Виновный - Лайза Баллантайн

Дэниел рассматривал комиксы в «Брамптон ньюс» на Фронт-стрит. Почувствовав, что за ним наблюдают, он резко повернулся и наткнулся на пристальный взгляд женщины в темно-бордовом форменном халате. Она улыбнулась ему и вернулась за кассу. Щеки Дэниела вспыхнули. Это была Флоренс Макгрегор, которую все звали Фломак. Она покупала у Минни яйца, а иногда и кур и всегда придиралась к цене. У нее были очень черные волосы, если верить Минни — крашеные. «Некоторые просто не могут смириться с возрастом, хотя в жизни нет ничего вернее смерти», — говорила Минни Дэниелу.

Он знал, что Фломак ждет, что он украдет комикс, и уже готов был так и сделать, просто чтобы ее не разочаровывать, но, скатывая журнал в трубку, чтобы сунуть в штаны, он подумал о своей карьере адвоката и как это на ней отразится. Он развернул комикс и сосчитал монеты в кармане. Денег оказалось достаточно.

Когда он шел по проходу к прилавку, он услышал, как Фло шепчет что-то своей помощнице. Всех слов разобрать не удалось, но он четко услышал: «Флинн, сироты, позор».

Дэниел положил комикс на прилавок.

— Четырнадцать пенсов, — сказала Фло.

Дэниел швырнул комикс ей в лицо:

— Засунь его себе в задницу! — и вышел из магазина.

На большой перемене он играл в футбол и забил два гола. После обеда был тест по математике, и Дэниел, как обычно, сдал его первым, только на этот раз — с ответами. Он специально остался после урока и попросил мисс Прингл сразу же проверить его работу. Все ответы оказались правильными, и она выдала ему золотую звездочку — похвастаться перед Минни.

Дэниел шел через железную дорогу, держа тест со звездочкой перед собой. Все дети уже разбежались по домам, и вокруг было тихо. На качелях одиноко сидел Билли Эдвардс, и Дэниел помахал ему рукой. Толстяк помахал в ответ, плавно раскачиваясь взад-вперед. Дэниел вспомнил, как прошлым летом лежал здесь избитый в кровь. Теперь он чувствовал себя по-другому, он повзрослел. Он свернул тест, положил в карман и помчался домой, иногда останавливаясь, чтобы сбить растущие на пути ромашки.

Когда Дэниел вернулся, Минни меняла подстилку в козлином загоне. Он подкрался сзади и ткнул ее в необъятное бедро.

— А я все гадала, куда ты подевался. Снова проказничал?

— Нет, я остался после уроков, чтобы забрать тест по математике. Смотри! — Дэниел протянул Минни листок.

Она на секунду нахмурилась, а потом, поняв, в чем дело, сгребла мальчика в охапку и обняла по-медвежьи, сжав так сильно, что у него перехватило дыхание, а ноги заболтались в воздухе.

— Это же просто чудесно! Это нужно отпраздновать. За золотую звезду точно полагается фруктовый пирог с заварным кремом.

И она тут же бросилась к ревеню, разросшемуся под стеной курятника. Его стебли были в три пальца толщиной, а листья — как зонтики. Войдя в дом с тремя стеблями, она спросила Дэниела, не оставить ли ему немного. Пока она готовила пирог и разогревала масло для картошки, он сидел за кухонным столом, макая стебель ревеня в миску с сахаром. Эта кисло-сладкая терпкость напомнила ему о счастье, и он действительно был счастлив, ведь у него были золотая звездочка, запах жареной картошки и оскомина от ревеня во рту.

Когда Минни подняла эту тему, он уплетал пирог. Она отодвинула свою тарелку, а он запихнул себе в рот кусок ревеня с кремом.

— Помнишь, я тебе говорила, что социальным работникам не всегда легко найти новых родителей для таких детей, как ты?

Дэниел прекратил жевать. Он уронил руку на стол, положив ложку на край тарелки. Рот у него был набит пирогом, но проглотить не получалось.

— Так вот, похоже, Триша нашла пару, которая тобой заинтересовалась.

Минни пристально наблюдала за его лицом, Дэниел чувствовал на себе ее пытливый взгляд, но остался непроницаем — просто отражал его, как зеркало.

— Это семья с подросшими детьми, в возрасте от восемнадцати до двадцати двух лет, они почти все разъехались. Всего детей у них четверо, и с ними живет только самый младший. Это значит, что у тебя будет семейная атмосфера и при этом — много внимания. Лучше, чем здесь, где вся компания — только я да куры. Что скажешь?

Дэниел дернул плечом и посмотрел в тарелку. Он изо всех сил старался проглотить недожеванное.

— Они живут в Карлайле, и у них большой дом. Готова поспорить, у тебя будет огромная комната…

— Плевать.

Минни вздохнула. Она потянулась к нему, но он отдернул руку так быстро, что уронил со стола ложку. По стене и столу разлетелись брызги крема.