Дело о счастливых ножках - Эрл Стенли Гарднер

– И вы не скажете мне, почему уезжаете из города? – спросилМейсон, указывая на багаж.

Она надменно засмеялась, подбоченясь.

– Послушай, братец, я тебе ничего не скажу, кроме одногослова: убирайся! Катись отсюда. Коли ты полицейский, иди к Перри Мейсону, еслинет – тебе гадски не повезло.

В дверь постучали. Перри Мейсон повернулся, чтобы отпереть.

– Не смей открывать! – вспыхнула Вера Куттер.

Она сама подбежала к двери, повернула ручку и распахнуладверь.

На пороге стояла Маджери Клун.

– Привет, Ева Лэймонт, – медленно и ровно сказала МаджериКлун.

Ева Лэймонт не сводила с нее глаз секунды три.

– Так, – удовлетворенно протянул Перри Мейсон, – вас зовутЕва Лэймонт?

Ева Лэймонт указала пальцем на Мейсона:

– Так ты с ним?

Маджери Клун вопросительно взглянула на адвоката. Но преждечем у Мейсона появилась возможность подать Маджери сигнал, Лэймонт кинулась ктелефону.

– Минутку, дорогая, – проговорила она через плечо. – Я знаючеловека, который хочет побеседовать о твоем шикарном контракте скинокомпанией. – Она схватила трубку. – Главное управление! – закричала онасвоим ставшим окончательно неблагозвучным голосом. – Главное управление!Свяжите меня немедленно с Главным управлением полиции!..

Перри Мейсон схватил Маджери Клун за руку, и они вместевыскочили в коридор, все еще слыша позади себя: «Полиция… Главное управление…Это Главное управление полиции?»

Они по лестнице пробежали до пятого этажа, а потом сели влифт.

– Спокойно, – сказал Мейсон Маджери Клун.

Через вестибюль он провел ее, обнимая за плечи и поворачиваяее лицо к себе.

– Все хорошо, – успокаивал он ее. – Не волнуйтесь.

На улице они остановили такси.

– «Маплетон-отель», – сказал он шоферу.

Как только они сели в машину, Перри Мейсон предложил Маджисигарету:

– Закурите?

Она не отказалась. Мейсон зажег сигарету сначала ей, потомсебе.

– Расслабьтесь, подумайте о чем-нибудь другом. Неперебивайте сейчас меня, я буду думать. И не пытайтесь сами выстраиватькакие-то планы, потому что эти вещи вам не под силу. Расслабьтесь и отдыхайте.У вас еще будет тяжелое времечко…

– Мы едем в Главное управление полиции? – только и спросилаона.

– Нет, – мрачно ответил адвокат.

Ехали они в молчании. Когда машина остановилась, ПерриМейсон попросил водителя подождать его, а Маджери Клун осталась в кабине,положив на сплетенные руки, лежащие на спинке переднего сиденья, своепобледневшее лицо, закрытое волной роскошных волос.

Перри Мейсон направился в отеле прямо к столу кассира.

– У вас в номере 603 остановился некий Дж.Р. Брэдбери.

Кассирша вопросительно приподняла тонкие брови:

– Ну и что?

– Я его адвокат. Возможно, мне придется уехать с ним поважному делу. Хочу оплатить все его счета, если они у него есть.

– Номер освобождаете? – спросила кассирша.

– Нет. Просто оплачу его пребывание по сей деньвключительно…

Она открыла ящик, вытащила оттуда стопку бумаг, повернуласьк счетной машинке, посчитала и обратилась к Мейсону:

– Общая сумма – восемьдесят три доллара девяносто пятьцентов.

Перри Мейсон протянул в окошко сто долларов. Она взялабумажку, пощупала ее, рассмотрела на свет и повернулась к кассовому аппарату,отстучала по клавишам и протянула Мейсону сдачу и квитанцию.

– Здесь телефонные звонки, – указывая на квитанцию, сказаладвокат, – они местные или междугородные?

– Междугородные звонки помечены, остальные – городские, –ответила кассирша.

– Знаете, – просительно наклонился к ней Мейсон, – мне быхотелось, чтобы все местные звонки тоже были отмечены.

Она чуть подалась вперед:

– Могу сделать… Через несколько минут все будет готово.

– Не будете ли вы так любезны, – сказал Мейсон, улыбаясь, –отметить их на обратной стороне квитанции?..

Кассирша взяла квитанцию, обратилась к оператору и о чем-топереговорила, потом взяла блокнот и принялась что-то выписывать. Минуту спустяона возвратила квитанцию Перри Мейсону.

– Телефонные звонки отмечены там на обороте, – сообщила она.

Перри Мейсон поблагодарил ее, спрятал квитанцию в карман,даже не взглянув на записи, и направился к выходу.

– Огромное спасибо, – на прощанье повернулся он к кассирше.