Дуэт смерти - Нора Робертс

— Меня ему бояться нечего. То, что случилось, и впрямь очень огорчительно.

— Да уж, — сокрушенно вздохнула доктор Лапкофф. — Дэриан прекрасно учится, всего несколько незначительных нарушений дисциплины. Я лично и очень тщательно проверила все его записи этим утром. Мне не нравится, что одного из наших студентов использовали в преступных целях, да еще для такого чудовищного преступления! Мы предоставили вам все требуемые данные.

— Ценю, — отозвалась Ева.

Доктор Лапкофф улыбнулась, откинувшись на спинку кресла. Улыбка смягчила ее черты, но глаза так и остались пронзительно-строгими.

— Понимаю, вам досадно, что вас, так сказать, вызвали сюда, да еще так поспешно. Мы с вами обе женщины влиятельные, наделенные властью, и я вас прекрасно понимаю, это раздражает, когда приходится вот так срываться и ехать…

— Меня куда больше раздражает убийство, доктор Лапкофф.

— О да. Я попросила вас приехать не только для того, чтобы удовлетворить свое любопытство. Хотя, не отрицаю, мне хотелось взглянуть на копа Рорка. И на копа Джеми Лингстрома. Я заинтересовалась Джеми, ведь именно он привел к нам Рорка. — Пронзительно-голубые глаза на секунду вспыхнули весельем. — Опять-таки, если можно так сказать.

— Рорк проявляет личный интерес к Джеми.

— Да, я об этом наслышана. И, насколько я поняла со слов Дэриана, Джеми тоже связан с погибшей девушкой. — Доктор Лапкофф склонила голову набок. — Я полагаю, у нас с вами есть еще кое-что общее: мы обе умеем допрашивать и получать информацию. — Она выждала секунду. — И держать информацию при себе. Я ценю ваше умение держать язык за зубами, лейтенант, но… — Она опять подалась вперед. — Речь идет не только о моей работе. Университет и все, что с ним связано, — это моя ответственность. И моя страсть. Вы же понимаете, университет может быть связан со смертью Дины Макмастерс. Меня это огорчает.

Доктор Лапкофф помолчала, нетерпеливо тряхнула головой.

— Нет, это не то слово. Меня это бесит. Если человек, убивший эту девушку, как-то связан с Колумбией, можете мне поверить, я хочу узнать правду. Хочу предложить вам любую помощь.

— Я вам признательна за сотрудничество, — кивнула Ева.

— Мой дед с отцовской стороны был копом.

Ева удивленно подняла брови.

— Это правда?

— В Сент-Поле. Я его истории слушала с открытым ртом, когда была маленькая. Он ушел на пенсию в чине детектива-инспектора. Мы очень гордились им, лейтенант. — Пич Лапкофф сложила руки на столе. — Я верю в закон и порядок… и в очень сухой мартини. Я также верю в этот университет, в то, что он символизирует. Дэриан с ума сходит от беспокойства и чувства вины. Джеми, хотя с ним я еще не говорила, наверняка без ума от горя. У вас, лейтенант, есть репутация. Вы умеете добиваться результатов. То же самое могу сказать и о себе. Этот кабинет и любое другое помещение, любой факультет университета в вашем распоряжении.

— Щедрое предложение.

Теперь Пич Лапкофф подалась вперед, и ее взгляд стал ледяным.

— Я видела репортажи об убийстве утром по телевизору.

— Значит, уже утекло, — пробормотала Ева.

— У них почти ничего не было, но хватило и этого. Показали ее фотографию.

— Я надеюсь, что к концу дня у нас будет фоторобот с изображением подозреваемого. Возможно, это приведет к установлению имени или места, но если у него нет уголовного досье, на это потребуется много времени. У вас есть программы изобразительных проекций?

— Конечно, есть.

— Возможно, он был здесь студентом или служащим. Возможно, если вы прокачаете фоторобот через изобразительную программу и сравните с вашей базой данных по студентам и персоналу, сможете получить совпадение раньше нас.

— Я это устрою, — пообещала Пич Лапкофф.

— Но эту работу нельзя поручать вашим служащим. Ее должен сделать коп. Мне потребуется ордер. Или ваше разрешение и одобрение в письменном виде.

— Получите и то и другое.

— Вот это уж точно будет кратчайший путь через дерьмо, — одобрительно заметила Ева.

На этот раз Пич Лапкофф ослепила ее улыбкой.

— Я в этом руку набила. Мое любимое занятие.

— Ну что ж, как только у нас будет фоторобот, я пришлю сюда копа из электронного отдела.

— Я дам санкцию.

— Я полагаю, — сообщила Ева, — что подозреваемый вломился в ваши студенческие файлы где-то в апреле, добавил свои данные, возможно, вымышленные, чтобы при любой проверке фигурировать в регистре как студент. Он стер эти данные в день убийства. Не исключено, что за день до или после. Хороший электронщик может найти точку взлома и следы стирания.

Пич Лапкофф вздохнула:

— Хорошо. Полагаю, это означает горы скучной работы.

— Наша работа по большей части из этого и состоит, — усмехнулась Ева. — Из скуки.

— Понятно. Что ж, это не сильно отличается от моей работы. Честно говоря, я надеялась на десант спецназа или что-то в этом роде.

— Значит, вы не слишком внимательно слушали рассказы дедушки.

Пич опять улыбнулась.

— Думаю, он нарочно снабжал их красочными подробностями. И все-таки захватывающие приключения у вас бывают. Я с нетерпением жду выхода книги Надин Ферст о деле Айконов.

Ева поднялась на ноги.

— Лейтенант. Хотя я верю в закон и порядок, в образование и в пресловутый сухой мартини, я также верю в молодость: в ее потенциал, в ее чудесный азарт. Молодость так коротка… Я глубоко скорблю о Дине Макмастерс. Мне очень, очень жаль, юность была отнята у нее… вместе с потенциалом.

— Мы все об этом сожалеем.

Пич протянула Еве карточку.

— Моя контактная информация, включая личный телефон. Если вам что-то понадобится, прошу вас звонить без колебаний.

— Спасибо, доктор Лапкофф.

— Зовите меня Пич.