Хозяйка бешеных кактусов - Татьяна Луганцева

– Какая ты догадливая! Дело в том, что я решил извиниться перед Светой и вернуть ей все. Я решил завязать! Понимаешь?

– Похвальное решение. Но нельзя завязывать без меня? И развязывать тоже.

– Яна, умоляю! Я бы не пришел к тебе с просьбой спрятать золотой чемоданчик, если бы не почувствовал опасность, – поднял на нее грустные глаза Сержио.

– Опасность? Какая еще опасность? Не пугай меня! Я и так всю жизнь живу в опасности, – вытерла пот Яна, так как в домике стало нестерпимо жарко и душно.

– Мне показалось, что я видел Свету Морозову.

– Где? – не поняла Яна.

– Здесь. Я не мог ошибиться… Света вряд ли оказалась в этой глуши просто так, она приехала за мной. Значит, меня выследили и могут убить, не дав с ней объясниться.

– Ты святошу-то из себя не строй! Отдать документы ты решил только тогда, когда тебя бросила Регина, – заявила Яна.

– Да просто надоело мне! Всю жизнь мотаюсь по Европе, вечно в бегах. Я ведь уже давно человек небедный, да вот повелся на эту аферу, – сокрушенно махнул рукой Сержио. – В общем, мне к Свете головорезы, с которыми она наверняка приехала, и подойти не дадут, убьют на месте. Поэтому я постараюсь спасти свою шкуру, а ты… Отдай, пожалуйста, деньги Свете Морозовой и передай ей мои извинения. Она славная девушка…

«Ну почему все время о всяких гадостях просят именно меня, впутывая в нелепые ситуации?» – философски задумалась Яна и перевела взгляд на красивое лицо Сержио.

– А ты, Серега, куда?

– Схоронюсь пока где-нибудь. А потом еще не знаю, весь мир передо мной, я нигде не пропаду, – ответил он, вставая и протягивая руку Яне. – Спасибо! В принципе мне не столько страшно, если меня убьют, сколько неприятно, что обо мне и после смерти люди будут плохо думать.

– Ладно, валяй! С твоими-то талантами ты точно не пропадешь, – вздохнула Яна. – Ну что мне с тобой делать? Ладно, постараюсь сегодня же вернуть деньги Свете, если тебе не показалось, что ты видел именно ее, и если меня пропустят к ее светлой персоне, – согласилась Яна.

Сержио покинул ее гостеприимный домик, а Яна переоделась в ярко-оранжевый сарафанчик на тонких бретельках и со сверхкороткой юбкой. Сунула ноги в подаренные Никитой шлепанцы, затянула потуже хвост из длинных и коротких вперемежку волос и поспешила в столовую, так как голод уже давал о себе знать.

Увидев Яну, официантки заулыбались и потянули ее в разные стороны, чуть не разрывая на части, – каждая пыталась усадить ее именно за свой столик (уже весь обслуживающий персонал влюбился в свою новую директрису – хотя бы только за то, что она, как здесь считали, прекратила их жуткую жизнь в бараке). Победила девушка с пышными формами, тонкой талией и с табличкой «Тася» на белой блузке с короткими рукавами.

– Яночка, садитесь, пожалуйста, за этот уютный столик у окна. Чего изволите?

– А чем потчуете других? – улыбнулась Яна, вытягивая ноги и садясь сверху прямо на «дипломат», который не рискнула оставить в своем домике (все-таки десять миллионов долларов на дороге не валяются). – Мне бы чего-нибудь погорячее…

– Неужели замерзли?

– Душевный холод, – пояснила Яна.

– Есть отличная овсяная каша с сухофруктами, то есть с изюмом и курагой, оладьи с пылу с жару с вареньем, сок и чай, – выпалила Тася.

– Прекрасно, неси! – согласилась Яна с обилием углеводов в меню санатория и осмотрелась.

Много незнакомого ей народа уплетало кашу и весело щебетало друг с другом.

«Да, конечно, у Светы Морозовой имя и фамилия не написаны на лбу, но я постараюсь проверить у администратора, заехала ли такая девушка к нам в санаторий», – решила Яна.

Завтрак был принесен Яне молниеносно, и официант Тася вытянулась перед ней.

– Что-нибудь еще?

– Рюмку коньяка, – усмехнулась Яна.

– Сейчас организуем.

– Я пошутила.

– Для вас ничего невозможного нет, – возразила Тася и понеслась на кухню.

– Я могу присесть к вам? – спросил Яну Корней Игоревич.

– Конечно, пожалуйста, – ответила Яна, отодвигая свои тарелки и освобождая место для тарелки главного врача.

– Вот смотрю я на вас, Яна Карловна, и удивляюсь.

– Это хорошо, – кивнула Яна и принялась за еду.

– Удивляюсь и думаю: когда же вы начнете заботиться о своем здоровье? Почему не приходите ко мне на процедуры? Я смотрю, и бинты с мазью не накладываете. В чем дело? Ожоги на ногах-то заживут, но ведь шрамы могут остаться.

– Надо будет, я выведу шрамы, а сейчас мне не до лечения. Вокруг творятся такие дела! – ответила Яна под общий гул людских голосов и звон посуды. – Как-то не в добрый час я здесь оказалась.

Корней Игоревич потер переносицу и крепко зажмурился.

– Да, бедные молодые люди… Я говорю о паре наших несостоявшихся аниматоров.

Таисия принесла Яне на подносе рюмку коньяка и недовольно покосилась в сторону доктора. Видимо, своими нудными разговорами о здоровье тот достал уже всех.

– Будете пить? – спросила у него Яна.

– Я непьющий, – смахнул крошки со стола Корней Игоревич. – И вам бы не советовал употреблять алкоголь с утра.

– Я не маленькая девочка, нуждающаяся в советах. И у меня была тяжелая ночь, да и день предвидится не лучше, – ответила Яна, махнула рюмку коньяка и, уныло зажевав кашей, с вызовом посмотрела на Тасю. – Повтори!

Яна давно заметила за собой одно нехорошее качество: если какой-то человек делал ей замечание и пытался научить уму-разуму, то ей сразу хотелось сделать что-то назло и вопреки. Продолжи Корней Игоревич сейчас лекцию о вреде алкоголя, она бы напилась тут же до свинячьего состояния! Но доктор оказался умнее и оставил скользкую тему.

– А молодую пару жалко, я с вами согласна. Тамара погибла, беременная, а Толик наверняка безутешен, – вздохнула Яна и отодвинула от себя пустую тарелку.

– Ему теперь уж все равно…

– Что значит – все равно? Время лечит, года через два-три… Потерять жену и неродившегося ребенка – ситуация ужасная. Но я верю Никите, он ни при чем.

– Яна, может, вам еще и омлет? – выросла как из-под земли Тася, видя, что проголодавшаяся начальница трескает за двоих.

– Из трех яиц! – заказала Яна, не моргнув глазом.

– Вредно для печени, – тут же встрял Корней Игоревич, и Яна подумала, что, если бы была женой нудного доктора, ей бы наверняка захотелось оказаться на месте погибшей Томы. То он все заботился о ее сердце, теперь за другой орган взялся.

Прошлый раз он заботился о ее сердце.

– Я рискну… печенью, – ответила Яна и пожалела, что Таси нет рядом, чтобы заказать третью рюмку коньяка, так сказать, контрольную.