Кейд - Джеймс Хедли Чейз

Распахнулась дверь, и в помещение вошел Бауманн в сопровождении Шермана. Они уселись рядом с Кейдом.

Кейд приоткрыл глаза.

– А ты откуда взялся? – сказал он Шерману.

Шерман выразительно пожал плечами.

– Я чуть шею себе не свернул, преследуя эту сучку от самого Парижа. Я все еще в шоке.

– Все это я уже слышал, – нетерпеливо сказал Бауманн. – Мы все знали, на что шли: И хватит об этом.

Он наклонился вперед и ткнул Кейда в коленку.

– Я тут порасспрашивал у местных. Анита нашла убежище в особняке генерала Фрица фон Людвига. Помнишь такого? В 1943 году он сдал свою армию русским под Сталинградом. Последние двадцать лет живет здесь безвыездно. Как вам это?

Кейд пожал плечами.

– Никак... а тебе?

Шерман же сказал:

– Я его помню. Находясь в плену у русских, он работал на московском радио, выступая с антигитлеровской пропагандой. Анита – русская по происхождению, не так ли?

– Вот именно, – ответил Бауманн. – Но мы-то думали, что в Швейцарии она встречается с любовником, а никак не с восьмидесятилетним немецким генералом.

– Брэддок будет разочарован? – спросил Кейд.

Бауманн и Шерман посмотрели на него.

– Меня все это заинтриговало, – сказал Бауманн. – Мы с тобой сегодня вечером пройдемся вокруг этого «шато».

– Мне это не кажется блестящей идеей, – возразил Шерман. – Только наследим. Анита мигом сообразит, что за ней следят.

– Если такой снегопад продолжится, то к утру все следы занесет. Слушай, Бен, а почему бы тебе не сменить Грау? Он там уже два часа кукует.

– А мне-то что до этого? – сказал Шерман, поднялся и подошел к камину, протянув руки к огню.

– Выполняй! – рявкнул Бауманн. – Он сменит тебя в полночь.

– Очень мило, – пробормотал Шерман, но подчинился и вышел вон.

Бауманн закурил сигарету.

– У Шэ Бэ фантастический нюх на сенсации. Все это может оказаться куда более интересным, чем простая любовная интрижка. Престарелый просоветски настроенный немецкий генерал и одна из самых знаменитых кинозвезд... Да, тут пахнет жареным. И мы с тобой, Кейд, должны до всего докопаться.

Кейд не ответил. Бауманн поднялся.

– Надо поесть. Нас ждет работа на холоде.

После ужина оба прошли в свои комнаты. Бауманн зарезервировал номер с тремя спальнями, расположенными анфиладой, и с гостиной в самом конце анфилады. Они с Кейдом переоделись в лыжные костюмы. Натянув ботинки и перчатки, покинули отель через служебный ход и отправились на «ягуаре» к месту, где в своей «симке» вел наблюдение замерзший и несчастный Шерман.

Дул сильный ветер, видимость была плохой из-за снегопада. Подмораживало.

– Мы обследуем окрестности, – сказал Бауманн Шерману, когда тот опустил стекло дверцы.

– Давайте без меня, – кисло ответил тот. – Боже! Ну и холодрыга!

Утопая в глубоком снегу, Кейд и Бауманн дошли до высоких железных ворот. Они остановились у решетки. За ней, в глубине поместья, смутно различался силуэт небольшой сторожки. В одном из нижних окон показался свет.

– Нам не туда, – сказал Бауманн, – идем... давай за мной.

И он двинулся вдоль высокой бетонной стены. Метров через тридцать остановился.

– А вот тут-то мы и перелезем через стену.

Прислонился спиной к стене и сцепил перед животом ладони.

– Давай. Подсажу.

Кейд поставил ботинок в «замок», и Бауманн толкнул его вверх. Кейд уцепился за гребень стены и закинул на нее ногу. Оседлав стену, он нагнулся и протянул руку Бауманну, тот безуспешно попытался до нее дотянуться, да не получилось – ростом не вышел. Этот факт он прокомментировал коротким проклятием.

– Ладно, – сказал он. – Я подожду здесь. А ты осмотрись. И будь осторожен. Попробуй разглядеть шато и подходы к нему.

– А как, по-твоему, я смогу в одиночку перелезть через стену назад? – спокойно спросил Кейд.

Он тщательно скрывал от Бауманна тот факт, что ему нравилось участие в этом приключении.

– Я принесу веревку. У Бена в машине есть. Черт, надо было сразу захватить, да не подумал. Подожди. Я быстро.

И Бауманн исчез во мраке.

Крупные хлопья снега покрывали согнутую фигуру Кейда на стене. Он решил не дожидаться Бауманна. Сбросил со стены снеговую шапку, чтобы отметить место «перехода», и спрыгнул в глубокий снег на той стороне. Хотя снег смягчил падение, ступни он все же отбил. Кейд двинулся вглубь, стараясь держаться деревьев и двигаясь осторожно и бесшумно.

Прошло какое-то время, Кейд понятия не имел, какое. Завывал ветер, а облепивший снег превратил Кейда в белого призрака. Наконец, деревья закончились, и он вышел на ровную поверхность, которая, по его догадкам, была лужайкой, окружающей шато.

Само здание он разглядел чуть позже – большое, хаотичной планировки, с башенками – типичный швейцарский замок, высотой в три этажа, с узкими окнами, в некоторых из которых был виден свет.

Кейд почувствовал опасность и замер. Попятился, остановился у заснеженной ели. Он стоял неподвижно, и снег засыпал его. Постепенно глаза привыкли к темноте, и Кейд возблагодарил Бога за то, что не вышел на открытое пространство. Вблизи здания он увидел какое-то движение, а потом разглядел фигуру человека, который, наклонив голову, совершал обход шато по периметру. Затем он разглядел и других людей – часовых, расставленных вдоль стен с большим интервалом. Вид этих людей заставил Кейда попятиться еще дальше, под укрытие деревьев.

Он наблюдал еще минут двадцать, пока окончательно не замерз. Затем, решив, что увидел достаточно, направился к стене.

Кейд с большим трудом нашел то самое место. Еще немного, и снег занес бы его полностью. Равно как и следы под стеной.

Он негромко позвал:

– Бауманн?

– Здесь я, – послышался голос с той стороны, и над стеной взвилась веревка, конец которой упал у ног Кейда.

Ему понадобилось несколько минут, чтобы вскарабкаться наверх. На это ушло столько сил, что Кейду пришлось задержаться на стене, чтобы восстановить дыхание и дать сердцу возможность замедлить свое безумное биение. Придя в себя, он спрыгнул к ногам Бауманна.

– Ты почему меня не подождал? – зло спросил Бауманн. – Я велел тебе ждать.

– Да, действительно, извини. Идем отсюда.

Они молча прошли к «ягуару», стряхнули с себя снег и с наслаждением забрались в салон.

– Ну и что там происходит? – поинтересовался Бауманн на обратном пути к отелю.

– Происходит кое-что, – ответил Кейд. – В отеле поговорим.

Через несколько минут «ягуар» затормозил у отеля, и мужчины зашли в теплый, залитый ярким светом вестибюль. Управляющий отелем, Вилли Танц, невысокий улыбчивый толстяк-швейцарец, большой друг Бауманна, вышел из-за стойки регистрации.