа. Мыльникова с Родиным брали бы профессионалы, и скорее всего, обошлось бы без жертв. А теперь Гуров чувствовал за собой вину в смерти Соболева. Ведь именно он потащил следователя с собой, опрометчиво пообещав, что с тем ничего не случится…

Затушив сигарету в пепельнице, сыщик отошел от окна и сел за стол, потянувшись за недопитой чашкой крепкого кофе. Откинувшись на спинку стула, Гуров вдруг подумал о том, что он уже не молод и его последний вздох может наступить в любую минуту.

«Интересно, о чем я подумаю в такой момент? И успею ли хоть что-нибудь подумать?» – Сыщик задал себе вопросы, на которые не было ответов, а затем грустно усмехнулся и глотнул почти остывшего кофе из фарфоровой чашки. «Может быть, действительно на пенсию пора, раз такие дурацкие мысли в голову лезут?» – задал себе Гуров еще один риторический вопрос, и в этот момент раздался звонок в дверь. Гуров удивленно вскинул брови. Для Марии было слишком рано. У нее шел спектакль, а больше никого сыщик сегодня не ждал. Удивившись, кто бы это мог быть, он пошел открывать дверь.

– Ну еще бы! Кого еще могла принести нелегкая, – усмехнулся сыщик.

На пороге стоял Станислав с бутылкой шампанского, а позади него возвышался грузный Орлов с охапкой цветов.

– Хандришь? – полюбопытствовал Крячко и, не дожидаясь приглашения, вошел в квартиру. – А зря. Тебе радоваться надо.

– Это с какого перепугу? – спросил Гуров, отходя к дверям кухни и давая возможность Орлову также перебраться с лестничной площадки внутрь квартиры.

– Есть целых два повода, – заявил Станислав, стаскивая с ног сверкающие ботинки. – Во-первых, можно сказать, ты у нас заново родился…

– Зато какой ценой! – хмыкнул сыщик.

– Не перебивай. У каждой медали две стороны, и мы пока не будем говорить о грустном. Помянем Соболева в свое время, – жестом остановил друга Станислав. – Так вот, и ты родился заново, и Марию твою можно поздравить, так сказать, с днем рождения.

– А она тут при чем? – опешил Гуров.

– Ваше высокопревосходительство, вам слово, – Крячко отступил в сторону.

Орлов шагнул вперед.

– А Марии еще нет? – полюбопытствовал он. Гуров покачал головой. – Вот и хорошо. Значит, мы успеем подготовиться.

– К чему? – почти взревел сыщик.

Крячко рассмеялся.

– К празднику, Лева. К празднику, – проговорил он и, увидев, что сыщик окончательно теряет терпение, пояснил: – Сегодня твоей прекрасной супруге присвоено звание народной артистки России.

– Что?! А вы откуда узнали? – оторопел Гуров.

– У нас свои каналы есть, – самодовольно улыбнулся генерал. – Ну так мы будем готовиться к встрече народной артистки или нет?

– Да-а, – протянул Гуров. – Кто-то влюбляется, а кто-то делает последний вздох.

– Ты о чем? – Станислав озабоченно потрогал лоб друга. – Температуры вроде бы нет, а похоже, бредит парень.

– Наверное, брежу. Но жизнь продолжается. Так ведь? – Гуров улыбнулся и пошел на кухню. – Что ж, давайте устроим Марии достойную встречу. Она это заслужила.

– А потом отправимся в ресторан! – безапелляционно заявил Крячко, и сыщик вдруг понял, что ему еще рано отправляться на покой. Жизнь продолжается!..