Зимний убийца - Джон Сэндфорд

— Тише, Расс.

Харпер ничего не слышал. Он поднял его еще выше, и загрубевшие от тяжелой работы костяшки пальцев впились в мягкую кожу под подбородком Убийцы.

— Ты знаешь, что мы делали? Мы детей имели, вот что мы делали, все мы! А на красивые разговоры о том, что мы учили их всякому-разному, копам плевать с высокой колокольни. Они засунут нас в чертову тюрьму, и это так же верно, как то, что медведи гадят в лесу.

— Нет никаких причин думать, что это сделал я, — сказал Убийца, стараясь, чтобы его голос прозвучал как можно более искренне.

А зверь принялся нашептывать: «Давай его прикончим. Сейчас, сейчас, сейчас».

— Дерьмо собачье! — проревел Харпер и отшвырнул от себя Убийцу, как пушинку. — Ты утверждаешь, что не имеешь к этому никакого отношения? — спросил он, глядя на него в упор.

— Клянусь, — ответил Убийца, опустил глаза и снова посмотрел на Харпера. Он заставил зверя замолчать и восстановил дыхание. — Послушай, пора успокоиться.

— Индейцы думают, что это сделал вендиго, — сказал Дуг, бородатый мужчина с оспинами на щеках и носу пурпурного цвета.

— Ничего более идиотского я в жизни не слышал, — ответил Харпер, направив свою злобу на Дуга. — Вонючие вендиго!

Дуг пожал плечами.

— Просто ходят такие слухи. В резервации только и разговоров об этом.

— Боже праведный!

— Мы с Джуди уматываем отсюда во Флориду, — резко бросил Энди.

Все повернулись к нему. Джуди кивнула.

— Подожди… Если вы уедете… — начал Убийца.

— Законом не запрещено брать отпуск, — сказал Энди и искоса посмотрел на Харпера. — Мы выходим из игры. Совсем. Я не хочу иметь с тобой ничего общего, и с остальными тоже. А еще мы забираем девочек.

Харпер шагнул к ним, но Энди широко расставил ноги, показывая, что не боится его, и тот остановился.

— Я не сдам вас копам. Ты же знаешь, что я не могу это сделать. Так что вы все в безопасности. Но не нужно нас искать.

— Что за идиотская мысль! — рявкнул Харпер. — Ваш отъезд вызовет подозрения. А если что-то выплывет, вас не спасет даже Флорида. Вас найдут и там.

— Ясное дело, — ответил Энди. — Только если кому-то захочется с нами побеседовать — так, на всякий случай, — а нас не окажется на месте, может, они просто забудут о нас, и все. В любом случае, мы с Джуди все для себя решили: мы сваливаем. Мы уже и соседям сообщили, что эта погода нас доконала и мы на время уезжаем. Никто ничего не заподозрит.

— У меня плохое предчувствие, — сказал Дуг.

Снаружи проехала машина — в стеклах отразился свет фар — и покатила дальше, но все дружно повернулись к окну.

— Нам пора, — сказал Энди, надевая перчатки. Затем добавил, обращаясь к Убийце: — Не знаю, верить тебе или нет. Если бы я думал, что ты их убил…

— Что?

— Не знаю, — повторил Энди.

— И с чего вы все решили…

— Из-за той проклятой фотографии, которая попала к Фрэнку Лакорту, — перебил его Харпер. — Насколько я знаю, он говорил о ней только со мной. А ты единственный, кому я рассказал про нее.

— Расс, я… — Убийца покачал головой и постарался придать лицу печальное выражение. Он повернулся к Энди. — Когда вы уезжаете?

— Наверное, завтра вечером или послезавтра днем, — ответила Джуди.

Ее муж взглянул на нее и кивнул.

— Нужно кое-что доделать, — пробормотал он.

Первыми, накинув на головы капюшоны, ушли Энди и Джуди. Прежде чем направиться на парковку, они выглянули в окно и посмотрели, нет ли на улице машин. Застегивая молнию своей куртки, Харпер проговорил:

— Для тебя будет лучше, если ты не навешал нам лапши на уши.

— Я сказал правду.

Убийца стоял, сдвинув пятки вместе и засунув руки в карманы. На лице застыла обиженная, искренняя улыбка честного человека.

— Потому что если ты наврал, я возьму свой ножичек, приду сюда и отрежу тебе яйца, потом сварю и заставлю тебя сожрать их.

— Да ладно, Расс…

Дуг смотрел на них пару мгновений, затем повернулся к Харперу.

— Я не знаю, он ли их убил, но Шелли Карр не в состоянии найти собственную задницу, даже обеими руками и с фонариком. Неважно, кто это сделал, но мы в полной безопасности, если расследование проводит Шелли.

— И что?

— А то, что если что-нибудь случится с копом из Миннеаполиса…

Харпер неприязненно посмотрел на него.

— Если с ним что-нибудь случится, это будет просто ужасно, но только дурак станет говорить об этом при других. При ком угодно.

— Ты прав, — ответил Дуг. — Совершенно прав.

Когда все ушли, Убийца обошел комнату, чувствуя, как зверь рвется наружу и мешает ему дышать. Он провел рукой по волосам и раздраженно пнул ногой стул.

— Что за идиотизм, — произнес он тихо, а потом заорал: — Что за идиотизм!!!

И замер. Заставил себя успокоиться, закрыл глаза, расслабился, задышал ровнее и почувствовал, как пульс начал постепенно замедляться. Убийца запер дверь, выключил свет, дождался, когда последняя машина уедет с парковки, и снова поднялся по лестнице наверх.

Он мог бы навестить Харпера сегодня ночью, прихватив пистолет, и прикончить его. Этот подонок разговаривал так, будто он кусок дерьма, мусор. «Да, — сказал зверь, — разберись с ним».

Нет. Он и так слишком много рисковал. А кроме того, Харпер может оказаться полезным — стать козлом отпущения.

Дуг, Джуди и Энди. Сколько проблем! Слишком много разветвляющихся тропинок, ведущих к неприятностям. Если кто-нибудь расколется…

Он представил себе Джуди. Она была самой обычной женщиной, с лицом, на котором остались следы сорока пяти зим, прожитых в Нортвудсе. Она работала в видеопрокате и выглядела как тысячи других женщин. Встретив ее в «Кей-марте», вы даже не обратите на нее внимания. Но Убийца помнил, как она занималась сексом с Харперами, одновременно с отцом и сыном, а ее муж наблюдал за ними. Он наблюдал и за Убийцей, когда тот учил их дочерей, как правильно делать минет. Она видела своего мужа с собственными дочерьми, видела Убийцу с Рози Харрис, Марком Харрисом и Джинни Харрис, девочкой с золотыми волосами.

Она все это видела и все это делала — и тем не менее могла остаться никем не замеченной в «Кей-марте».

Перед ним снова встал вопрос: как поступить? На сей раз этот вопрос не казался ему бесконечным, ускользающим переплетением разных возможностей, а представлялся сложной, но вполне управляемой системой.

Его еще не загнали в угол, и он мог сделать многое. Перед глазами у него возник Джон Мюллер: красные пятна на белом фоне, точно восьмерка червей, красная кровь на снегу вокруг тела мальчишки.