Горячая шестерка - Джанет Иванович

На первом этаже никого не было. В полуподвальном этаже – тоже. Здесь у Ганнибала находилась небольшая прачечная и игровая комната с большим телевизором, бильярдным столом и баром. Мне пришло в голову, что кто-нибудь мог жить в подвале, смотреть телевизор, а с улицы дом казался бы темным и нежилым. На втором этаже – три спальни. Там тоже никого. Одна из спален явно принадлежала хозяину. Другая превращена в кабинет: там стоял большой письменный стол, обтянутый кожей, и встроенные книжные полки. Третья спальня предназначалась для гостей. Вот она возбудила мой интерес. Вне сомнения, там кто-то жил. Скомканные простыни. На стуле – мужские шмотки. В углу валяются ботинки.

Я поинтересовалась содержимым стенного шкафа и ящиков, проверила карманы, вдруг найду что-нибудь, указывающее на личность гостя. Но ничего не нашла. Одежда была дорогой. Судя по ней, владелец был среднего роста и телосложения, менее шести футов и весил примерно 180 фунтов. Я сравнила брюки гостя с брюками хозяина. У Ганнибала талия была шире, да и вкус консервативней. Ванная комната Ганнибала примыкала к его спальне. Другая ванная комната находилась в конце коридора. Ничего любопытного я там не нашла, разве что презервативы в гостевой ванной. Гость явно рассчитывал на развлечения.

Я перешла в кабинет и сначала бегло осмотрела книжные полки. Мемуары, географический атлас, несколько романов. Я села за письменный стол. Никаких книжек с адресами. Только бювар и ручка. Никаких записей. Портативный компьютер. Я включила его. Все, что могло бы представить для меня интерес, закодировано. Ганнибал был очень осторожен. Я выключила компьютер и полазила по ящикам стола. Опять ничего. Ганнибал был аккуратен. Никакого беспорядка. Интересно, а в розовом доме на побережье в его комнатах такой же порядок?

Парень из гостевой комнаты аккуратностью не отличался. На его письменном столе, где бы он ни находился, наверняка полный бардак.

Я не нашла никакого оружия на втором этаже. Поскольку я знала по собственному опыту, что у Ганнибала есть по меньшей мере одна пушка, следовало сделать вывод, что он взял ее с собой. Он не выглядел человеком, который хранит свое оружие в банке из-под печенья.

Затем я спустилась в подвал. И тут не на что смотреть.

– Полное расстройство, – пожаловалась я Луле, закрывая за собой дверь подвала. – Здесь ничего нет.

– Я тоже на этом этаже ничего не нашла, – сказала Лула, – Никаких спичек из баров, никаких пистолетов за диванными подушками. В холодильнике есть кой-какая еда. Пиво, соки, хлеб и холодное мясо. Еще содовая в банках. Вот и все.

Я полезла в холодильник и посмотрела на упаковку мяса. Оно было куплено два дня назад в ближайшем магазине.

– Мне как-то не по себе здесь, – сказала я Луле. – Кто-то тут живет. – Я не добавила, что этот кто-то может в любой момент вернуться.

– Ага, и он не слишком разбирается в холодном мясе, – заявила Лула. – Купил грудку индюшки, хотя вполне мог взять салями.

Мы находились на кухне, самозабвенно обсуждая содержимое холодильника, и так увлеклись, что не обратили внимания на то, что происходило в передней части дома. Послышался скрип открываемого замка. Мы с Лулой стремительно выпрямились.

– Ого! – произнесла Лула.

Дверь распахнулась. Появилась Синтия Лотте и прищурилась, чтобы привыкнуть к полумраку.

– Какого черта вы здесь делаете? – спросила она изумленно.

Мы с Лулой потеряли дар речи.

– Скажи ей, – наконец выговорила Лула, подтолкнув меня локтем. – Скажи ей, что мы здесь делаем.

– Не важно, что мы здесь делаем, – сказала я. – Вот что ты здесь делаешь?

– Не твое дело. И вообще, у меня есть ключ, значит, я имею право здесь находиться.

Лула вытащила «глок».

– Ну а меня есть пушка, так что, полагаю, один-ноль в мою пользу.

Синтия выхватила из сумки пистолет 45-го калибра.

– И у меня есть пушка. Так что счет равный.

Обе повернулись ко мне.

– У меня пистолет дома, – призналась я. – Забыла взять с собой.

– Тогда не считается, – заявила Синтия.

– Что-то это все же значит, – возразила Лула. – Не то, что у нее вообще нет пистолета. Кроме того, она страшна с пистолетом. Однажды убила мужика.

– Помню, я об этом читала. Дикки чуть не хватил инфаркт. Он решил, что это плохо скажется на его репутации.

– Дикки – настоящий геморрой, – заявила я.

Синтия холодно улыбнулась.

– Все мужики геморрои. – Она огляделась. – Я приходила сюда с Гомером, когда Ганнибала не было в городе.

Это объясняло наличие у нее ключа. И, возможно, презервативы в ванной комнате.

– Гомер держал свою одежду в спальне для гостей?

– Пару рубашек. Немного белья.

– Там еще есть одежда, в той спальне. Не могла бы ты взглянуть и сказать мне, не его ли она.

– Сначала я хотела бы знать, что вы здесь делаете.

– Моего друга подозревают в убийстве Гомера и поджоге. Я пытаюсь узнать, что же произошло на самом деле.

– И что ты решила? Что Ганнибал прикончил собственного брата?

– Не знаю. Просто ищу.

Синтия направилась к лестнице.

– Давайте я расскажу вам про Гомера. Желающих убить его было хоть отбавляй. Включая меня. Гомер – лживый, трусливый червяк. Семье постоянно приходилось выручать его. На месте Ганнибала я бы давно пристрелила Гомера, хоть он и родня.

Мы последовали за ней на второй этаж в спальню для гостей и подождали у двери, пока она осматривалась.

– Кое-что явно принадлежит Гомеру, – сказала она, обшаривая ящики. – А кое-чего я никогда раньше не видела. – Она пнула ногой красные шелковые трусы, валяющиеся на полу. – Видали? – Она прицелилась и выпустила пять пуль в трусы. – Вот это точно его.

– Черт, – заметила Лула, – не отказывай себе в удовольствии.

– Он мог быть весьма очаровательным, – продолжила Синтия. – Но что касается женщин, тут его надолго не хватало. Я думала, он в меня влюблен. Считала, что я смогу его изменить.

– Что заставило тебя думать иначе?

– За два дня до того, как его убили, он заявил мне, что нашим отношениям пришел конец. Очень нелестно обо мне отозвался, пообещал, что если я буду его беспокоить, то он меня убьет, а затем вычистил мою шкатулку с драгоценностями и отобрал машину. Сказал, что ему нужны деньги.

– Ты в полицию обращалась?

– Нет. Я поверила ему, боялась, что он меня убьет. – Она сунула пистолет в карман куртки. – Вот я и подумала, что, может, у Гомера не было времени продать мои драгоценности... что он их здесь припрятал.