Перышко из крыла ангела - Татьяна Луганцева

– Ничего страшного, – успокоила ее сестра Леши, сопровождая в комнату.

– Ну как же, обещала навещать.

– Вы помогли мне в самые трудные времена, а потом уж я сама. Я – взрослая девочка, – грустно улыбнулась она. – Хорошо, что весна пришла. Природа расцветает. Это всегда вносит какой-то позитив в настроение. Чай?

– Нет, спасибо. Я ненадолго, – ответила Лукреция. – Вам, наверное, рано вставать.

– Да ладно, – отмахнулась Виктория.

– Я просто с соседкой вашей случайно пересеклась у подъезда. Такая словоохотливая оказалась, просто на удивление.

– Тетя Лида, наверное, – предположила Виктория, присаживаясь в старое кресло. – Она у нас тут одна. Язык как помело.

– Очень полезные люди – соседи. Знают про нас то, что иногда и мы сами про себя не знаем. Для следователей просто ценные работники тыла! – сказала Лукреция.

– А вы что, следователь? – засмеялась Виктория.

– Нет, но все равно интересно узнавать новости про людей. Хотите знать, что она про вас сказала?

– Да зачем мне это? Я сама про себя все знаю, – пожала плечами Виктория. – Может, все-таки чая? Конфеты?

– Конфетку возьму, а чая не надо, – ответила Лукреция, и хозяйка квартиры придвинула ей коробку с начатым ассорти.

– Радуюсь я за вас, Виктория, выглядите лучше, уверенней! – не могла не отметить Лукреция.

– Время лечит. Жизнь продолжается.

– Да и преступников этих нашли, от которых мы пострадали! – вторила ей Лукреция.

– Точно! Надо же было такое удумать! Карта клада! Книг, что ли, перечитали или кино пересмотрели? – рассмеялась Виктория. – Сделали из нас кладодобытчиц. Ничего, пусть посидят, подумают!

– А вы, как и обещали, ходите на каждое заседание суда? – спросила Лукреция, беря конфетку с мармеладом внутри.

– Конечно! Я же говорила, что буду смотреть убийцам своего брата в глаза! И не понимаю, почему им не предъявляют обвинение в убийстве? Явно это они! Кто же еще?! Следователь говорит, что доказательств маловато и не признаются они в этом. Еще бы! А кто же признается в убийстве?! Что они – дураки, что ли?! Но мое сердце чует, что это они.

Лукреция с ужасом смотрела на сестру Леши.

– Знаете, а ведь вам не обязательно ходить в суд любоваться на убийцу своего брата. Вам достаточно подойти к зеркалу и посмотреть на себя. Потому что, Виктория, вы и есть убийца, – сказала она ей.

Иногда воздух в помещении приобретает ощутимую плотность. Это когда говорят важные слова. Именно это ощущение сейчас и испытала Лукреция.

– Вы говорили, что несколько раз бились головой и вроде как все прошло бесследно? – прищурила глаза Виктория. – Вы уверены в этом? Я имею в виду, что прошло бесследно?

– Единственное, в чем я уверена, так это в том, что именно вы убили своего брата, – ответила Лукреция.

– Я любила его.

– Вы слишком сильно его любили. А из любви тоже можно убить. Когда тебе кажется, что в ответ на твои чувства тебе платят формальной неблагодарностью! Так ведь?! Вы его растили, лелеяли. И вдруг Леша заявляет, что скоро найдет клад, разбогатеет и уйдет от вас к девушке. И всеми богатствами они будут пользоваться только вдвоем! Думаю, сказать, что это для вас явилось ударом, – ничего не сказать! У вас из-под ног просто выбили табуретку и не заметили этого. Это ужасно! Какие мысли посетили вас? Что неблагодарный брат вырывается из-под вашего контроля? Что он еще пожалеет? Как он посмел?! Я думаю, Леша наконец-таки понял, что вы сама – неудачница и его сделали таким же. Вы лишили его личной жизни. Вы ему с детства внушали, что все девки грязные и похотливые, неверные и способны приносить только боль! И делали вы все это затем, чтобы не потерять его, ради своего эгоизма в квадрате. И я думаю, что в один прекрасный момент он вас просто возненавидел! – высказалась Лукреция.

Виктория медленно обвела комнату каким-то мутным, невидящим взглядом.

– А что, разве я была не права? Разве эта тварь не заслужила тех эпитетов, какими я награждаю всех этих девок? – усмехнулась она.

– Да, Леша по неопытности нарвался на плохую девушку, – согласилась Лукреция. – И вы это видели! И бесились, потому что даже такая дрянь для него стала важнее вас. Вы помчались к нему на работу и устроили всю эту бойню. Он отдал вам карту клада?

– Отдал, – глухо ответила Виктория. – Он все бы отдал, только бы я оставила его в покое.

– Но вы не могли уже остановиться? – спросила Лукреция.

– Не могла, – согласилась Виктория. – И я убила его. Но я убила не Лешу, не своего любимого младшего братца, эту неблагодарную тварь, которая из него выросла!

– А потом еще очень удачно подставилась и его девка, – покачала головой Лукреция. – И плакала она на его могиле не из-за великой любви, а из-за собственного бессилия, что этот лох умер и не оставил карту, где искать слитки золота. Она же с дружками потом и могилу выпотрошила. Кристиану пришлось хоронить Лешу второй раз.

– Мне плевать, – безучастно добавила Виктория. – Все получили по заслугам.

– Злая мачеха и ее дочки наказаны, вы одна, милая и добрая Золушка, заслуживаете стать богатой и счастливой? – спросила Лукреция.

– А разве не заслужила? – со злостью и ненавистью впилась взглядом в лицо своей нежданной гостьи Виктория. – Я всю жизнь экономила, я себе ничего не могла позволить, потому что все шло Лешеньке. Я крошки за ним подъедала по ночам в голодное время, только чтобы он покушал. И когда бог послал ему в кои-то веки деньги, он захотел разделить их с какой-то девкой! Разве это честно? Нет уж! Если кто и заслужил быть счастливой и богатой – так это я! – Виктория просто пылала негодованием.

– Где вы спрятали карту клада? – спросила Лукреция.

– Вы правда считаете, что я вам скажу? Что я во всем признаюсь? – рассмеялась Виктория и жадно запихнула в рот сразу три конфеты.

– Мне не надо говорить. Я и так знаю, – тихо ответила Лукреция. – Когда я догадалась, что такое зверское убийство было совершено из любви, в одночасье перешедшей в дикую ненависть, я поняла, что так любить Лешу могли только вы, значит, и сделали это с ним тоже только вы. Я постаралась воссоздать пошагово день убийства Леши.

– Очень интересно. – Виктория развалилась в кресле и закинула ногу на ногу, предъявив толстую коленку.

– Конечно, никто не видел, во сколько вы ушли, во сколько пришли, вы жили замкнуто, и никто на вас не обращал внимания. Но один эпизод люди все-таки запомнили. Потому что он шел вразрез с вашим обычным поведением. У вас за домом располагается лесопарковая зона, где перед сном всегда гуляют родители с детьми. Именно там вы появились в тот вечер, когда убили Лешу. Более того, принялись резвиться с детьми, чего за вами раньше не замечалось. Соседи удивились, но не придали этому особого значения. Одинокая женщина захотела поиграть с детьми… Да и пусть! Что в этом плохого? Если бы они знали, что за час до этого вы размозжили голову собственному брату, конечно, они вряд ли допустили бы вас до своих чад.