Плач - К. Дж. Сэнсом

– Нет. Ничего, – ответила Джейн – мне показалось, слишком быстро. – Королева никогда меня к нему не подпускает. Миледи, этот горбун пугает меня! – Мне показалось, что она лжет, и по перемене в лице леди Мэри я понял, что та тоже это увидела.

– Королева будет очень благодарна за любые сведения, – рискнул продолжить я.

Принцесса посмотрела на Джейн.

– Не волнуйся, дорогая. Ты знаешь, что я вижу, когда ты хитришь. Скажи этому джентльмену все, что тебе известно, и даю слово, тебе ничего не будет.

Дурочка покраснела и, как ребенок, засунула в рот палец.

– Джейн… – В голос Мэри прокралась строгая нотка.

– Это грубо, это нехорошо! – выпалила та.

– Что нехорошо, Джейн?

Повисла долгая пауза. Наконец шутиха выговорила:

– Когда я вошла в спальню, посмотреть, нет ли там королевы…

Я подался вперед.

– Да? – поощрила ее леди Мэри.

– Со мной была Утя, и…

– И?

– Она нагадила на пол.

Я ожидал чего угодно, но только не этого. Так вот как объясняется запах!

– Небольшое пятнышко дерьма на циновке, – продолжала Джейн. – Я боялась, что господин гофмейстер прогонит Утю, и потому взяла тряпку и смыла пятно водой из чаши с розовой водой королевы. Запах трав в комнате был такой сильный, и я думала, что вони не заметят. И тут же ушла и никому не сказала. – Она вдруг дернула утку за поводок и подтащила к себе с такой силой, что могла сломать ей шею, а потом нагнулась и обняла ее. Та, насколько это возможно для неразумной птицы, удивилась. – Не позволяйте этому горбуну сообщить королеве, прошу вас! Я люблю Утю.

– Никто не скажет, Джейн, – успокоила ее леди Мэри и посмотрела на меня. Ее губы слегка дернулись, и я понял, что эта женщина обладает качеством, о котором я раньше не догадывался, – чувством юмора. – Вы удовлетворены, мастер законник?

– Разумеется, миледи.

– Я позволю вам доложить лорду Парру о провинности утки, – торжественно произнесла Мэри. – Но только при условии, что Джейн не разлучат с ней.

– Разумеется, миледи.

– Тогда мы оставляем вас вашим делам.

Одна из фрейлин помогла шутихе подняться, а другая открыла дверь для леди Мэри. Я снова низко поклонился. Они ушли, и утка поковыляла следом на своих желтых перепончатых ногах. Когда я выпрямился, принцесса обернулась, посмотрела на меня и чуть заметно сардонически улыбнулась. Дверь закрылась. Я стоял, потрясенный неожиданным и смешным оборотом событий. Смешным? Я не мог удержаться от мысли, не стал ли просто жертвой тщательно разыгранной сцены и не знала ли Джейн больше, чем сказала. Если это так, то она совершенно великолепная актриса. Но у меня не было доказательств этого, ни одного. Я подумал о ее детском поведении. Возможно, это и привлекало к ней королеву и леди Мэри, двух взрослых женщин, у которых нет и, скорее всего, не будет детей. Возможно, дурочка заменяла обеим ребенка, не более того. Но что-то в Мэри Тюдор вызывало во мне страх при мысли, что «Стенание» в итоге оказалось в ее руках. Я оставался в молельне со свечами и запахом ладана. Прошло полчаса, и свет за окном уже начал меркнуть, когда дверь открылась и вошел лорд Парр. Он хмурил брови.

– Мне сказали, что при встрече с вами Джейн сопровождала леди Мэри. Вы ничем не намекнули ей на книгу? – Он тревожно посмотрел на меня.

– Ни словом, милорд. – Я рассказал ему абсурдную историю про утку, то, что я узнал от пажа про человека с отрубленной половиной уха, и происшествие Мэри Оделл со стражником.

Старик кивнул:

– Я осторожно наведу справки. Человек с половиной уха служит важной персоне в королевстве…

– Причем этой персоной может быть и женщина.

Лорд Уильям внимательно посмотрел на меня.

– Вы имеете в виду леди Мэри? Что она могла в тот вечер послать дурочку Джейн украсть книгу?

– Мы должны абсолютно удостовериться, что королева ни словом не проговорилась Джейн о книге.

Парр покачал головой:

– Джейн всегда выглядела прирожденной идиоткой.

– Возможно. Однако ее речь, хотя и детская, льется вполне свободно. А перед дурочкой человек иногда может оказаться… недостаточно осторожен.

Мой собеседник кивнул, признавая это, но все же сказал:

– Королева не проговорилась бы. Во всяком случае, об этом. И как я уже говорил, леди Мэри в течение десяти лет строго следовала традициям. Тем не менее я поговорю с королевой насчет Джейн. Хотя даже это оставляет вопрос, как можно открыть сундук, не оставив никаких следов взлома. Сейчас королева еще у короля. Хорошая возможность осмотреть сундук. Пойдемте.

* * *

Окно в спальне королевы выходило на реку. Это была большая женская комната, здесь пахло благовониями, стояли цветы в вазах, а на полу были разбросаны вышитые подушки, чтобы можно было читать лежа. Главное место здесь занимала кровать с четырьмя столбами, но был также и стол – пустой, если не считать витиеватой чернильницы. Здесь королева и написала свое «Стенание грешницы». Рядом со столом стоял массивный сундук двух с половиной футов высотой, обитый сверху красно-золотым турецким ковром. На боку две вырезанные нимфы поддерживали тюдоровскую розу. На сундуке не лежало постельного белья – вечерний паж еще не приходил.

Лорд Парр с удивительной для человека его лет гибкостью опустился на колени, и я, заметно медленнее, последовал его примеру. Он постучал по сундуку сбоку, вызвав глухое эхо.

– Твердый кондовый дуб, – сказал Уильям. – Все ценности королевы перемещены в другое место.

Я изучил замок на сундуке. Он был маленьким, но очень крепким, врезанным прямо в дерево.

– Никаких царапин ни на металле, ни на дереве вокруг, – сказал я, проведя по нему пальцами. – Его открыли либо ключом, либо очень изощренной отмычкой.

– Я убрал драгоценности королевы в другое место, – повторил лорд Парр, осторожно открывая пустой сундук.

Я заглянул внутрь и наклонился, чтобы осмотреть замок изнутри; спина у меня болела после долгого дня. Внутри тоже никаких царапин.

– Я видел много сундуков для хранения ценностей, – сказал я. – В моем случае, в основном документов. Часто они имеют два или три замка и сложный механизм внутри.

Парр согласно кивнул:

– Да. Но этот сундук подарила королеве мать, и она очень привязана к нему.

Я посмотрел на него:

– Но ведь замок, очевидно, новый.

– Да, так и есть. Когда весной началась беда, королева заменила замки во всех шкафах и сундуках. Я спросил ее, не хочет ли она более сложный замок и для этого, но она сказала, что это может повредить сам сундук. Помню, как она сказала: «Если у меня лишь один ключ, а замок крепок, он, несомненно, надежен». Конечно, – добавил Уильям с ноткой горечи, – тогда я не знал, что лежит внутри.